сунув грамоту охраннику под нос. Тот посмотрел на неё уже повнимательнее. Затем перевёл удивлённый взгляд на нас и покачал головой.
— Только вы двое. Охрану внутрь я не пущу.
— Хорошо, — я не стал настаивать. Повернулся к парням и бросил, — Парни, подождите нас здесь. Это не должно занять много времени. И постарайтесь не задирать местных. Конфликт с ними… — я обвёл бойцов взглядом и по их глазам увидел, что намёк был понят и без лишних слов, — Крайне нежелателен.
— Будет сделано, товарищ капитан, — кивнул Освальд, — Парни, слушай мою команду…
Тяжелая дверь с глухим стуком захлопнулась за нашими спинами. В нос вновь ударил тяжелый запах пота, мочи, жаренного лука и дерьма. Запах казармы. Но мы тут не задержались. Поднялись на второй этаж, где дышать стало гораздо проще. Прошли по коридору со множеством дверей и оказались возле покоев коменданта.
Охранник мрачно ухмыльнулся, кивком указав на тяжелую дубовую створку, отделяющую рабочий кабинет командира храмовников от казармы, и потопал обратно. Стеречь вход.
Мы немного постояли, приводя мысли в порядок. Затем я взял девушку за руку. Заглянул ей в глаза и сказал.
— Про тех двоих — ни слова. Мы их не видели. Просто сидели и ждали до тех пор, пока Дитрих нас не спас.
Девушка молча кивнула. Я помедлил ещё несколько мгновений, а затем без лишних церемоний толкнул дверь коменданта. Та, скрипя старыми, давно не смазывавшимися петлями, нехотя отворилась. Словно бы намекая, что нас ждёт непростой… разговор.
Глава 24
«Меж двух огней»
— Что ж, полагаю это всё? — комендант откинулся на спинку кресла и устало потёр переносицу. Судя по тёмным кругам под глазами, у него за плечами была очередная бессонная ночь.
— Да. Больше ничего примечательного мы там не увидели. На наше счастье, — кивнул я, ещё раз окинув взглядом лежавшую на столе карту. Множество чёрточек и длинных изломанных линий, переплетавшихся между собой в причудливую вязь. Иногда среди неё попадались прямоугольники, кружочки и правильной формы многогранники. Комнаты и галереи подземного города.
— И к нашему сожалению, — комендант прикрыл глаза и замолчал. На мгновение мне показалось, что он уснул. Просто организм не выдержал такого рабочего ритма и дёрнул аварийный рубильник. Но спустя несколько секунд командир храмовников, шумно выдохнул, открыл глаза и подался вперёд.
— Подытожим, — сказал он, — Стены, возникающие из ниоткуда, останки пропавшей экспедиции.
— Лишь её часть, — поправила его Айлин, — Людей в тоннели вы отправили куда больше, чем мы нашли тел.
— Не думаю, что остальных постигла иная судьба. — комендант покачал головой, затем взял со стола полупустую бутылку и наполнил серебряный кубок. Помедлил. Отпил. Посмотрел на нас, — вы говорите, что-то их разорвало на части. А одного насадило на импровизированный штырь. Занятно, весьма занятно. Обычно чудовища съедают жертву, или, на худой конец, уволакивают в своё логово на прокорм потомству.
— Ага, — покачал головой я, — А ещё обычно они не пишут кровью на стенах. Ежу понятно, что это было предостережение. И я на вашем месте внял бы ему и отменил экспедицию. Да, там, под землёй мы видели немного. Но даже этого хватило, чтобы понять — вы просто угробите людей.
— Дитрих говорил мне то же самое, — устало бросил комендант, вновь отпив из своего кубка. Нам он даже не удосужился предложить. Впрочем, в его глазах мы были не того полёта птицами, чтобы с нами на равных общался один из старших офицеров ордена. Судя по презрительным интонациям и кривой ухмылке, в нас он видел чем-то вроде обычных шлюх, работающих исключительно за деньги и плевавшими на любые идеи. Разве что, спектр услуг у нас несколько отличался. Не могу сказать, что он был совсем уж не прав.
— И вам следовало бы его послушать, — покачала головой Айлин, — Там в тоннелях обитают такие твари, против которых ваши мечи бесполезны. Даже если вы заставите их пылать.
— Такие вещи будет решать высокое командование ордена, — покачал головой комендант. В его голосе вновь проскользнули презрительные нотки, — Не припомню, чтобы я спрашивал мнение каких-то прох… — он на мгновение осёкся, наверняка вспомнив под чьей протекцией мы находимся. Но потом всё же закончил фразу, — наёмников. Единственное, что мне от вас нужно — информация о том, как вы смогли себя защитить. И камни, про которые вы упоминали.
— Ну с защитой всё довольно просто, — я выставил вперёд раскрытую ладонь и сформировал над ней небольшую светящуюся сферу, — От тьмы нас уберёг вот этот трюк. С остальным — справились мечами.
— Ну вот, — ухмыльнулся комендант, — А вы говорили, что всё безнадёжно. Снабдить экспедицию хорошими факелами, лампадами и запасом масла, и никакая тьма ей будет нипочём.
— Это не обычный свет, — возразила девушка, — Он связан с нашей аурой. Скорее всего, именно она отталкивала ту тварь, не давая ей поглотить нас.
— Повторюсь, — раздражённо бросил командир храмовников, — Я не спрашивал мнения наёмников. Меня интересуют лишь факты. Что же до вашей… «ауры», насколько мне известно она всегда при чародеях. Однако спас вас именно свет, так что и обычный факел с этой дрянью должен справиться.
— Не уверен, что пропавшая экспедиция с вами бы согласилась, — покачал головой я.
— Судя по вашим словам, она столкнулась с чем-то куда более материальным и разумным, чем та тьма. Более того, у них было-то с собой четыре бойца. Остальные — шахтёры. С четырьмя не ожидавшими нападения тварь справилась. А с четырьмя сотнями готовыми к бою? Сомневаюсь.
— Дело ваше, — я скрестил на груди руки и откинулся на спинку стула, — В таком случае мы, пожалуй, пойдём. Больше нам рассказать просто нечего.
— Камни — напомнил комендант, чуть подавшись вперёд, — Я бы хотел на них взглянуть.
Я ничего не ответил. Пожал плечами, достал из сумки один осколок кристалла и положил его на стол прямо перед собой. На стенах тут же заплясали бледно-зелёные пятна. Камень со временем не утратил своих свойств. Даже, наоборот — стал светить гораздо ярче. Разве что слегка изменил цвет с тех пор, как мы его вынесли из подземелья.
Комендант взял осколок в руку. Заинтересованно осмотрел его. Покрутил между пальцами. Попробовал одну из граней на остроту. Укололся,
