– От Сущности так не скроешься. А если начнётся штурм, то и от осаждающих. Так что выбора у нас нет. Идём дальше. Идём вниз!
* * *
На сей раз они оставили позади добрых семь или восемь витков лестницы, когда со всех сторон вновь поползла белесая хмарь. Зомби коротко и придавленно вякнул, словно человек, которому накинули удавку на шею. Мертвяка, само собой, задушить было невозможно, видать, творению некроманта пришлась не по нутру исторгнутая Башней магическая мгла.
Однако и на сей раз никакого «переноса» не последовало. Хмарь рассеялась, а они стояли всё на тех ступенях, возле все той же статуи, изображавшей уродливую горгулью. Правда, кое-что изменилось. Стены Башни на миг обрели прозрачность – и Фесс со внезапной болью увидел на льду многочисленные огоньки факелов.
Осаждающая армия потеряла наконец терпение и решилась – или на штурм, или на крупную «разведку боем». А возможно, и на то, и на другое.
И вновь – тот же вопрос. Происходит ли это в реальности или только во сне? Что делать ему, некроманту, если это – настоящий штурм?
Фесс скрипнул зубами. Похоже, Сущности удалось его подловить. Поставить в ситуацию, когда он не знает наверняка, что делать – разить ли наступающих во всю мощь доступной ему некромантии, будучи уверенным, что это не более чем созданные прихотью Сущности бестелесные призраки? А что делать, если всё это – взаправду и по льду идут сейчас самые настоящие люди, из плоти и крови?
Как бы то ни было, они бросились наверх, в лабораторию. Фесс облюбовал себе большой просторный покой с расположенными полукругом шестью бойницами. Здесь он собрал то, что могло пригодиться, если армия Эвиала и в самом деле начнёт штурм. Загодя начерчены на стенах магические фигуры. Собраны из бездонных кладовых Башни магические ингредиенты. На свитках нанесены схемы боевых заклятий, чтобы не полагаться исключительно на память. Фесс не знал, как может защитить саму себя эта проклятая Башня, но, во всяком случае, устраивать наступающим с самого начала кровавую баню он не намеревался. Ему придётся убивать, и это почти неизбежно, но убивать он станет, когда он сочтёт это необходимым, а не когда к этому его вынудят обстоятельства – понимай, воля Сущности.
Фесс и Рыся приникли к бойницам.
Да, они не ошиблись. К Чёрной башне пожаловали гости.
Глава пятая
Междумирье
Воительница открыла глаза. Последнее, что помнила валькирия, была её отчаянная атака и потом – косой чёрный росчерк меча в руках Сильвии, вспышка – и боль, боль, боль. Боль, ставшая миром и воздухом, поглотившая, вобравшая в себя всё и вся.
Мало-помалу возвращалась память. Этот удар Сильвии… после такого не выжить. Даже валькирии. Что случилось? Что остановило смерть?
– Пришла в себя, – проговорил гортанный голос со странным акцентом. Он говорил по-эвиальски, на том самом староимперском языке, что весь отряд Клары не без помощи магии выучил в приполярной башне Сим.
Над Райной склонялись двое. Один – Кицум; второго, импозантного немолодого мужчину, Райна видела впервые.
– Угу, – буркнул Кицум. – Хвала всем богам, сущим и несущим. Я уже начинал бояться за тебя, девочка, – последняя фраза предназначалась самой Райне.
Девочка? Она-то – свидетельница всех Эпох Упорядоченного, сражавшаяся в той самой Боргильдовой Битве?
– Я тоже там был, – словно прочитав её мысли, откликнулся Кицум. – Жаркое было дело. И славное. Но – лежи, лежи сейчас. Всё кончилось.
– Госпожа?.. – прохрипела Райна. – Кирия Клара?
– Жива, не волнуйся, – уверил её Кицум, но лицо у него сделалось тревожным. – Мы пока ещё не привели её в чувство. Но приведём обязательно. Нашлось лекарство и против её хвори. Некоторые, – он дёрнул головой, словно указывая куда-то себе за спину, – некоторые слишком сильно и слишком слепо верили в мощь своих артефактов. Жизнь показала, что они ошибались.
– Сильвия… убита?
– Нет, – глаза клоуна сузились. – Я предпочитаю не убивать без крайней на то необходимости. Ну кто она такая – девчонка, соплячка, с донельзя задурённой головёнкой. Какая польза от её смерти? А вот если она образумится, может очень даже нам помочь в нашем деле.
– Г-где она?
– Вон, можешь полюбоваться. Ревёт в три ручья, после того как мы… гм… совместными усилиями отобрали у неё острую железяку и слегка поучили старым проверенным способом, а именно по заднице. Правда, боюсь, что к эдакой упрямице придётся применить кое-что более действенное.
Валькирия с трудом приподнялась на локте. Мир вокруг плясал, словно ярмарочный шут, выкидывая сумасшедшие коленца, и Райна совершенно не могла разглядеть, что делается вокруг. Видела она только Сильвию в порванной одежде, перемазанной грязью и кровью. Под глазом девчонки наливался весьма внушительного вида синяк.
– Это ты, Кицум? – удивилась воительница.
– Нет, достопочтенная, – вежливо вставил немолодой мужчина. – С вашего позволения, это сделала моя дочь, когда… гм… госпожа Сильвия окончательно потеряла голову и впала в несдерживаемое буйство.
– Это было вовсе не так сложно, – произнёс сухой голос за спиной валькирии. В нём слышался тот же акцент, что и у незнакомого мужчины. – Нам посчастливилось очутиться здесь, на Дне Миров, несколько раньше. Я успела подготовиться, привыкнуть к здешней магии. Она, Сильвия, – нет. Поэтому ей не помогли её артефакты. Хотя я не поручилась бы, что на следующий день наша с ней встреча не окончилась бы совершенно по-иному.
Словно услыхав эти слова, Сильвия принялась рыдать ещё громче.
– Что здесь случилось? Кто вы, господин? И вы, госпожа? – к Кицуму и неизвестному мужчине присоединилась девушка с необычно худым, если не сказать – измождённым, лицом. Высокие скулы туго обтянуты смуглой кожей, чёрные глубокие глаза под почти начисто отсутствующими бровями; казалось, обладательнице этого лица пришлось испытать на себе настоящую ярость огня.
– Имею честь представить мою дочь – Лейт. Или, как она предпочитает называть сама себя – Ниакрис. Что же до моего имени… – говоривший сухо усмехнулся, – то настоящее осталось в прошлом, в невообразимо глубоком для нас, смертных, прошлом. В Вольной роте, где я какое-то время служил – вы знаете, что такое Вольные роты, госпожа? – меня звали Бельтом. За пронырливость. Я тогда был маленьким, худым, ловким и пролезал в любую щель. Умение, особо ценное при посещении погребов и курятников без, гм, предварительного согласования с достопочтенными хозяевами.
– Райна. Воительница.
– Не просто воительница, – глядя в глаза валькирии, сказала вдруг Лейт-Ниакрис. – Госпожа… мы должны низко склониться пред тобой…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
