этого посмотреть на созданную вами вселенную, и вы уверены, что
внутри нее таких существ не будет. Будет ли ради чего ее строить?
Таким образом, есть доводы за то, что имеют значение только вселенные, где обитают обладающие сознанием существа, то есть подобные той, где обитаем мы. Можно ли на этом основании говорить, что существуют только вселенные, похожие на ту, где живем мы?
Звучит безумно. Но не будем торопиться.
Исследование теодицеи строится на предположении о наличии странной и необычной связи между нами (сложными, думающими живыми существами) и свойствами нашей вселенной. Все — самые разные — способы понять, что это за связь, указывают на то, что происходит нечто удивительное.
После того как в портовом городе Триполи, поверив в совпадения, вы остались в дураках, мы рассмотрели одно достаточно убедительное объяснение тонкой настройки: на самом деле наша «Вселенная» представляет собой огромную и разнообразную мультивселенную, состоящую из похожих на нашу населенных областей, и в ней, возможно, есть еще совсем другие места, пригодные для жизни, совсем не похожей на нашу, а также много, невероятно много областей скучных и необитаемых. Возможность существования такой мультивселенной обосновывалась вечной инфляцией, способной бесконечно плодить новые вселенные.
А можно пойти другим путем. Предположим, что инфляция не происходит вечно. Вселенная каким-то образом зародилась, какое-то время происходила инфляция, а затем она закончилась. Кажется, все просто, но это классическое описание. Теперь включим в наше рассмотрение квантовую механику. Тогда начальное состояние Вселенной, каким бы оно ни было, заключает в себе не только ту единственную Вселенную, какой она станет позднее, а суперпозицию многих возможностей. Классические свойства этих наложенных друг на друга вселенных могут быть совсем разными, что до известной степени неотличимо от вечной инфляции, то есть, говоря иначе, от зарождения вселенных. Поскольку вселенные велики (как ничто другое!), их истории, естественно, будут декогерировать, распадаться на альтернативные, классически описываемые миры. Если отнестись серьезно к онтическому взгляду на квантовую механику, то каждый из таких миров столь же реален, как все остальные. В этом случае мы получаем то, что можно назвать квантовой мультивселенной: не просто много миров, но много вселенных. Теперь, точно так же как в случае инфлирующей мультивселенной, с точки зрения физики допустимо разнообразие значений фундаментальных постоянных, космологических свойств, и так далее. Следовательно, такой подход тоже дает возможность объяснить теодицею.
Любой из этих вариантов мультивселенной приводит к достаточно радикальной идее: Вселенная имеет смысл, поскольку она так велика и сложна, что практически неизбежно в бесконечно малой ее части есть живые существа и разум, которые и делают ее значимой.
Хотя можно быть еще более радикальными и поставить вопрос так: «Зачем нам нужен весь этот мусор?» Должны ли мы действительно считать «реальными» все эти другие области и ответвления квантового состояния, если там никого нет?
Этот вопрос приводит к двум простым, но ставящим в тупик вопросам:
Что для нас значит существовать?
Что значит существовать для кого-то, отличающегося от нас?
Часть 5
Кто я? Не знаю!
Изучать путь Будды — значит изучать себя. Изучать себя — значит забыть себя. Забыть себя — значит дать проявиться множеству вещей.
Эйхэй Доген «Луна в капле росы»[118]
Быть собой, просто самим собой, так прекрасно, это столь несравненное переживание, что трудно убедить себя, что столь же необыкновенные вещи могут происходить и с другими.
Симона де Бовуар
36. Кто спит, возможно, видит сны?
(Когда — неизвестно)
Ты дома, в Падуе, в университете, на экзамене, к которому ты не готов. Ну еще бы. Во сне часто так бывает.
Перспектива смещается, и вот ты уже сидишь за низеньким столиком, перед тобой — свиток с неразборчивым текстом, но сосредоточиться ты не можешь.
Ты идешь по мосту в Венеции, наблюдая за плывущими внизу гондолами. Какой свиток? Какой экзамен?
Яркий свет привлекает твое внимание, когда твой мир переносится в эпоху чудес, где слова и ожившие картины появляются на фантасмагорических, постоянно сдвигающихся табличках. На очередной написано по-итальянски: «Она летит прямо к твоему сердцу».
Тебе снится, что ты пробираешься через непроходимые джунгли и тебя преследует беспощадное, бесшумно передвигающееся чудовище.
Ты с облегчением просыпаешься. Но облегчение сменяется паникой, когда ты обнаруживаешь, что тебя везут куда-то в маленькой покачивающейся повозке и ты не можешь пошевелиться.
Ты просыпаешься от корабельной качки и вспоминаешь сразу все: повозку, чудовище, мост, экзамен.
Ты просыпаешься. Только что ты был на корабле, а теперь лежишь на соломенной подстилке в холодной комнате. Тебе не дает покоя почти забытая фраза о какой-то стреле.
Кто был тот, кому снился сон?
Если бы «я» было совокупностью, Оно должно было бы возникать и исчезать как свойства.
Если бы оно отличалось от совокупности, У него не было бы черт, присущих совокупности.
Нагарджуна «Строфы, основополагающие для учения о срединном пути»
Кто тот, кто читает эти слова? Из всех существ в пространстве и времени есть только одно, очень конкретное существо, занятое этим: вы. У вас вполне определенные родители, детство, которое, как и вчерашний день, вы помните, и вчера вечером заснули именно вы. И если вы походите на большинство людей, то, проснувшись утром, вы очень быстро погружаетесь в ту же самую свою собственную жизнь: поднимаетесь с кровати, думаете о наступающем дне, вспоминаете, что вы сделали вчера, а что, не окончив, отложили на сегодня.
Не философ семнадцатого века, не всадник в Маньчжурии и не пионер, начавший исследование Марса, лег вчера в кровать и сегодня проснулся таким, как вы: это вы отправились спать. Вы — субъект, вы — носитель чувств и восприятий, вы — главное действующее лицо жизни, изучаемой вами изнутри; вы тот, мысли которого — это ваши мысли, вы тот, кто принимает ваши решения и несет за них ответственность. Вы легли спать вчера вечером.
Но откуда вы это знаете?
Можно возразить: это же очевидно! Ведь именно вы — тот, кто помнит и вчерашний день, и то, что происходило за неделю, за месяцы до того. Перед вами вся ваша жизнь, в любой момент можно все проверить, даже если некоторые воспоминания не столь четкие, как другие. В вашем теле вам комфортно, вы знаете, как все в нем работает. Мир вокруг вас привычен, понятен, в какой-то мере предсказуем. Вы — это вы. Вы в этом совершенно убеждены. Сомнений быть не может!
Точно не
