— Да, это все хорошо, но как это можно использовать в нашем мире? Пока мы только из своих ангаров отправляем грузы на орбиту в мирах прошлого, а как это реализовать у нас?
— А кто мешает вывести на высокую орбиту нашего мира один из контуров системы перемещения во времени? И уже оттуда совершать дальнейшие шаги по продвижению наших интересов в других мирах?
Повисла пауза, которую нарушил Ростовцев.
— Сергей Иванович, вы уверены, что такая система будет работать?
— Не уверен, но моя интуиция просто орет, что нужно попробовать обезопаситься таким вот образом, пока нас здесь в Крыму не задавили массой любители халявы. Ну а после, будет интересно узнать у кого там остались средства для поражения космических объектов на высоких орбитах.
— Что ж, Сергей Иванович, вы опять выкинули очередной фортель, который надо будет долго и скрупулёзно обсуждать с нашими специалистами.
— Нужно, но главное не затягивать…
Когда видеоконференция закончилась, мы не стали расходиться — ожидалась еще одна видеоконференция, но уже только с нашими абонентами. Из-за ранения, я пока не хотел мотаться по местным объектам и службам и решил процесс контроля провести в онлайн режиме, тем более доклады нашей внутренней службы безопасности по всем направлениям я и так получал регулярно. Просто так или иначе, человеческий фактор общения должен обязательно присутствовать, и демонстрация моего внимания была одним из элементов поддержания имиджа вменяемого руководителя.
Особое внимание, конечно, уделялось нашей космической программе, на которую за последние несколько недель было переведено большое количество производственных мощностей, снимаемых с других направлений. Все было обусловлено тем, что именно от этого элемента нашего силового блока, зависела судьба конфликта между СССР и всего западного мира в 1942-м году. Антанта-2 уже вывела основные силы на исходные позиции и на Карельском полуострове уже началась замена германских частей корпуса генерала Дитля на подразделения британской морской пехоты. Объединенный флот Грант-Флита и ВМС США, с какими-то чисто символическими вкраплениями французов, норвежцем и даже финнов, вышел на исходную позицию, для рывка к Кольскому заливу и захвату Полярного и Мурманска, что будет фактическим уничтожением Северного флота СССР.
Поэтому после согласований на завтрашний вечер, а по нашему времени было около десяти утра по Москве, был намечен вывод боевой орбитальной станции «Заря» на орбиту планеты в мире 1942-го года. Параллельно в экстренном порядке почтив все, кто имел опыт сварных работ, собирали орбитальные снаряды, которыми мы будем проводить бомбардировку противника. В первом приближении технологии уже вполне отработаны, и все основные средства поражения делались, так сказать, унифицированными, одной серией, с соблюдением массогабаритных характеристик, чтобы можно было хотя бы опытным путем подобрать параметры, по которым можно было бы проводить более точные расчеты прохождения снарядов через атмосферу. Поэтому перед нанесением глобального удара в ближайшие два дня мы планировали провести генеральную репетицию и отбомбиться по срочно подготавливаемому полигону на Новой Земле. Там обособленно друг от друга схематически в основном их дерева собирались макеты кораблей, в том числе в походном ордере, колонн боевой техники противника, полевые линии обороны с манекенами. Но завозилась и старая списанная техника, в том числе несколько танков. По всему этому мы должны будем пройтись и посмотреть хоть предварительные результаты.
При планировании орбитальных ударов играла большую роль отработка точности накрытия, площади поражения и синхронности запуска. Математика нанесения удара была разработана, но не хватало некоторых параметров, из-за которых размер предполагаемый зоны поражения был слишком велик.
Так же, для коррекции ударов, на поверхности планеты были установлены несколько опорных радиомаяков, благодаря которым системы наведения снарядов могли бы более точно проводить наведение, согласно полетного задания.
Поэтому, чтобы не тратить время, я сам, на компьютере настучал отчет об оперативной обстановке в мире 1914-го года, об проведенных операциях и о полученном результате. Все это зашифровал и через наши линии связи отправил на почтовый ящик Сталина, с которого лично ему шла вся корреспонденция с нашего направления, при этом миную всех секретарей и «ответственных товарищей», от которых могла бы произойти утечка, скажем так, третьим лицам. Третьи лица, это не значит враги или предатели. Это могли бы быть те же члены Государственного Комитета Обороны, которые в рамках своих схем поведения могли бы попытаться сейчас или в будущем сыграть свою игру, либо просто тупо устроить неконтролируемую утечку информации.
Пока я совещался по космической тематике и оговаривал основные вопросы, часа через два пришел ответ за подписью товарища Сталина, в которой он меня хвалил, за то, как я порешал ситуацию с британцами и французами в России 1914-го года, за компанию, устранив чужими руками императрицу Александру Федоровну, но выкатил жесткий по сути и вполне мирный по исполнению наезд за мое очередное ранение. Судя по адресам рассылки, как я понял, часть, что касалась наезда за ранение была отослана также Дегтяреву и, что немаловажно, моей супруге — усатый вождь библиотекарей и физкультурников неплохо был осведомлен о наших внутренних раскладах и прекрасно осознавал через кого на меня можно давить, не вызывая при этом, лично у меня ни раздражения, ни обиды. Ну что тут скажешь — товарищ Сталин был еще тем манипулятором, но на его месте другой бы и не удержался. А он хотел гарантированно получить новую мощную ударную игрушку — орбитальную бомбардировочную группировку.
Поэтому к моменту вывода «Зари», я, не смотря на ноющую боль в ноге, уже бы у «космонавтов» в ангаре. Огромный основной блок станции представлял собой огромный стальной цилиндр длиной около двадцати метров и диаметром около восьми. На момент окончания работ он, как любой космический аппарат был герметизирован и обшит не только несколькими стальными листами, придающими дополнительную жесткость и монолитность конструкции, но и снаружи покрыт многочисленными слоями теплоизоляционных и светоотражающих материалов.
Мощные маршевые и маневровые двигатели, необходимые для управления столь тяжелой конструкцией, требовали огромное количество топлива и окислителя, поэтому в специальных нишах располагались основные и дополнительные топливные баки. К тому же предполагалось, что чуть позже станция будет дополнена еще одним таким цилиндром, а в перспективе предполагалось собрать конструкцию, в центре которой будут большие восьмиметровые цилиндры, а вокруг них, как патроны в барабане револьвера, по окружности на специальных фермах будут установлены еще шесть цилиндров, диаметром чуть поменьше. Все эти конструкции должны будут соединены герметичными переходами, чтобы таким образом образовать весьма большой по полезному объему аппарат, который, если оснастить соответствующим двигателем, можно было бы использовать как межпланетный космический корабль. А при наличии на нем пространственно-временного маяка, проблема снабжения воздухом, продуктами, топливом становилась второстепенной, отставляя такой параметр как максимальное время автономного полета на второй или даже третий план. Хотя, простой расчет показывал, что проще было, допустим, к той же Луне отправить автоматическую станцию с маяком и таким образом начинать колонизацию, но на фоне намечающегося колоссального столкновения с объединенными силами Антанты-2, на нарастающей напряженностью в нашем мире, все эти прожекты откладывались пока минимум на три-пять месяцев и то, это была грубая оценка. Хотя работы по развитию стратегических космических межпланетных программ не сворачивались — не известно, что может произойти в ближайшее время, и любой проект может в будущем дать дополнительный шанс для выживания.
Поэтому, когда наступило время «Ч-30», основной модуль станции «Заря» уже был готов и стоял возле пространственно-временного кольца на специальных колесных платформах и ожидал своего времени, чтобы отправится на орбиту планеты Земля в 1942-м году. Как раз одна из «молний» с маяком поднялась на достаточно высокую орбиту, на которой мы изначально предполагали использование боевой станции.
