охраняемых ячейках памяти, где уже хранились её образы с различными выражениями лица, причёсками и одеяниями.
- Дилион! Дилион! – раздался вдруг женский голос снаружи.
Глава 27
«Это ещё кто?» - вскочил Габриэль, быстро одел штаны с рубахой и вылез из палатки.
- Дилион! Сынок! – снова раздался тот же голос.
«Мама Дилиона? – нахмурился вампир, побежав на него. - Как она нас нашла? Как она добралась сюда ночью?»
Худая невысокая женщина в бордовой тунике до лодыжек и тёплом плаще стояла в тридцати метрах от палатки Рогнара, облокотившись на толстый походный посох.
- Вы мама Дилиона? – подбежал к ней землянин.
- Да, - ответила та. – Кое-как нашла вас. Дамааш уберёг меня от монстров.
- Пойдёмте, быстрее, - подал ей руку Габриэль. - Вы, наверно, проголодались и…
- Я не могу пройти, - сказала женщина, не взяв его руку. – Тут защита стоит.
- А, да - это защитные руны. Щас я позову…
- Я здесь, - сказал откуда-то сверху Вивер.
Вампир обернулся, задрав голову и увидел сидящего высоко на дереве моркута.
- Смотри, какие у нас гости, - показал он на женщину. - Это мама Дилиона.
- Здравствуйте, - поприветствовал её монах.
- Здравствуйте, - медленно и неуверенно ответила та. – Не знала, что вы взяли в команду моркута.
- Да, мы растём, - улыбнулся землянин. – Ваш сын высоко взлетел. Вивер, убери свои руны. Она не может пройти.
- Да я передумала… Я лучше пойду.
Мать Дилиона развернулась и пошла в лес.
- Вы что? Куда? – догнал её Габриэль и взял за руку. Та сразу выдернула её. – Вивер, она, кажется, не в себе. Убирай скорее руны. Что ты сидишь, как сова на ветке?
- Да возьми её на руки и пронеси, - ответил тот. – Защита примет её за свою.
- Точно? – спросил вампир, преследуя быстро топающую от него тётку.
- Точно.
- Мама Дилиона… - бежал за женщиной землянин. - Извиняюсь – не знаю вашего имени (он сделал паузу, чтобы женщина назвала его, но той явно было не до этого). Вы не в себе… - он быстро обернулся на моркута, услышав что-то похожее на фырканье от прорывающегося смеха, но лицо последнего было серьёзно и даже нахмурено. - Куда вы уходите? – продолжил он преследование. – Что с вами?
- Я лучше в лесу, - улепётывала та. - Здесь безопасно - вокруг ни одного монстра.
- Да бери её на руки, - посоветовал монах. – Она явно не в себе. Надышалась, наверно, чего-то.
Габриэль подбежал к тётке, обнял её рукой за спину и наклонился, чтобы перехватить другой рукой ноги.
- Не надо меня поднимать! - злобно крикнула та и вырвалась.
- Но позвольте…
- Не позволю!
Опять фырканье и опять серьёзное, нахмуренное лицо Вивера.
- Дилион же здесь, - стал щёлкать пальцами возле ушей женщины вампир. – Дилион. Ваш сын. Помните?
- Пошёл к чёрту! – огрызнулась мадам.
- Да хватай её на руки! – сказал моркут, который уже перебрался на дерево поближе. – Видишь же: не соображает.
- Хорошо, - снова перехватил землянин спину женщины, быстро наклонился и поднял её на руки.
- Что за нахрен? – тут же выпустил он извивающиеся щупальца, в которые она стала превращаться. - Вивер! Что с ней…
Огромная пасть, вырвавшаяся из-под земли со скоростью несущегося на всех парах поезда, схватила его поперёк туловища. В следующую же секунду она была заморожена и разбита на тысячи осколков. Монстр, вылезший вслед за своей пастью, взревел от боли, широко раскрыв то, что от неё осталось и тут же упал замертво с проломленным черепом.
- Что за бегемотина? – сморщил лицо Габриэль, отряхиваясь от крови и мозгов. – Что ты ржёшь? – посмотрел он на Вивера. – Так ты знал, что это монстр?
Монах сидел на ветке, прижавшись спиной к стволу дерева и хохотал, держась за живот.
- Ну, умора! - вырывалось у него сквозь смех. – Ну, комик!
Он спрыгнул с дерева, прошёл, смеясь и шатаясь, несколько метров, в сторону своего соратника, повалился на землю и продолжил ржать, всё больше распаляя себя.
- Ха-ха-ха, - передразнил его вампир. – Обхохочешься.
- «Ваш сын высоко взлетел», - выпалил Вивер и заржал ещё сильнее. – Ой, не могу. «Вивер, она не в себе», - новый взрыв смеха. – «Извиняюсь, не знаю вашего имени». Фуух! Вот это комедия! – хохотал он. – «Позвольте – не позволю» - вообще вишенка на торте!
Габриэлю самому стало смешно от его заразительного смеха.
- Что случилось? – подбежал к моркуту сонный Дилион с светящимся посохом. – Что за рёв был? Меня до сих пор трясёт.
Он прибежал первым, потому что был молодым и одетым. Рогнара задержала старость, Дариэль – поиск одежды и облачение в неё.
- Шутки шутит котофей, - кивнул на валяющегося монаха вампир. – Монстра приманил, чтобы разыграть меня.
- Какого монстра? – спросил маг и усилил свет своего посоха. – Ох, ма! Это же дагрот! – увидел он поверженного монстра и побежал к нему. – Вот это махина!
Бездыханное чудище лежало на боку. Его сильно укороченная, изуродованная морда покоилась в окровавленных осколках льда. Щупальца, торчащие из спины, медленно шевелились и изредка вздрагивали. Несколько из них были длиннее остальных, лежали поодаль и постепенно укорачивались, скользя по земле в сторону дагрота. На коже последнего виднелись царапины от мечей, пик, булав, стрел и топоров. В том числе топоров трёх лесорубов, которые не могли заснуть из-за недавней встречи с ним и одного, кого эта встреча усыпила навечно.
- Я не приманивал… - сказал сквозь смех Вивер. – Он сам на нас набрёл. Ой, не могу. Уже живот болит.
- Он кого-нибудь изображал? – спросил командир, разглядывая щупальца, ползущие по земле.
- Ничего себе! Ну и чудище! Матёрый! – подбежали к монстру Рогнар с Дариэль.
- Ты его? – повернулась эльфийка к Габриэлю (тот закивал), увидела порванную, окровавленную рубаху, быстро подошла и стала щупать его тело. – Не поранился?
- Неет, - ответил тот. – Всё в порядке.
Моркут уселся на земле и стал вытирать слёзы смеха.
- Фуух! – выдохнул он. - Давно я так не смеялся. Маму он твою изображал, - сказал он
