Софи была рада, что в полумраке кареты Ист не может видеть, как она покраснела.
– Нет, - ответила девушка. - Большей частью мы говорили о тебе.
– Обо мне?
– Да. Я рассказала ему о нашем с тобой знакомстве.
– В самом деле? Ты выглядела гораздо более живой и веселой, когда рассказывала о нем отцу, чем во время самой нашей первой встречи.
– Наверное, тебе только показалось. - Софи на мгновение затихла. С улицы почти не доносилось шума, лишь слышалось ритмичное цоканье конских копыт по мостовой. - А Тремонт будет на приеме у посла?
– Его имя стоит в списке приглашенных, как и имя Дансмора. И оба выразили желание прийти.
Софи не стала спрашивать, откуда он знает. Леди София лишь утвердилась в мысли, что ее супруг играет более важную роль, чем хочет показать. Мастер. Он был честен с ней, когда сказал, что его работа заключается в том, чтобы исправлять зло и восстанавливать справедливость. Просто тогда она не поняла, что он имеет в виду.
– Тебя беспокоит, что они будут там? - спросил Ист, когда Софи задумалась и ничего не ответила.
– Нет. Мне абсолютно безразлично. - Внезапно Софи поняла, что вовсе не лжет, чтобы успокоить мужа, а говорит чистую правду. - Наверное, потому, что там будешь ты. Даже если нам не удастся провести много времени вместе на балу, я буду знать, что ты наблюдаешь за мной краем глаза. Ты не возражаешь, что я рассчитываю на тебя?
– Нет. А ты собираешься танцевать с целой кучей молодых вертопрахов?
– О да. Надеюсь.
Софи сонно улыбнулась Истлину, затем сладко зевнула, прикрыв рот ладонью, и закрыла глаза. Вскоре она заснула, уютно свернувшись под тяжелым плащом Иста, укрытая плотным одеялом тумана.
Дом, который выбрал Истлин для Софи, вполне мог считаться респектабельным, но не роскошным. Если бы ее апартаменты отличались большим шиком, невольно стали бы возникать вопросы, из каких средств выплачивается их содержание и как они ей достались. Отдаленное родство Софи с лед Хэрриет Гилберт из Озерного края и готовность, с которой пожилая дама вызвалась сопровождать девушку в Лондон, со служили неплохую службу - приличия соблюдены и любопытство досужих сплетников удовлетворено. Леди Гилберт слыла женщиной благородной, но бедной, и при всем желании не могла обеспечить племянницу.
Пришлось воспользоваться легендой, что Софи получила небольшое содержание после смерти родственника, еще более отдаленного, чем леди Гилберт. Конечно, Исту хотелось бы, чтобы умерший благодетель обладал куда более тугими карманами. Но тогда Тремонт и Дансмор наверняка бы заинтересовались историей наследства и захотели бы получить свою долю, что непременно привело бы их в дом Софи.
Леди Гилберт спала в своем кресле в гостиной, когда Ист внес девушку в дом на руках. Стоило им появиться на пороге, как пожилая дама тут же пробудилась и принялась отдавать распоряжения слугам, чтобы приготовили постель для леди Софии и как следует протопили в ее комнате. Она и слышать не захотела, чтобы Ист проводил Софи до ее спальни, и настояла, чтобы он сейчас же оставил ее в покое.
Хотя Истлин знал леди Гилберт очень мало, он уже успел уяснить себе, что с ней лучше не спорить. За ее внешней хрупкостью и миниатюрностью таились железная воля и сила духа. К тому же в руках она держала увесистую трость с тяжелым набалдашником из слоновой кости и вполне могла пустить ее в ход, если бы вдруг подумала, что ей противоречат.
Ист осторожно поставил сонную леди на пол. Софи улыбнулась ему, но не рискнула поцеловать, запечатлев вместо этого поцелуй на щеке своей тетушки, и стала подниматься по лестнице. Истлин проследил за ней взглядом, пока Софи не исчезла в глубине коридора.
Леди Гилберт легонько стукнула Истлина своей тростью. Только так наконец ей удалось привлечь внимание маркиза, хотя она несколько раз тщетно окликала его по имени. Любовь сродни безумию, подумала леди Хэрриет.
– Могу я сказать пару слов вашей светлости? - спросила она, вовсе не собираясь извиняться за то, что прибегла к помощи трости.
Он утвердительно кивнул и жестом пригласил пожилую даму пройти в гостиную. Часы в холле пробили полночь, и Ист с беспокойством подумал, что ему следовало бы не задерживаться так поздно в родительском доме, но ведь они с Софи не виделись почти две недели. Ист уехал из Кловелли вскоре после свадебной церемонии и сразу же принялся заниматься приготовлениями к приезду Софи и обустройством ее лондонского дома. С момента приезда Софи прошло три бесконечно длинных дня, а им ни разу так и не удалось остаться наедине, если не считать пребывания в карете.
Истлин вошел в гостиную, помог леди Гилберт сесть в кресло и закрыл дверь.
Леди Хэрриет выбрала себе место поближе к камину и поплотнее закуталась в шаль.
– Тремонт приходил сюда сегодня вечером, - начала она разговор без всякого вступления. - Вместе со своим сыном. Они пришли примерно через полчаса после того, как уехала София.
Истлин не думал, что дядюшка Софи так быстро узнает о ее приезде. Конечно, он не рассчитывал, что им удастся держать ее возвращение в тайне до самого бала у французского посла, но все же он надеялся провести спокойно хотя бы несколько дней.
– Они сказали, чего хотят?
– Видеть Софию, разумеется. Они страшно удивились, что она куда-то уехала, в то время как я оставалась дома. Не беспокойтесь, я не сказала им ничего лишнего, - добавила леди:, Хэрриет, заметив, что Ист озабоченно нахмурился. - Кажется, Тремонта чрезвычайно заинтересовал тот факт, что я не следую неотступно за своей племянницей.
– У вас не возникло желания воспользоваться своей тростью?
– Я неплохо опробовала ее на Гарольде.
Истлин поймал себя на том, что искренне сочувствует бедняге Дансмору.
– А как вы объяснили отсутствие Софи?
– Я не стала ничего объяснять, воспользовавшись тем, что они не имеют ни малейшего представления о наших родственных связях с Софи со стороны ее матери. Я рассказала им за чаем все подробности истории нашего рода и удовлетворила их любопытство по поводу неожиданного наследства. Надо заметить, они изрядно разочаровались, потому что речь шла довольно скромной сумме.
– Они обещали вернуться?
– Нет. И я, в свою очередь, не приглашала их, - заметила леди Гилберт, постукивая тростью по мраморной каминной плите. - Я еще не выжила из ума, хотя, возможно, вас такое обстоятельство вполне бы устроило. Вы с Софией почти ничего мне не рассказываете, но я ведь не слепая. Кроме того, я отличаюсь неплохим слухом. Вы пытались убедить меня, что Тремонт представляет определенную угрозу для моей племянницы, но мне сдается, что настоящая угроза исходит от вас. - Изуродованные артритом пальцы леди Гилберт вцепились в набалдашник трости так, что суставы побелели. - Я хочу знать: вы собираетесь жениться на девушке или позволите ей родить вам незаконного ребенка?
