– Ездил. Только что рассказал Фриде, что Виктора больше нет среди нас.
– Герой! – сказал Макс, обнимая Алекса. – Молодец! Как это получилось?
– Там что-то загадочное произошло, – сказал Алекс. – Сам не знаю, что именно. Может, это мое большое самомнение, но мне кажется, что через меня действовал Создатель. Потому что Виктор, глядя мне в глаза сказал что-то вроде «Через тебя смотрит Он!». И лопнул как мыльный пузырь на морозе.
– Ну и дела! – сказала Манечка. – Я же говорила, что Он вмешается. Как и всегда, Он сделал это почти незаметно. Между прочим, госбезопасность уже прикрыла стройку, конфисковала трости, и начала возвращать их владельцам по всему миру. Мы слышали по радио.
– Отлично! – сказал Алекс. – А я думал, что они только бизнес трясут… Оказывается, еще и работают иногда.
– Стуканул кто-то, наверное, – предположил Макс. – Сами бы не нашли.
– Давайте завтра укатим на море? – предложил Алекс. – Если утром Борьку переведут из реанимации.
– Давайте, – согласился Макс. – Я возьму мольберт, холст и краски. А то я давно уже обещал нашим девушкам по портрету.
* * *
Утро субботы выдалось солнечным и удивительно теплым. Они выехали на Каролино-Бугаз, почти что на то самое место, где были в прошлый раз, только ушли немного дальше, где было совершенно безлюдно. Морская вода стала теплее, но все еще оставалась прохладной. Сегодня не было ветра, и на солнце через некоторое время становилось очень жарко.
Работники базы соорудили высокий навес, под которым они и расположились.
Фрида и Манечка, никого не смущаясь, загорали топлес. Алекс каждые полчаса звонил Борьке, которого сегодня перевели из реанимации в обычную палату. Мальчик уверенно шел на поправку. Бахмана перевели в палату почти одновременно с Борькой, поэтому Анатолий Игнатьевич постоянно звонил Алексу и слал ему электронную почту. Было так хорошо просто сидеть у моря, вдыхать свежий воздух и ощущать себя свободными и счастливыми.
Макс расположился с мольбертом под навесом, и девушки по очереди позировали ему. Быстрыми, точными движениями он наносил на холст их загорелые тела. Пока он писал портрет Фриды, Манечка сидела у него за спиной и смотрела, как он пишет. В том, как под кистью художника появляется изображение, всегда есть чудо. Когда он писал портрет Манечки, Фрида сидела за его спиной и тоже наблюдала, как холст превращается в портрет. Макс работал быстро. Через три часа оба портрета были готовы. Под восторженные возгласы девушек он поставил их сохнуть у ножек мольберта, закрепил на мольберте еще один холст и принялся писать морской пейзаж.
– Ты бы хоть отдохнул, Макс, – сказала Маня.
– Ты не понимаешь, Манечка, живопись для меня – это отдых.
– Ты очень быстро работаешь.
– Техника, – улыбнулся Макс. – Но на самом деле над этими картинами надо еще потрудиться, чтобы довести их до совершенства. Я это сделаю дома.
Манечка поцеловала Макса в плечо, и с визгом побежала в холодные морские волны. Фигура забегающей в море девушки тотчас начала проступать на морском пейзаже под кистью Макса.
* * *
Борьку выписали из больницы через десять дней после операции. А Бахмана через две недели. Жизнь постепенно входила в свое обычное русло. Но в ней появилось счастье, которым лучились две влюбленные пары. Макс и Манечка начали активно готовиться к свадьбе. И одновременно вместе с Алексом и Фридой, они плотно занимались своим новым бизнес-проектом.
Макс после того, как его морской пейзаж купили за десять тысяч долларов, решил, что ему пора всерьез заняться живописью.
Алекс и Фрида твердо решили пожениться, и назначили свадьбу на тот же самый день, что и Макс с Манечкой.
Бахман, выслушав подробный рассказ Алекса о его визите на стройку Виктора Холливуда, предложил Алексу долю в своем бизнесе. И Алекс согласился. Когда Анатолий Игнатьевич вернулся из больницы, его фирма приняла уже более четырех сотен новых заказов на ювелирные трости изо всех уголков мира: похищение тростей стало отличной PR-кампанией, и количество заказов каждый день увеличивалось.
Эммануил создал религиозную секту «Свет Создателя», нашел способ выкупить конфискованное службой безопасности научное оборудование, и теперь на деньги, которыми его щедро снабжают откупившиеся от тюрьмы Юлиан и Антуан, проводит исследования в НИИ физики при Одесском Национальном Университете имени Мечникова. Ходят слухи, что большую часть новых тростей Бахману заказали визитеры из других веток реальности, чтобы через некоторое время повторить попытку Виктора Холливуда.
Сам Виктор Холливуд так и не появился в той ветке реальности, где волею Создателя оказались наши герои. Трости Бахмана, которые были главным элементом его грандиозного замысла, вернули законным владельцам, и те охраняли свои сокровища еще более рьяно, чем раньше.
Одесса плавной походкой вступила в летний зной, и море по утрам призывно манило к себе прохладой и свежестью. Счастье пропитывало своим светом каждый миг жизни, и когда Макс оглядывался назад, и вспоминал мрачные годы отчаяния и безнадежности, он улыбался, понимая, что без этих лет мрака и пустоты сияние окружающего его сейчас счастья не было бы таким восхитительным. У него больше не было никаких неразрешимых вопросов, которые он хотел бы задать Богу. Может быть, потому, что он нашел свою любовь. А может быть потому, что он стал мудрее и понял, что Создатель всегда действует незаметно, стараясь не проявляться на поверхности бытия, чтобы не ущемлять свободу воли и не мешать человеку самому найти собственный путь к счастью. Но именно благодаря Создателю каждый человек может верить в то, что счастье есть.
КОНЕЦ
4 июня 2012
