— Будь моя воля, я бы заперла этого Лафарга в микроавтобусе без воды и кормила бы тухлой селедкой! — со злостью произнесла Сэм. — Интересно, как бы ему это понравилось. Ти Джей сказал, что видел его на первом утреннем пароме и что он был весь красный от злобы. Могу себе представить, что он подумал, когда открыл дверцы своего микроавтобуса и увидел, что тюленей там нет.
— Может, он решил, что они сбежали? — хихикнула Джессика.
— А на самом деле их спасла твоя мама, — сказал Патрик, размышляя над тем, куда это в такой спешке отправился Гилберт Лафарг. Он надеялся, что Джо свяжется со своими канадскими коллегами, чтобы те проверили «Морской каньон» и выяснили, чем занимаются братья Лафарг.
Они вместе обошли трибуну, сестры и Джессика любовались работой, которую проделали Патрик и бригада рабочих. Патрик взял Марису под руку, и они немного отстали от Сэм и Джессики. Он подумал о своих разговорах с Лайамом и Джо и, взглянув в ее глаза, понял, что должен ей все рассказать.
— Ты кое о чем должна знать, — начал он.
— О чем? — Мариса бросила на него удивленный взгляд.
— На этой недели Лили предстоит схватиться с Эдвардом в суде. Он хочет заставить Роуз сдать кровь на анализ ДНК.
— Чтобы установить отцовство?
Патрик кивнул и увидел, как она расстроилась.
— Она не должна позволить ему победить, — прошептала Мариса.
Патрик видел ее решительный взгляд и сверкающие зеленые глаза. Она больше не походила на ту женщину, которую он встретил всего несколько недель назад, когда впервые приехал в Кейп-Хок в поисках Мары Джеймсон. Он понял, что и сам стал совершенно другим человеком.
— Мы можем что-то сделать? — спросила Мариса.
— Я собираюсь отправиться туда сразу после фестиваля, — сообщил он, глядя ей прямо в глаза. — Чтобы быть рядом, когда они столкнутся с ним в суде.
— Не хочу, чтоб Тед обижал Роуз, — сказала Джессика, обнимая Флору.
— Я тут беспокоюсь о тюленях, — забеспокоилась Мариса, — а моей подруге нужна помощь!
Патрик кивнул, ожидая ее следующих слов. Он будто читал мысли в ее глазах; знал, что ей бы хотелось отправиться в Коннектикут, чтобы помочь Лили, но знал и то, что она построила жизнь для себя и дочери здесь, подальше от Теда. Патрик хотел что-то произнести, но его опередила Джессика:
— Роуз так беспокоится о Нэнни и даже не знает, что может случиться из-за Теда. Она прислала мне письмо по электронной почте — пишет, что не видела Нэнни уже два дня. Белого кита потерять трудно, но, кажется, он все-таки потерялся, — сказала Джессика, и Патрик так и замер от услышанного.
— Патрик? — забеспокоилась Мариса. — Ты в порядке?
— Да, все нормально, — ответил он, обнимая и целуя ее. — Знаю, тебе нужно готовиться к большому концерту, а мне следует кое-куда позвонить. Просто хочу, чтобы ты знала, что, когда выйдешь на сцену, я буду среди зрителей и изо всех сил болеть за тебя.
— А я хочу, чтобы ты слушал особенно внимательно все, что мы будем исполнять. — Она взяла его за руку. — До самой последней песни.
— До самой последней песни?
Она кивнула, блестя своими огромными зелеными глазами. И когда он уже шел в гостиницу, чтобы позвонить Лайаму, он понял, что все, что она хочет, и все, что ему нужно знать, будет в этой последней песне. И он, конечно, будет сидеть прямо там, на трибуне, которую он только что помогал строить, и будет слушать.
«Призрачные холмы» прекратили свою бешеную пляску. Единственными свидетельствами того, что этот феномен вообще существовал, оставались крупные волны, перекатывающиеся через риф, серфингисты, напрасно ожидающие еще одного огромного вала высотой двадцать метров, да морские птицы, по-прежнему парящие в небе, будто надеясь на возрождение изобилия морской живности, которая населяла эти воды в течение последнего месяца.
Теперь за морем наблюдали только два траулера. На одном капитаном был Ник Олсон из Галилеи, на другом — Джеральд Лафарг. Его проржавевшее красное судно из Кейп-Хок в Новой Шотландии дрейфовало с накрепко зачехленными сетями и запертыми траловыми люками, чтобы ни один катер или самолет береговой охраны не заподозрил его в ловле рыбы за пределами канадских вод.
И хотя траулеры дрейфовали в сотне метров друг от друга, оба их капитана плыли навстречу друг другу в резиновых лодках, чтобы встретиться в открытом море для передачи денег — двадцати пяти тысяч американских долларов наличными.
Оба капитана нервничали, но по разным причинам. Капитан Джеральд Лафарг торопился уложиться в срок — он и так уже опаздывал на несколько дней. Большой шикарный курорт «Морской каньон» должен был открыться в выходные перед Днем труда[5], и он знал, что множество важных персон уже заказали себе там номера, а владельцы курорта планировали грандиозное представление, подобно которому никто из гостей никогда не видел.
Капитан Ник Олсон нервничал потому, что этим летом у него уже были проблемы с природоохранными властями, и у него было такое чувство, что они за ним следят. Он приказал команде быть начеку и докладывать ему о любой подозрительной деятельности или о людях, интересующихся, чем занимается его судно. Но кроме всего прочего, ему совсем не нравилось то, чем занимался Лафарг. Волны поднимались и опускались, и, хотя он ни разу в жизни не страдал морской болезнью, сейчас его подташнивало.
— Ты говоришь, что этот курорт откроется через неделю? — спросил он Лафарга.
— Точно. Только представь себе! Все эти богачи проводят последний отпуск лета, купаясь с морскими млекопитающими, которых доставим мы.
— А что там у них? — поинтересовался Ник. — Большой бак с дельфинами вместо бассейна с водяной горкой?
— Типа того, — рассмеялся Лафарг. — Всем хочется новых ощущений. В Австралии и Южной Африке народ купается с акулами, в Канкуне — с муренами. А теперь им даже не нужно никуда ехать. Вместо того чтобы платить свои кровные за то, чтобы разглядывать китов с туристических катеров, они смогут с ними искупаться.
— Наверное, номер в таком месте стоит бешеных денег?
— Это шикарный курорт с номерами люкс, — ответил Лафарг. — Круче не бывает. Именно поэтому я только что заплатил тебе двадцать пять штук. «Морской каньон» тебя благодарит.
Капитан Ник лишь что-то проворчал в ответ. Он взглянул на «Map IV» и подумал, сколько времени смогут прожить без воды находящиеся там дельфины. Еще он подумал, будут ли они ловить белого кита, а если будут, то какими наркотиками его накачают, чтобы он оставался спокойным весь путь до места назначения.
— Серьезно, — сказал Лафарг. — Если бы ты не воспользовался своими связями, чтобы узнать, где он находится, мы бы так и не узнали, откуда нам начинать его выслеживать. Это чудесно — он плавает прямо перед домом этого Нила, всезнающего идиота. Однорукий относится ко мне как к падали с самого детства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
