полностью, то Писарев всегда оставался на хорошем счету. Не сказать, чтобы сослуживцы его терпеть не могли, но и особо теплых чувств к нему они не питали.
Он, со своей стороны, держался с коллегами ровно, отстраненно и сухо. Ни о его личной жизни, ни о том, как Писарев проводил свободное время, никто ничего толком не знал.
Сослуживцы погибшего участкового вообще считали, что он интересовался только женщинами. Писарев почему-то слыл еще тем бабником, хотя никогда не хвастался своими успехами. Никто из его коллег даже не знал, есть ли у него любовница.
Поводом для таких выводов, вероятно, послужил тот факт, что сослуживцы часто видели Писарева в обществе самых различных дам. Причем в большинстве случаев участковый и эти женщины вроде бы довольно тепло относились друг другу.
Впрочем, без исключений не обходилось.
– Мне рассказали, что несколько раз Писарева поджидали женщины около отдела и закатывали ему сцены, устраивали истерики, иногда даже с мордобитием, – с усмешкой сказал Крячко. – Однажды такое даже в самом отделе произошло. Капитан решил поухаживать за молодой сотрудницей отделения по делам несовершеннолетних Яной Сотниковой, но, видимо, в чем-то перегнул палку. По крайней мере, девушку его приставания оскорбили настолько, что она прямо в коридоре залепила Писареву пощечину.
– Умница, очень правильная девочка! – заявила Мария.
– Думаешь, это женщина его на кладбище заманила? – покосившись на жену, спросил Гуров Станислава.
– Не исключено, – ответил Крячко. – Наверное, женщине проще всего было бы это сделать, и все же я так не считаю. Сейчас не девятнадцатый век, и даже не времена СССР, чтобы тайком от всех на кладбищах свидания назначать. Отелей теперь пруд пруди. А вот для своих темных делишек он туда притащиться вполне мог.
– Этот участковый еще чем-то кроме грабежа гастарбайтеров занимался? – поинтересовался Гуров.
– В отделении мне ничего такого не сказали. Не знали или честь мундира защищали, – ответил Станислав. – Но по дороге в Пресненский район я заскочил кое-куда и поручил своим людям постараться выяснить, не ввязывался ли Писарев в какой-то криминал. Пока подтвердился только тот факт, что капитан отбирал у гастарбайтеров зарплаты. Еще есть слушок, что он как-то причастен был к наркотрафику из Азии. То ли курьеров прикрывал, извещал их о предстоящих облавах, то ли просто глаза закрывал. Точную информацию на этот счет мне пока получить не удалось.
– Вполне возможно, – встрял в разговор Орлов. – Хоть вы и говорите, что я хватку терять начал, но без дела тоже не сидел. Я связался кое с кем из управления собственной безопасности и попросил собрать мне информацию о том, имело ли это ведомство претензии к Желизняку и Писареву. Первого из них безопасники несколько раз пытались привлечь за взяточничество и использование служебного положения в личных целях, но ни разу не набрали железобетонных доказательств. Второго они трясли по поводу вымогательств и подозревали в организации наркопритонов. Но опять же все эти дела были закрыты за недостатком улик.
– Получается, что обе ваши жертвы были весьма грязными персонажами, – скорее констатировала, чем поинтересовалась Строева. – Значит, кто-то решил очистить ряды полиции от негодяев, раз у властей рук на них не хватает. Если так, то ищите убийцу среди своих. Простой обыватель вряд ли стал бы этим заниматься.
– Это почему же? – спросил Станислав и удивленно посмотрел на нее.
– Ну-ка, Стасик, включи свой процессор! – заявила Мария, усмехнулась и обвела друзей торжествующим взглядом. – Неужели вы настолько наивные? Вам ничего не известно о том, как к полиции большинство обычных людей относится? Для них вы все продажные. Если бы простой человек начал убивать полицейских, то резал бы всех подряд, а не выборочно.
– Вообще-то, тут ты права только наполовину, Маша, – заявил Крячко. – Мы на земле работаем и хорошо видим, как к нам люди относятся. Тут во многом от самого полицейского все зависит. Как он к людям, так и они к нему. Говорить, что нас никто не любит, ни в коем случае не стоит. Это, знаешь ли, СМИ отношение общества к полиции так изображают. Уж поверь мне, оно очень здорово отличается от реальности.
– Давайте вы дискуссией о взаимоотношениях полиции и народа в другой раз займетесь, – встрял в разговор Гуров. – Время уже позднее, а мы еще не все вопросы по убийствам обсудили.
Строева чуть надула губки, демонстрируя обиду, но спорить с мужем, по крайней мере при его друзьях, не стала.
Крячко и вовсе был далек от мысли пререкаться по таким вопросам со своим старинным товарищем. Он любил клоунаду, но прекрасно понимал, когда и где ею можно заниматься.
– Значит, ты считаешь, что Писарев оказался на кладбище из-за своих криминальных делишек? – спросил Лев Иванович Станислава Васильевича.
– Это вполне вероятно, – ответил тот. – Впрочем, одно другого не исключает. Вполне возможно, что партнером Писарева по криминалу могла быть женщина. Почему бы и нет? Вот только выходит, что капитана и полковника убил один и тот же человек. Все указывает именно на это. Получается, что Писарев с Желизняком занимались каким-то единым делом. Черт побери, почему мне об этом до сих пор ничего не известно?
Глава 3
Вчера друзья засиделись допоздна и выдвигали самые разнообразные версии, однако сделать какие-то однозначные выводы по двум расследуемым убийствам им не удалось. Точнее сказать, версии предлагали Крячко, Орлов и Мария, а Гуров их разбивал с одинаковым успехом, поскольку доказательствами эти теории никак не подтверждались. Было очевидно лишь то, что между Желизняком, Писаревым и неведомым убийцей существовала какая-то связь, ниточки, которые сыщики никак не могли уцепить. Но кое-какой план на сегодняшний день им выработать все же удалось.
Визит Станислава в кафе, в котором можно было получить информацию о Гафарове, еще вчера являвшемся единственным подозреваемым в убийстве полковника, Лев Иванович поначалу решил отменить, поскольку не видел никаких связей чеченского бандита с обычным московским участковым. Однако после того как выяснилось, что Писарев мог быть замешан в торговле наркотиками, контакты этих людей уже не выглядели совершенно невероятными. Именно поэтому Крячко сегодня предстояло наведаться в кафе, расположенное на Ленинском проспекте, у метро «Юго-Западная», и найти любую зацепку, которая могла бы вывести сыщиков на Гафарова. Этого человека стоило отработать в любом случае. Еще ему досталось задание выяснить, насколько достоверна информация о причастности Писарева к торговле наркотиками. Так что помотаться по Москве Станислав сегодня должен был немало.
Гуров попросил Орлова взять на себя управление собственной безопасности, а также пообщаться с приятелем в руководстве ФСБ. Ребята из этого почтенного ведомства вполне могли иметь какую-то собственную информацию
