Сам же морф, почти моментально придя в себя, кинулся, обнажив полный рот акульих зубов. Впрочем, упав на спину, я встретил его тушку ногами, перекидывая через себя и следом усаживаясь на брыкающегося противника сверху.
Очередное вызванное шило вонзилось морфу в затылок. Тело подо мной стало меняться.
Я принюхался. Ещё на кухне мне показалось, что почувствовал запах непривычной энергии и вот сейчас, сидя на только что погибшей твари, я ощутил его отчётливо.
И вот, как в древнем анекдоте, есть две новости. И обе плохие.
Во‑первых, воняет божественной энергией, а во‑вторых, мой старый друг Димон здесь ни при чем. Бюро, падла, откуда на этой долбанной планетке сразу два потенциальных божка!?
На всякий случай выждав пару секунд – не, ну мало ли, вдруг ответят, – поднялся. На всякий пожарный ещё раз пнув мёртвую тушку, осмотрел помещение повнимательнее. Вроде ничего необычного, хотя…
Под одним из шкафов заметил тёмную лужицу крови. И как сразу‑то не нашёл? Долбаный морф! Отвлёк своим представлением.
Подойдя к шкафу, приоткрыл дверцу. Ровно на секунду в голове стало пусто, а затем пришла огненная лавина ярости, едва не сорвавшая мне крышу.
С трудом отвернувшись, я прикрыл створки и молча вышел из кладовой, надеясь, что ощущение хруста шейных позвонков той твари, что все это учинила, хоть немного меня успокоит.
Пройдя сквозь очередной барьер, я наконец‑то попал в вестибюль. Как и везде, здесь царил полумрак, впрочем, это не помешало рассмотреть находящихся здесь шестерых человек.
Судя по тому, что трое из них лежали на полу, и от них к другой троице – двум мужчинам и женщине, – шли тонкие трубки с бурлящей лазурной жидкостью внутри, не все здесь были по своей воле.
Расположились люди, образуя окружность, в центре которой находился небольшой камень, пульсирующий с определенным ритмом.
– Вот оно что. А я думаю, чего это мне божественная вонь чудится. А оказалось, что тут и вправду кто‑то протух, – медленно обходя троицу, произнёс я.
Ярость, захлестнувшая меня в кладовой с морфом, сошла на нет, оставив только горькое послевкусие. Сейчас мне нужна хоть какая‑то информация и, будем надеяться, эта троица хоть что‑то знает.
– Интересные у вас познания, – ответил один из мужчин довольно‑таки крупных размеров, поднимаясь и демонстрируя пустые руки. – То, что вы ощущаете – лишь слабое дуновение силы, символизирующее пришествие нашего Господина. Но я удивлён, что вы и его почувствовали.
Странно, что они так реагируют на моё появление. Словно это в порядке вещей, когда на ваш шабаш вламывается не пойми кто.
– Мы все поражены, что вы оказались способны ощутить её, – стоило громиле замолкнуть, как его речь подхватила женщина. – Это большая редкость, и наш предводитель по достоинству сможет оценить такие способности.
– А какие у вас условия? Договор составляете? Трудовой кодекс уважаете? Учтите, на прошлой работе я буквально сгорел, так что по выходным работать ни‑ни, – помахал я внезапно появившимся в руке пистолетом, и во лбу бугая появилось аккуратное отверстие.
Правда, задняя часть головы пострадала куда сильнее. Содержимое черепа разметало во все стороны, заляпав сидящих рядом с трупом товарищей.
Мелкий мужичонок зарычал, но с места не сдвинулся, а вот девушка, улыбнулась.
– У нас можно и так двигаться по карьерной лестнице, – продолжила она, буравя меня глазами. – Олег был не последним человеком, и теперь ты сможешь занять его место.
– Я подумаю, – кивнул, внимательно наблюдая за этой парочкой. – Ты… это… скажи, у тебя там нигде не жжётся или не чешется?
– Что? – удивилась женщина и впервые за весь наш странный разговор я увидел на её лице искренние эмоции.
– Нет? Ну тогда ещё немного подождём, – пожал я плечами, медленно делая шаг назад. – Может, пока расскажешь про вашего работодателя?
– Ах ты ж пи… – рванул ко мне щуплый, замахиваясь непонятно откуда взявшейся бритвой. И что у них у всех за тяга к холодному оружию?
Очередная пуля покинула ствол, перебив колено нервного морфа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Не‑не, никаких рук, заразливый ты наш, – покачал я головой, наблюдая, как он катается по полу, держась за простреленную ногу.
Впрочем, орал он не из‑за этого. Похоже, Гниль, которой была пропитана пуля, все‑таки начала действовать. Хреново, я‑то рассчитывал, что одним выстрелом зацеплю всех троих, а тут…
Только сейчас мадам обратила внимание на бугая, который прямо на глазах стал разлагаться, превращаясь в отвратительный кусок гниющего мяса. Но скорость процесса меня совершенно не радовала.
– То есть мы не договоримся? – произнесла культистка, вытягивая вперёд руки, откуда вылезли тонкие лезвия.
– Что ж вы такие умные всегда не ту сторону выбираете? – вздохнул я, сделав третий выстрел. Интересно, она реально думала, что я буду ожидать окончания её трансформации?
Н‑да, результат так себе. Три патрона, три пешки, и куча потраченного времени. Ну хоть понял, что гниль против них не шибко быстро действует.
Подняв с пола бритву, которая, к моему удивлению, оказалась настоящей, а не из плоти морфа, сделал каждой твари контрольный надрез в районе шеи.
Люди с трубками из спины, кстати, померли одновременно с культистами, что наводило на неприятные размышления. Впрочем, строить теории я буду уже не сегодня.
Ну и на десерт – самое интересное в этом зале. Подойдя к крохотному алтарю, выстрелил в него четыре раза, раскалывая на несколько частей.
Дом тут же наполнился звуками, а снаружи стало светлее. Откуда‑то сверху послышались крики, перемежаемые разговорами, и, судя по всему, именно там находился кабинет Ковалёва.
– Ну что ж, кажись, я сейчас и узнаю виновника этого торжества, – пробормотал я, глядя на лестницу, ведущую на второй этаж.
Глава 9
Прежде чем подняться на второй этаж, я всё же прихватил кусок алтаря. Как и в случае с ямами «демонят», энергия, излучаемая камнем, была другой, причём совершенно другой.
При попытке ей управлять я лишь ощущал накатывающую тошноту и лёгкое головокружение. Решив, что место для таких экспериментов не самое удачное, завернул крохотный осколок в кусок ткани с одного из трупов и убрал в разгрузку.
– Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать, ушлепок! – уже не скрываясь, крикнул на весь дом.
Во‑первых, после разрушения алтаря все и так в курсе, что что‑то пошло не по плану, а во‑вторых, глядишь, отвлекутся и Ковалёв доживёт до моего появления.
– Доброй ночи! Не подскажите, как пройти в библиотеку? – стоило мне подняться на половину лестницы, как на втором этаже показались двое культистов мужского пола.
Выглядели они так, словно процесс трансформации оборвался на полпути. Уж не из‑за сломанного ли артефакта?
У левого часть тела была наполовину женской, причём оказалась она значительно короче мужской. Из‑за диспропорции конечностей походка у него больше походила на прыжки, а обезображенное лицо из‑за гримасы боли выглядело ещё страшнее.
Второй же издалека смотрелся чуть «человечнее», если не брать во внимание отсутствие левой руки, которая, кажись, просто не успела «пробиться» из туловища.
– Так, из вашего молчаливого ответа понимаю, что вы все‑таки не в курсе. Ох уж эта молодёжь… – вздохнул я, увидев в руках одного боевой нож, а вот у однорукого имелся пистолет.
Прежде чем он успел выстрелить, прыгнул в сторону. Ступени подо мной треснули, а я переместился на три метра вперёд и влево, очутившись на перилах.
Выстрел все‑таки грянул, вот только я опять успел сменить позицию, оказавшись почти вплотную к этой «сладкой парочке».
Острейшая бритва, словно наделённая собственным разумом, вырезала кровавую вязь на обезображенном лице женомужчины, лишая зрения. Ох, помнят ещё руки, помнят жизнь в трущобах портового города среди «крыс».
Морф заорал, хватаясь за вытекшие глаза, но тут же замолк, выхватив пулю от товарища.
