— Всё, вижу! — Очередной стоп кадр удачно запечатлел интересующую её часть колонны. — Стоило примерно этого ожидать, — задумчиво произнесла она минуту спустя.
— Узнала? — Спросил её, изнывая от нетерпения.
— Да, — кивнула она. — Вот эти два бронированных грузовика, — она ткнула своим пальцем в изображение, — принадлежат известной мне банде. Она смешанная, там белые, негры и даже халифатцы. За последний год они нам периодически докучали, но поймать их никак не удавалось. Вот эти машины, — ещё один тычок пальца в экран, — судя по полосам, явно принадлежат оперативной группе полковника Озма, давнего товарища и соратника Кавина. Вопрос — «что они здесь делают вместе», задавать уже бессмысленно.
— Поднимай «глаз» на высоту, только не хватало, чтобы его заметили, — я приказал Лизе.
Та быстро пробежалась пальцами по клавиатуре, движущееся изображение на экране парой секунд спустя резко смазалось.
— Нужно проследить, где они остановятся, а нам лучше по–тихому ночью уйти в другой район. Пусть ищут до самого сезона дождей, ибо против такой силы наши приготовления совершенно недостаточны, — снова влезла Рогнеда.
— Сомневаюсь в возможности быстро удрать, — я сразу же высказал свои опасения. — Видел там четыре скоростных багги, а наш грузовик по такой местности больше семидесяти километров в час не разгонится, как не старайся, даже если бросим лишний скарб. Заметят свежий след, догонят и зажмут. Потому сидим тихо, если полезут — начнём стрелять первыми. Да ещё стоит выставить дополнительные мины по округе и взрывчатки прикопать, теперь уже не до экономии, — тяжело вздохнув, принял весьма непростое решение.
Держать оборону против пришедшей по наши головы толпы откровенно глупо. Пытаться сбежать… было бы ещё куда. Тут мы более–менее изучили ближайшие окрестности, а прятаться в новом месте, причём, с погоней на хвосте ещё глупее. У нас есть неплохой шанс успешно отбить первую атаку, если к нам придут не всеми силами. Оторваться в саванне от преследования и думать нечего. Только удачно выбив оперативные силы, тех же загонщиков на багги. В общем, сидим, ждём.
Пока я выставлял дополнительные мины, окончательно стемнело. По возвращению нашел оставшихся в лагере дам в сильно озадаченном состоянии.
— Я совсем не слышу их переговоров, — Рогнеда первой сумела заметить немой вопрос, написанный на моём лице крупными буквами. — Пришедшая колонна разделилась на три части, четыре машины наших встали примерно там, где ты им указал, а вот все остальные сейчас объезжают округу и прячутся в перелесках, уже за границей озвученного квадрата. При этом они должны обмениваться сигналами, но их нет, — в её голосе сквозила заметная обида.
— Если они используют цифровые каналы, с нашим оборудованием мы их и не услышим, — попытался подбодрить её. — Выведи на экран подключённого ноутбука спектральный состав помех на высокочастотных диапазонах, вот так, — быстро помог ей со своей стороны. — Видишь эти характерные пики? — Ткнул пальцем в экран. — Совсем маленькие, конечно, но и расстояние приличное, хорошо хоть вообще что–то добивает. Это и есть весьма активный радиообмен наших гостей. Перехватить нам его нечем, к тому же он шифрованный. Мы ведь тоже используем активное шифрование, но на низкочастотных диапазонах. И нас они тоже не должны слышать. Кстати… — быстро переключил своё внимание на другой светящийся экран. — Лиза, покажи мне сохранённые картинки прибывших машин, я сразу не заметил. Так, так, вот здесь чуть лучше видно. И мне эти антенны сильно не нравится.
— Что это? — Вопрос одновременно прозвучал с трёх сторон, любопытная Оксана тоже давно подпирала наши спины.
— Если мне не изменяет память — это пеленгатор, — я не тал томить любопытных долгим ожиданием ответа. — И на втором грузовике ещё один точно такой же, — пролистав несколько картинок, показал всем интересующимся характерные детали.
Нет, классических рамок–антенн, как показывали в фильмах про войну с немцами и партизанами, тут совсем не наблюдается. Просто определённое взаимное расположение на одной крыше самых обычных штырей позволяет специальной аппаратуре весьма точно определить азимут на интересующий сигнал. Существуют и специальные многоячеистые антенны для этой части, но тут обошлось более простыми средствами.
— Нас ещё не вычислили? — Оксана за спиной проявила заметное беспокойство.
— Вряд ли, — попытался успокоить её, хотя у самого внутри зародились нехорошие сомнения. — Они наверняка на аналоговую связь рассчитывают, а наши сигналы для них тоже выглядят как едва различимые вспышки помех. Вот когда мы с ними начнём переговариваться о месте встречи по обычному каналу, думаю, завтра утром — тогда точно запеленгуют. Есть неплохая идея направить их по ложному следу, переместившись в соседний квадрат и после сеанса связи быстро метнуться обратно. Но можно вообще не отвечать, пусть ищут вслепую.
Да уж, наши противники подготовились весьма основательно. Малой авиации у них нет, но радиоразведка поставлена хорошо. Захватить бы их аппаратуру, но есть большие сомнения, что машина с ней рванётся в атаку. Но идея выследить и тихо подкараулить столь ценного врага уже прочно засела в моей голове. Нас полностью не просчитали, и теперь уже вполне понятно, откуда ушла информация.
Дальше мы сидели тихо как мыши под веником в присутствии кошки на кухне и только смотрели сверху на суету в округе. Нашего воздушного разведчика, забравшегося на четыре километра, пока принципиально не замечали, однако топливо для него постепенно кончалось. Масла ещё много, но ему требовался бензин, а у нас в запасе только дизельное топливо. Дня на три хватит, а потом всё. Как и предполагалось, с утра пораньше нас стали периодически вызывать на дежурном канале. Угу, а два радиопеленгатора расположились именно так, как нужно для быстрого определения положения нашего передатчика. Мы стоически молчали, заставляя противника немного понервничать. Пусть сделают первый ход, а мы посмотрим, спокойно занимаясь своими бытовыми делами. Ага, добавилось ещё немного мин в ближайшей округе. Ближе к вечеру пошел интенсивный перехват переговоров. Кое–кому надоело ждать, и они решили провести опрос находящихся в ближайших окрестностях кочующих бандитов. Причём, на их вызовы и позывные опознания действительно откликались, но и сообщить что–либо полезное тоже не могли. Нас никто не перехватывал, да и вообще не видел, а следов в саванне накатали изрядно, теперь пойди–разберись, чьи они. Противник знал лишь примерное направление, где мы могли спрятаться, и ему ничего не оставалось, как начинать активные поиски, проверяя все низины и перелески. Если они распылят свои силы — этим мы можем воспользоваться. За ужином рассказал народу свои полубезумные идеи, ну… хоть выслушали до конца. А ведь иначе у нас практически нет шансов удачно выбраться из западни. Какие козыри есть у противника? Радиопеленгаторы и подвижные силы, плюс большая численность бойцов. К тому же они имеют установленные контакты с другими бандами, потому на след беглецов выйдут гарантированно. Наш единственный козырь — авиаразведка вот–вот прекратит действовать. Потому нужно успеть выбить хотя бы несколько козырей противника, дабы не проиграть всю партию. Как по мне — это совершенно очевидно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
