— Я боялась за свой народ. Что с ним будет, если я умру…
— Ты больна? — встрепенулся Максим, прерывая ее.
— Нет, но Мишель… — Она нервно сглотнула.
— То есть ты хочешь сказать, что он хочет избавиться от тебя? — предположил Максим.
Его спокойный голос придал ей храбрости. Вместо ответа, она гордо произнесла:
— Я не позволю ему разрушить мое герцогство.
— Хорошо. — Максим помедлил, глядя на нее. — Должен тебе признаться, что я постоянно следил за состоянием твоего здоровья, но в последнее время это стало достаточно трудно. Известие о том, что ты покинула дворец, немало порадовало меня. Тут ходило множество самых разнообразных слухов о причинах твоего внезапного бегства. То, что ты направилась ко мне…
— Извини, если я доставила тебе неудобство, но иного выбора у меня просто не было, — вздохнула Камилла.
— Неудобство — это слабо сказано. Как только я узнал о твоем бегстве, сразу же велел своим тайным агентам собрать всю нужную информацию, поскольку надеялся, что ты придешь ко мне.
— Тайные агенты, значит, — сухо проговорила Камилла, понимая, что он имел в виду обычных шпионов и осведомителей. — Ну, вот я здесь. И что же ты намерен предложить мне? — спросила она, внимательно изучая его лицо.
Губы Максима выглядели такими сочными на фоне аккуратно подстриженной темной бороды, и Камилла невольно вспомнила, как сладко они целовали ее в темных закоулках дворца. Однако сейчас не время думать о поцелуях. Камилла нахмурилась и приготовилась выслушать его ответ, который в данную минуту волновал ее больше всего.
— Могу предложить тебе безопасное укрытие и, если пожелаешь, хороший совет, — сказал Максим. — А еще запас продовольствия для путешествия назад во дворец. Но взамен попрошу тебя кое о чем. Ну как, согласна?
— Смотря о чем идет речь, — осторожно произнесла Камилла.
— Не волнуйся, о многом не попрошу, тем более что я все-таки являюсь твоим подданным.
Камилла проглотила еще один кусочек из своей чаши — на сей раз это оказалась замороженная вишня.
— Не путай разные вещи. Кроме того, что я герцогиня, я еще и женщина, обыкновенная женщина. Если бы мне было позволено управлять герцогством после смерти моего отца, ничего этого никогда бы не случилось. Но король не разрешил, да и отец тоже был против, и вот к чему все это привело. Поэтому я решила забрать власть в свои руки — теперь, пока еще не поздно. Это должно произойти до того, как я исполню твою просьбу. Ну что, Максим, какова твоя позиция?
— Лучше ты в качестве правителя, чем Мишель. А как на это дело посмотрит король?
— Я позабочусь о том, чтобы он осознал всю мудрость моего решения.
После недолгого размышления Максим сказал:
— Боюсь, союз со мной не очень поможет тебе в переговорах с королем. Эти владения всегда были неудобным протекторатом для королевства, поскольку оно намного богаче, а потому и независимее, чем некоторые герцогства. Королю может не понравиться, если мне будет возвращена полная власть над моим народом, а именно это я и намерен получить от тебя взамен на мою помощь. И ты наверняка догадалась, какова будет цена вопроса.
— Король умен, — убежденно сказала Камилла, — а еще меня наверняка поддержит лорд Стажьер, в этом я не сомневаюсь. Ты можешь сделать неплохое вливание в казну его величества, Максим. Я всегда подозревала, что ты недоплачивал налоги Мишелю, как и твой отец — моему отцу.
Максим фыркнул, хитро прищурив глаз:
— Ну конечно! Золото — лучший смазочный материал любых переговоров. Полагаю, я заслужил поцелуй — хотя бы за то, что соглашаюсь рассмотреть подобную возможность.
— Ага, вот как ты заговорил! А я бы никогда не подумала, что ты покупаешь поцелуи, с твоей-то внешностью ты можешь легко обходиться без денег.
— Тогда, может, ты поцелуешь меня бесплатно, а, Камилла?
— Не надо, Максим. Ты пытаешься отвлечь меня от темы нашего разговора.
Максим медленно улыбнулся, заглядывая ей в лицо:
— А если я прямо сейчас разденусь перед тобой, тогда поцелуешь?
— Позже, Максим, — рассмеялась Камилла.
Он вздохнул, театрально закатив глаза:
— Хорошо ли ты все продумала насчет короля? Было бы обидно свергнуть Мишеля и ничего не добиться при дворе. Поддержка его величества очень нужна, ею следует заручиться.
— Когда дело будет сделано, у короля не останется другого выбора. Он ценит стабильность и не захочет нарушить устойчивость королевства.
— А что, если он решит, будто герцогство будет более стабильным под его эгидой? — поинтересовался Максим.
— Но закон запрещает…
— Закон всегда можно изменить, и ты прекрасно это знаешь.
Камилла надеялась, что другие герцоги отнесутся крайне недоброжелательно к такой идее короля и поддержат ее, как менее опасную альтернативу. Однако Максим прав: дополнительные гарантии не помешают.
— У тебя есть какие-нибудь предложения, как привлечь короля на мою сторону? — спросила она.
Максим удивил ее кратким ответом:
— Моя тетушка Жизель.
Она ждала объяснений. Максим отложил длинную ложку и отпил из своей чаши растаявший фруктовый сок.
— Последние пять лет тетушка Жизель является моим доверенным лицом при дворе. К тому же она первоклассный стратег. Мы проконсультируемся с ней и наверняка получим ценный совет.
Камилла почувствовала огромное облегчение. До его ответа она не знала, чего ожидать от Максима. Конечно, у него были большие амбиции, главная из которых — вернуть отцовскую власть и удержать ее. Только она не представляла, как далеко он мог пойти, чтобы осуществить свои планы. Сейчас Камилла поняла: на открытую конфронтацию с королем Максим не пойдет, зато предлагает обходной вариант.
— Что ты потребуешь от меня, если у нас все получится?
— Я бы хотел получить две вещи, — не задумываясь произнес Максим. — Во-первых, коварно отнятый у меня титул, а с ним и право управлять моим герцогством. О такой просьбе ты наверняка уже догадалась. Позже мы можем обговорить все условия торговых обязательств, я даже готов в качестве благодарности еще несколько лет выплачивать тебе оброк.
В случае победы Камилла и без просьбы Максима вернула бы ему титул и право на герцогство, но сейчас было рано говорить об этом.
— А во-вторых? — спросила она.
Максим обнажил ровные зубы в ослепительной улыбке:
— А ты догадайся! Много воды утекло с тех пор, как мы общались с тобой во дворце, но я отлично помню свое обещание, которое дал тебе в то время. А ты?
Сердце Камиллы забилось чаще. Стараясь не выдать волнения, она сказала:
