— Олег, а варианты? Мы жене раз это обговаривали. Мы пока полностью зависим от мира 42-го года. Во всем — топливо, продукты, люди, точнее обслуживающий инженерный состав и бойцы силовых подразделений. Пока мы не сформируем конкурирующий баланс по поставкам нужных нам ресурсов между мирами 42-го и 14-го годов, мы так или иначе будем зависимы. А если учесть, что в нашем мире нас сейчас начнет раздевать всякая шваль имеющая ядерное оружие, то крутить носом перед Сталиным, который при желании сможет нам быстро и качественно перекрыть кислород, я думаю не стоит. Он, как я много раз наблюдал, знает берега и переходить грань не собирается, потому что прекрасно понимает, что нормальные доверительные отношения с нашей командой ему дадут намного больше, чем прямая конфронтация и обгорелые развалины наших бункеров и взорванная система управления порталами. Он прагматик, тем более на нервах — сейчас на подходе либо час его позора, когда англо-американцы выбьют нас с Кольского полуострова, что будет фактически частичной потерей Северного морского пути. Либо это будет триумф, когда мы демонстративно раскатаем все пятнадцать линкоров и кучу вспомогательного металла, что припрется ко входу в Кольский залив, размажем по сопкам Хибин войска интервентов, а потом пройдемся по их столицам, чтоб впредь не повадно было вообще косо смотреть на Россию в общем, и на Советский Союз, в частности.
— Звучит правильно и красиво, Серега, но что мы будем делать у нас? То, что до тебя довели Ростовцев и Сипягин это так, цветочки. По моим каналам идет тоже много чего интересного.
— А именно?
— Тот же Ближний Восток взбудоражен известием, что кто-то нашел проход в другой мир и во всю оттуда таскает продукты и много всего интересного. Поэтому сразу в силу вступает самый главный и древний закон политики — право сильного.
— Там тоже собирают армию?
— И еще как, причем менее пафосно, но более продуманно. Как мне передали, проработано пять маршрутов выдвижения мощных войсковых колонн, которые находятся в процессе формирования. Идет планомерная закладка по маршруту движения продуктов, топлива, медикаментов, оружия, боеприпасов. Собранный спецназ и хорошо оплачиваемые наемники чистят дороги от всех банд, которые могут хоть как-то, даже гипотетически помешать быстрому продвижению войск в условиях нашей ядерной зимы. Серега, ты понимаешь, чтоб так организоваться, как им нужно себя поломать, отбросить многовековые конфликты и выбрать единое командование, ну и дальше по списку.
— Н-да. У нас по ходу последний… надеюсь последний в истории человечества Крестовый поход в Крым, ну и очередное, и тоже надеюсь последнее нашествие с востока.
— Ага. Судя по всему, про вторую, отложенную волну ядерных ударов уже все знают, вот и ломятся толпами, в надежде хоть как-о вырваться в другой мир. Других вариантов то, вроде, как и нет.
— Поэтому придется гасить всех на марше.
— А если они вперед себя двинут толпы женщин и детишек, как они это любят, правда журналистов уже не будет, который все это будут снимать под разными ракурсами, но все равно что ты будешь делать в такой ситуации, гуманист в тельняшке? Да и гасить всех не получится — если будут идти небольшими отрядами, у нас просто нет нужного количества штурмовой авиации. А ПВО у них точно будет, и неплохое, да и погодные условия такие, что у них есть все шансы прорваться к Крыму незамеченными. И на каждый отряд ты не будешь тратить ядерные боеприпасы, их и так осталось единицы.
— Ну начнем с того, что мы все уже давно не гуманисты — того мира с его базовыми морально-нравственными маркерами давно нет. Сейчас основополагающие законы — это законы выживания. Поэтому СЕЙЧАС этот номер не пройдет. Дай волю, наши же женщины возьмут оружие, сядут в башни танков и спокойно всех раскатают.
— Да уж, Серега, и тут выкрутился, но это так, юмор, черный юмор, а вот по всему остальному у нас все очень плохо.
— Тут согласен. И на все про все у нас всего пару месяцев.
— Не больше. Часики отложенного ядерного удара все тикают и запуск новых спутников для доразведки обстановки ожидается месяца так через три, ну а дальше анализ и удар по выявленным целям.
— В нашем мире мы не успеем в таких условиях воссоздать и запустить космическую программу. Тут одних расчетов и опытов с обратным переносом и открытием порталов на несколько месяцев, это если меня просто не будут дергать, а дадут возможность просто заниматься наукой.
— Ты же понимаешь, что это не реально — ты своей хлеборезкой уже засвечен практически во всех военно-политических проектах, и тебя просто не отпустят. Дефицит времени у нас практически везде, и в мире 14-го года, и в мире 42-го, поэтому нужно искать другой вариант. Уход в космос конечно хорошо, но там возникает куча технических нюансов, как ты и говорил.
— Тогда вариант другой — нужно уходить из Крыма.
— И куда?
— Ну смотри по варианту «Мертвая рука» удары будут наноситься в основном в северном полушарии Европа, Сибирь, Дальний и Ближний Восток, Северная Америка и так далее.
— Предлагаешь вообще перебраться в Южное полушарие, где нас будут долго и упорно искать?
— Как вариант. У нас есть два подводных атомохода. Доработать, вырезать всю боевую начинку, типа пусковых межконтинентальных ракет и вывезти на них базовый набор для формирования портальной станции. Можно даже и не один. Помнишь, как мы, когда начинали поиск альтернативного канала, чуть ли не в машине ставили кольцо.
— Помню. Слушай, а может не будем выпендриваться и вообще в атомоходе кольцо поставим? Представляешь, куда нужно подо льдом проплыли, остановились, легли на грунт и все, воздух, продукты из другого мира, ядерный реактор для питания портального кольца и все заинтересованные личности пусть годами ищут. Ну а систему для космических программ и для транзитной транспортировки войск можно и на каком-нибудь отдаленном острове смонтировать. Все высокотехнологические железки нам все равно авиацией доставляют. По большому счету, мы уже сейчас сидим на обеспечении горючим и продуктами из других миров, поэтому автономность будет достаточно высокой.
— Вполне рабочий план. Чего мы к Крыму то привязались? Здесь прошла война, все полезное либо давно разграблено, либо сильно фонит. С подводной лодкой план хорош, но это не «Наутилус» капитана Немо. Там постоянно нужно проводить регламентные работы, ядерный реактор раздолбайства не простит, а для обслуживания нужна целая отрасль предприятий, которой уже по определению нет.
— Тогда что нам нужно?
— К нам в общей сложности идут один атомоход с Северного флота и два с Тихоокеанского. Для наших на небольшой срок, пока АПЛ будет на ходу, подойдет именно ракетоносец — размер, но тут надо будет советоваться со специалистами, как лодку переоборудовать под наши нужды, это не кружок «Юный техник», тут с наскока «болгаркой» лишнее не вырежешь. Займешься, Олег?
— А куда я денусь. У тебя, по сути дела, даже и напрячь по таким задачам некого.
— Могу Катю привлечь, — усмехнулся я.
— Ага, она нарешает. Сначала включит блондинку, похлопает глазками, потом найдет точки воздействия, завербует главного, а лишних, кто будет просто мешать, грохнет в назидание другим, чтоб не лезли. Просто это время.
— Вот вот. Проще отправить военно-морского головореза болтуна-задушевника, который за одну-две пьянки всех очарует, подкупит, и с бодуна заставит подписать договоры. Ну а дальше начнутся уже трезвые будни, и когда проклюнутся первые попытки отпетлять, появятся другие головорезы, которые в прямом смысле слова отрежут головы, и все будет гладко и продуктивно.
— Зато у меня будет быстрее.
— Тут согласен, да и Артемьеву забрать надолго нет возможности, она уже вполне качественно вжилась в реалии мира 14-го года и на пару с Марией Федоровной, раскрыла свои таланты на двести процентов и вполне системно давит всех несогласных с общей линией партии. Эдакая Милледи в тельняшке, на службе в Новоросском Экспедиционном Корпусе.
