- За нами гонятся? - забеспокоился Дорд.
- Нет, это мы гонимся… - привстав с сиденья, капитан смотрел в переднее оконце и подавал указания вознице.
- Стой! - этот резкий приказ, и последовавший за ним жест Бранта все поняли правильно.
Похватали свои покупки и торопливо попрыгали на дорогу.
Кучер так же поспешно погнал прочь, но друзья уже не видели этого, влетая вслед за Дрезортом в одну из боковых дверей довольно большого магазина. Возле витрин и прилавков теснился народ, в основном среднего достатка. Самых знатных клиентов у парадных дверей встречал приказчик и с поклонами провожал к лестнице на второй этаж.
Брант, не останавливаясь, пробрался сквозь толпу и вышел через центральный вход. С самым решительным видом свернул на площадку, где выстроились ожидающие хозяев кареты. Его спутникам не оставалось ничего иного, как сделать такие же уверенные физиономии. А Брант, обойдя экипажи сзади, протиснулся к довольно пышной карете и, нахально распахнув дверцу, жестом пригласил друзей внутрь.
Тут уж засомневался даже Азарил. Скептически осмотрел завитки и вычурные ручки, оглянулся, вопросительно подняв бровь, и, наткнувшись на твердый взгляд капитана, молча полез в карету.
- Я тебя понимаю… - почему-то виновато сообщил Дрезорт, устраиваясь на переднем сидении, - но это сейчас лучший выход. Будем надеяться, что дожидаться придется недолго.
Молча сидеть в ожидании, пока карета дернется под весом забравшегося на свое место возницы, и резво тронется с места, пришлось больше получаса.
- Освободите место для хозяина, - шепотом попросил капитан, вызвав этим сообщением изумленные взгляды на лицах спутников.
Не удивился почему-то только северянин, состроив на лице самое невозмутимое выражение, потянул Дорда за рукав, и мягко, как барс, перетек на переднее сиденье.
- Теперь к ювелиру! - Звонко приказал знакомый женский голос, когда дверца кареты распахнулась, и пахнущая дорогими духами фигурка ловко скользнула внутрь.
Рассмотрев сидящие напротив молчаливые мужские фигуры, хозяйка раскрыла было ротик, чтоб закричать, и вдруг резко передумала.
Захлопнула рот, и дернула за шнур звонка. Карета мягко тронулась с места и покатила вперед.
- Вы на редкость быстро соображаете, ваше высочество, - очень тихо и почтительно сообщил капитан и, склонившись, поднес к губам затянутую в перчатку ручку.
- Кто сидит рядом со мной? - усмехнувшись знакомому голосу, так же тихо спросила девушка.
- Я, - пустота рядом с нею поцеловала вторую руку принцессы.
- А, Райт! Что-то случилась?! - Церцилия почему-то упорно смотрела на северянина.
Тот в свою очередь поднес к губам ручку хозяйки и молча качнул головой.
- Нам нужна ваша помощь… - так же тихо прошептал Брант, - где вы поселились?
- В доме принца Грильдена, он вчера уехал на родину, - деловито сообщила Цилия, - но не смейте звать меня на вы… мы же друзья! Так в чем заключается помощь?
- Расскажу, когда доберемся до дворца, - пообещал Дрезорт и о чем-то ненадолго задумался, потом поинтересовался, - в доме много слуг?
- Брант… - неожиданно растерялась принцесса, - я их не считала. Но многие уехали с принцем, они его везде сопровождают. Мажордом утром спрашивал… нужно ли нанять еще людей, но я отказалась. После… путешествия, я поняла, что прекрасно могу обходиться и без них. К тому же наши слуги все - маркатцы и разговаривают между собой на родном языке. Новеньким будет трудно.
- Это хорошо, - обрадовался капитан, - очень хорошо. Возле ювелира я должен выйти, дела. А ты постарайся не задерживаться, мы уже довольно долго гуляем.
- Мне только забрать одну вещичку, - на щечках Церцилии отчего-то вспыхнул румянец, - я отдавала подогнать.
- Я её не узнаю, - задумчиво пробормотал Дорданд, когда карета остановилась возле внушительных дверей в царство золота и бриллиантов, и Брант с принцессой вышли, - совершенно изменилась. Я думал что наоборот… после того как Зенбарг признает ее дочерью, Цилия станет еще заносчивее.
- Может, влюбилась? - мечтательным голосом предположил невидимый Эртрайт, и сам же первый хихикнул над своим предположением, - если она вообще способна на любовь.
- Ошибаешься, - хмуро запротестовал его брат, - как я теперь понимаю, ни про кого нельзя сказать заранее, на какие именно чувства и поступки он способен. Еще два месяца назад я бы прибил любую гадалку, которая осмелилась предсказать все произошедшее со мной.
- Ты прав, - веско подытожил Азарил.
Хотел добавить что-то еще, но резко смолк, увидев, как в распахнувшуюся дверцу легко впорхнула запыхавшаяся Церцилия.
Устроилась на сиденье, дернула шнурок и, дерзко вздернув кверху носик, демонстративно сложила на коленях руки. Так, чтоб появившийся на ее пальчике перстень привлек к себе внимание спутников.
Они действительно заметили его почти сразу. И так же мгновенно узнали, да и трудно было не узнать. Вот только все как-то привыкли видеть голубой редчайший грандидиерит, в старинной оправе белого золота, совсем на другой, более грубой и мужественной руке.
- Хм, - наконец что-то сообразив, деланно кашлянул Райт, - поздравляю с прекрасным приобретением.
- Это подарок, - немедленно откликнулась Цилия, безуспешно сверля взглядом равнодушно застывшее лицо Азарила.
- Замечательный подарок, - впервые подал голос Дорданд, почувствовав, как неудержимо растет непонятное напряжение между этими двумя, - фамильные драгоценности вообще, насколько я разбираюсь, не дарят случайным людям.
Азарил насупился и отвернулся к занавешенному окошку.
- Дорд?! - Внезапно чрезвычайно обрадовалась, прямо таки расцвела Церцилия, - Это ты в новой личине! А я уже удивляюсь… почему Райт путешествует в одиночку. Можно, я тебя обниму?!
- Конечно, - привстав, герцог склонился к девушке, и она на мгновенье сжала его плечи.
Послав Дорду полный такой горячей признательности взгляд, что он внезапно понял, что окончательно принял Церцилию в число своих друзей. И дело вовсе не в том сложном чувстве, немыслимой смеси жалости с пониманием и прощением, которое герцог ощутил в этот миг. Неожиданно из так раздражавшей его капризной и грубоватой девицы проглянуло совершенно иное, потерянное и несчастное существо, тронувшее душу мужчины своей беззащитностью.
- Спасибо.
- Всегда к твоим услугам, - склонил голову герцог, и оба отлично знали, что за этими простыми и вроде бы шуточными словами стоит совершенно иной, более глубокий и искренний смысл.
Азарил возмущенно пыхнул, но смолчал. Заговорил нарочито деловым голосом только тогда, когда колеса кареты зашуршали по песку подъездной дорожки.
- Райт, какой на тебе камзол?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
