— Ладно, пошли завтракать, работы сегодня будет много.
Слова Колина, смутили меня. В то, что местные маги толком ничего не умеют, мне верилось с трудом. Многое в магических агрегатах, которые я видел в работе, было изготовлено недавно и вручную. Примером был медальон иностранца у меня на груди и защита в мече. Панцирь «Первого» тоже изготовлен недавно и явно не на заводе. Принципы работы этих девайсов магам известны. Мое реальное преимущество только в том, что я умею заряжать камни «Силу» на месте, а магам нужно везти их к зарядным станциям.
Закончив завтрак, я занялся изготовлением развертки из обрезка вала. Работа над этим примитивным инструментом, заняла все время до обеда. Поев и отдохнув с полчаса, я приступил к обработке винта. Мучения продолжались еще около часа, но мне удалось добиться своего. Винт занял свое место на валу, как будто там всегда и находился. Закрепив винт гайкой, я включил двигатель, и скамейка поскакала по земле как бешеный мустанг. Народ, наблюдавший за мной, бросился врассыпную. Мне удалось догнать агрегат и отключить питание. Винт нуждался в балансировке, вибрация оказалась абсолютно недопустимой. Пришлось снова снимать винт и изобретать иглу для статической балансировки. Иглой послужил гвоздь, забитый в стол, а центром углубление в торце импровизированной развертки. При помощи кусочков бронзы, привариваемых лучом «Силу», мне удалось отбалансировать винт. Повторные испытания агрегата прошли успешно, и я отдал команду тащить его на корабль. Местом крепления для двигателя послужила наклонная площадка на корме, по которой поднимали лошадей. Закрепив доску со своей конструкцией болтами, я начал опускать площадку, пока винт не скрылся под водой. Теперь можно было приступать к испытаниям нашего «Варяга». «Варягом» я назвал корабль, не за героический вид, а за большую вероятность безвременной гибели от моих экспериментов. На палубе собралась вся команда, и только шаки остались на берегу, опасаясь за свое здоровье. Я перевел реостат в первое положение и за кормой появился бурун от винта. Корабль медленно поплыл вдоль пирса и остановился удерживаемый канатом, которым был привязан. Ура заработало, теперь попробуем реверс. Я переключил рычаг реверса и перевел реостат в первое положение, корабль поплыл назад.
Отвязав веревку, мы проделали пару кругов по бухте. «Варяг» хорошо слушался руля, и можно было считать испытания успешными. Отдав приказ грузиться на корабль и готовиться к отплытию, я отправился заряжать все имеющиеся в наличии камни «Силу». Удобно устроившись под навесом, я приступил к зарядке. На зарядку камней для двигателя ушло около трех часов, а на камни из магазинов метателей еще два. Мне едва удалось закончить работу до темноты. Поужинав на скорую руку, я занялся проверкой готовности к отплытию. Несмотря на все последние успехи меня, преследовали нехорошие предчувствия, уж слишком все спокойно. Мне казалось, что мы опаздываем с отплытием, но ночью не отплывешь. Закончив осмотр корабля, я приказал «Первому» загнать на корабль лошадей и шаков и направился в барак. Вместо того чтобы завалиться спать я вытурил из барака всю команду и приказал переселяться на корабль. Мой приказ энтузиазма среди подчиненных не вызвал. Народ решил, что начальство дурит, но пререкаться не стал и под недовольное бурчание отправился спать на «Варяг». Мало того я приказал ложиться спать не раздеваясь в доспехах и при оружии, чем окончательно испортил всем настроение.
— «Первый», зажги лампы в бараке, чтобы снаружи казалось, что мы там спим — сказал я.
— Торвин и Викана вы дежурите первыми. Колин и Рис ваша смена вторая, перед рассветом разбудите меня и «Первого». Не дай Бог, вы сделаете глупость и не разбудите меня вовремя. Свет на корабле не разводить и вести себя тихо как мыши.
— Ингар, зачем такие строгости? Пусть Викана поспит, а я и один подежурю, — обратился ко мне Торвин.
— Торвин ты не понял приказа, мне повторить? — разозлился я. — Заступай на пост и не проворонь противника. Всем остальным спать!
Экипаж молча, разошелся по своим местам, но я понимал, что перегнул палку. Выглядело мое поведение странно, если не сказать глупо. Объяснить свои страхи я не мог, а конкретных указаний на то, что нам грозит смертельная опасность, не было. Меня заносило все дальше и дальше, для пущей важности я положил себе под голову заряженный метатель и улегся спать, обняв лук и колчан со стрелами. Меч мешал удобно улечься на палубе, и его пришлось снять вместе с поясом и ножнами.
— Вот будет смеху, если ничего не случиться, — подумал я засыпая.
Из сна меня выдернула рука Колина.
— Ингар просыпайся, ваша очередь дежурить, — сказал хуман.
Широко зевнув, я сел оперевшись спиной на мачту. Колин ушел в сторону каюты капитана и скрылся в тумане стелившимся над водой. «Первый» суетился у очага пытаясь развести огонь под котелком с водой для приготовления завтрака. Огниво у шака отсырело и щепки в очаге загораться не хотели. Мне пришлось остановиться и разжечь огонь при помощи «Силу», в противном случае мы рисковали остаться без завтрака. Подобрав с палубы пустое ведро, я наклонился, чтобы зачерпнуть воды для умывания.
Сильный удар в область печени и пинок под зад отправили меня за борт, и я камнем пошел на дно. Меня спасло только то, что я спал в кольчуге и небольшая глубина у причала. Сделав кульбит в воздухе, мое тело упало спиной в воду, поэтому первыми достигли дна мои ноги, а не голова. Холодная вода сомкнулась над моей головой и мгновенно привела меня в чувство. Хорошо нахлебавшись, мне удалось вынырнуть на поверхность у борта «Варяга». На палубе вовсю кипел бой. Зацепившись руками за борт, я выбросил свое тело из воды на палубу.
«Первый» возле очага отмахивался половником от двух нападавших, с третьим налетчиком в обнимку катался по палубе Колин. Сначала я пришел на помощь шаку, и пинком выбросил за борт ближайшего противника, а у второго повис на руке пытаясь выкрутить из нее кинжал. «Первый» мгновенно расколотил бандиту голову половником, и он повалился на палубу. Выкрутив кинжал из руки покойника, я кинулся на помощь Колину. Удар кинжалом под лопатку налетчика, прекратил вольную борьбу на палубе. Помятый хуман выбрался из-под бьющегося в агонии бандита.
— Спасибо, — просипел он и схватился за меч, который валялся на палубе.
С треском распахнулась дверь каюты капитана, и из нее выскочил Торвин. Я осмотрелся и увидел скорчившегося на палубе Риса. Он зажимал руками рану на животе, из которой сильно текла кровь.
— Викану быстро! — крикнул я Торвину и склонился над раненым.
Риса колотил озноб и под ним уже натекла большая лужа крови. Парень явно собрался умереть. Я погрузился в транс и постарался помочь Рису. Картина, представшая передо мною, не внушала оптимизма. Удар кинжала пробил кольчугу и вошел в печень. Таким же ударом хотели отправить на тот свет и меня, но у меня кольчуга из мифрила, поэтому фокус не удался. Кинжал, которым я зарезал налетчика, был похож на заточку и предназначался специально против противника в кольчуге. На земле такой кинжал называется мизеркордом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
