на обещания, которые я сдержу, когда взойду на трон. В другом случае, Балика не стала бы терпеть наше поведение.
– Ты не понимаешь, кто твои настоящие союзники, – насмехается король Эмилиус. – Но в итоге они тоже остались в дураках. Не видать тебе короны. – Он достает карманные часы, бросив на них ленивый взгляд, и убирает обратно. – Приведите себя в порядок. Потом мы разберемся с тем, что вы натворили.
Он уходит, и в комнате повисает оглушительная тишина. Сайрус осторожно опускается обратно на пол. Я онемела от шока, и меня трясет от гнева.
– Я тебя ненавижу, – шепчу я. Если честно, мне хочется пихнуть его, пока он лежит.
– Я ни о чем не жалею, – дрожа, отвечает он. – И сделал бы это снова.
– Даже не смей говорить, что это было ради моего блага. Даже не пытайся вывернуть это так, словно…
Я бросаюсь вперед и всем телом прижимаю Сайруса к полу. Мои руки обвиваются вокруг его шеи.
– Даже не думай выставить это так, словно это был твой рыцарский поступок, словно, что бы ты ни делал, это акт благородства. Ты хотел от меня избавиться, признайся.
– Так будет всегда, только один из нас может быть марионеткой, когда другой тянет за ниточки. – Он закрывает глаза, позволив голове расслабиться. Жемчужно-белые зубы запятнаны кровью и обнажены в грустной улыбке. – Я никогда не спешил, когда хотел от тебя избавиться, Вайолет. Просто слишком долго ждал, чтобы это сделать. Я знал, что мы никогда не сможем работать вместе. Нашего доверия друг другу для этого недостаточно, а мои чувства ничего не изменят.
Мой большой палец сильнее давит на яремную впадину, и хватка становится легче, он позволяет мне это сделать. Мои мысли в беспорядке, да и выгляжу я не очень: юбки задраны до покрытых синяками колен, руки все еще дрожат. Единственная моя радость сейчас в тяжелом дыхании сайруса и в его шипении, когда мой локоть давит на его грудь.
– Я не врала о Надии. Но тебя это не волнует, – говорю я. – Ведьма Кошмаров собирается всех убить, и мне плевать, если так и произойдет. Это будет твоя вина, надеюсь, что ты сможешь стать тому свидетелем.
С трудом дыша, Сайрус качает головой.
– Генерал и его люди следят за ними, – отвечает он. – Одно неправильное движение, и они без сомнения перережут ей горло. После стольких обманов мы, наконец, сможем сами принять чертово решение и удостоверимся в том, что это действительно она, прежде чем привести приговор в исполнение.
– Ты что, меня совсем не слышал? Эта Ведьма умеет накладывать чары на людей. Она врывалась в мои сны, она… – с моих губ срывается горький смешок. Она пыталась убедить меня к ней присоединиться. Я должна была так и сделать. – Если бы ты знал, что она говорила мне сделать, и как тебе повезло, что я ее не послушала. И, знаешь, я так об этом жалею.
– О чем ты говоришь?
– Мне снились сны неделями, каждый день до последнего времени. Последний раз, когда я нормально спала, был… Боги, должно быть, перед балом. Я думала, что поступаю правильно, не слушая ее. Судьбы сказали, что я должна им жизнь, потому что спасать тебя мне не следовало, теперь я понимаю почему.
Если бы я убила Сайруса, как мне говорила Ведьма, то получила бы, пусть и временное, но удовлетворение. Тогда я бы ушла злодейкой, но со своим ужасающим триумфом. Это куда лучше, чем быть влюбленной дурой, замененной и забытой.
Она меня предупреждала. Даже Судьбы предупреждали. Они предадут тебя. Все они.
Сайрус смотрит на меня так, словно я потеряла рассудок. И, говоря все это в слух, мне кажется, он может быть прав. Его гнилое сердце – спасение или погибель. Так гласит пророчество Фелициты. Что ж, теперь оно в прошлом. Я должна была это сделать. Должна была заколоть его.
Словно отвечая мне, что-то мерцает на краю моего зрения.
Что-то привлекает мой взгляд. На магию трудно не обратить внимание, когда она знает, чего ты хочешь. В дальнем конце комнаты, зажатый между шкафчиком с сувенирами и креслом для чтения, стоит цветок в горшке. Его ярко-зеленые листья слишком яркие для растения в тени, они словно светятся. Его стебель толстый и овит лозой, идущей наверх к единственному цветку, раскрытому, как золотая звезда. Фейский цветок.
Один из тех, что могут расти только в Фейском лесу или вокруг моей башни. Шрам на моей ладони зачесался.
Я смогу это сделать, смогу же?
«Да, да», – отзывается далекий голос, который я знаю слишком хорошо.
Я даже не знаю, сработает ли это, но моя кровь гудит. Где-то глубоко в душе я знаю, что это сработает.
Он это заслужил. Они все заслужили. Будь жестокой, только так ты сможешь выжить.
Я отпускаю Сайруса и поднимаюсь на ноги, голова кружится – быстрая мысль, мелькнувшая в моей голове, остальное лишь злость и безнадежность, заполнившие все пространство, что я хранила в себе.
– Вайолет?
«Ты ненавидишь себя за то, что желаешь его».
Я царапаю свою рану, сковыривая болячку ногтями. Во мне ничего не осталось. Какой смысл в моих амбициях, когда весь мир построен на лжи? Все, что я построила, никогда настоящим не было, как и у всех остальных. Империя Эвинии строится на ложных надеждах и ложной любви, потому что ложь – разменная монета этого мира. Ложь большая и маленькая – краеугольный камень любой мечты.
«Ты ненавидишь себя».
Пальцы покрыты кровью. Корка содрана и сочится красным, обжигая свежей болью. Какой смысл в моих чувствах, когда это тот же страх, но под разными масками?
– Вайолет. – Я слышу стон Сайруса и движение в той стороне. – Что ты делаешь?
Стараюсь сделать так, чтобы я никогда больше не потеряла контроль из-за него, неважно, как Провидица короля или как его возлюбленная. Он получил слишком большую часть меня.
Я хватаюсь за стебель и окрашиваю его своей кровью.
Прямо как в кошмаре, шип с кроваво-красным острием распускается под моей рукой.
Используй шип, и тебе все сойдет с рук. Когда он вонзится ему в сердце, то уничтожит его тело.
Отламываю его, и он идеально ложится в мою руку.
Я была рождена, чтобы владеть им.
Сайрус пытается подняться на ноги, но я пересекаю комнату быстрее и прижимаю его к полу, положив колено ему на грудь. Мы уже были в такой позиции. Я обхватываю свободной рукой его шею, и он вздыхает, заскулив, правда, пытаясь вдохнуть. Я не знаю, это Судьбы даровали мне силы, или он просто так слаб, что почти не сопротивляется?
– Это то, чего хотят наши боги. – Я усиливаю свою хватку. Шип скользкий от крови. – Я совершила ошибку, когда воспротивилась им. Они были правы во всем остальном.
Из его горла вырывается звук. Думаю, он смеется.
– Так сделай
