этом всем, — спокойно ответил Эскель. — Мне будет достаточно того, что ее больше никто не тронет.
— Моего слова тебе хватит?
— Хватит.
— Добро, — улыбнулся Гроностай, убирая изо рта трубку.
Кашель так некстати подкатил к горлу, заставляя сдавленно хрипеть. А когда окончательно разобрало, он лишь махнул рукой, мол иди. Не любил он, когда приступы застают его в чьем-то присутствии. Все вот эти обеспокоенные взгляды, вся эта участливость. От нее ему становилось только хуже. Особенно тогда, когда это заставляло чувствовать себя каким-то беспомощным калекой.
Эскель недоверчиво глянул на эльфа, но раз тот захотел остаться в одиночестве, то так тому и быть. К тому же ему и самому неплохо было бы отдохнуть.
Отчего-то путь к лагерю показался на порядок сложнее. Видать, сил и впрямь совсем не осталось. А еще нужно подумать о том, чем бы ему накормить Фредерику. В принципе, из провизии осталось не очень-то и много: яблоки, небольшой мешочек крупы, кусок хлеба и шмат шпика, что он не доел с троллем. Про то, что лежало в сумках у Деры, Эскель предпочитал не думать. Да и кроме хлеба, лука и небольшого куска сыра там ничего не оставалось. Ну еще засахаренные фрукты, что всучила им Кейра в последний момент. Якобы деву нужно потчевать сладким, чтобы не захирела. Да тут такая дева, что и без сладкого может захиреть. От этой мысли ведьмак немного повеселел. Непутевая была травница. Непутевая и не приспособленная к чему-то кроме ночлега в постоялых дворах. Да чего уж там, даже эти самые ночлеги в постоялых дворах давались ей непросто. И как она вообще выжила у Отто? Хотя, если судить по многочисленным подушкам, одеялу пуховому, личной бадье, то так очень даже неплохо выживать. Даже у низушка в хате.
Как дошел до места, понял, что травница все еще спит, а Василек, как и наказывали, пасется рядом и даже стережет. Как и Стебель. С завистью взглянув на безмятежно отдыхающую девушку, Эскель поудобнее перехватил рукой котелок, который одолжил у прижимистых эльфов и двинулся в сторону реки. Благо тут было недалеко. А как Дера проснется, он успеет и кашу какую-никакую сварить. Да и ради того, что девушка наконец поела горячей еды, он готов был расстараться даже со сломанными ребрами. Не хрустальный ведь, ей-богу.
Комментарий к Часть 19. Человеку нужен человек
Бечено
Часть 20. Каша на речной воде и долгожданное тепло под боком
Вода в Понтаре была проточная, а дно песчаное, так что можно было набирать без опаски. Главное лишь — прокипятить минут пять. А отсчитать просто: всего-то пять раз по шестьдесят. Но лучше шесть, чтобы наверняка. Щедро зачерпнув котелком воду, Эскель немного покряхтел, обхватил туловище рукой поперек и двинулся в сторону лагеря.
— Зараза… — процедил он сквозь зубы.
Вот же свезло ему. Это ведь нужно было еще умудриться приложиться о дерево так, чтобы с переломом. Пугало только то, что чем больше он двигался, тем сильнее болело. А значит, какое-то время придется, так бы сказать, остаться не у дел. И насколько все это непотребство затянется, понять не удавалось. Смещенная коленная чашечка переставала болеть уже через три дня, если ее удачно вправить. Перелом предплечья срастался за полторы недели. А сколько времени уйдет на то, чтобы восстановились ребра, ведьмак не знал. Да и не ломал он их еще ни разу в своей в жизни. Обычно успевал применить Квен или Гелиотроп. Но в этот раз не хватило сил, ну или вовремя не успел. Уже не суть важно. Уповая на скорый сон, Эскель устало выдохнул и ускорил шаг настолько, насколько позволяли силы.
Вернувшись, заметил что Дера уже не спала. Сидела на покрывале и нервно вертела головой, оглядываясь по сторонам. А как услышала знакомые шаги, то и вовсе вознамерилась вскочить. Только тело подвело. Мышцы из-за слабости тут же отказались напрягаться, так что травница быстро уселась обратно, с недовольством нахмурив брови.
— Да ты восстанавливаешься быстрее, чем ведьмаки, — ухмыльнулся Эскель, опуская котелок на траву, немного расплескивая воду.
— Ага, если бы, — буркнула Дера.
— Ты в самом деле все это время не ела? И не пила? Я ведь занес тебе полный мех воды и сумки.
Выверенным за долгие годы практики движением он применил Игни, разжигая костер. Обождал чутка, пока хворост добротно разгорится, и только потом направился к своим седельным сумкам.
В общем-то пока из вариантов были только каша на воде и шпик. И это может быть довольно неплохим ужином, если только удастся избавиться от речного запаха воды. Кипячение могло бы помочь, но быть уверенным наверняка все равно нельзя. В таком деле приходится рассчитывать на удачу.
— Не ела, — мотнула головой девушка, убирая дрожащей рукой со лба прилипшие пряди. — Мне нельзя было покидать землянку до твоего прихода. Старая стерва меня особо не жаловала, а я… — она облизнула сухие губы и скривилась от саднящей боли в горле. — Можно мне воды?
— Конечно, — он схватил кожаный мешок и с легкостью перебросил его через плечо в сторону Деры.
Та тянется за ним, неловко ловит руками и взвешивает, понимая, что осталось там всего ничего.
— Не переживай, — будто читая ее мысли заговорил ведьмак. — Поедим, а ночью я накипячу нам еще.
Глоток дался непросто. Горло отозвалось колющей болью, а желудок громко заурчал. И не удивительно, ведь в него уже давно ничего не забрасывали. Бедолага потихоньку подъедал сам себя, в то время как его хозяйка пребывала в мучительных страданиях и питалась исключительно отсырелым воздухом.
Эскель тем временем соорудил из трех добротных метровых палок треногу и перевязал все куском конопляной веревки. Кое-как установил свой маленький котелок над огнем, стараясь не расплескать воду, и пошевелил палкой хворост.
— Тебе тоже нужен отдых, — вытирая ребром ладони рот, хрипло заговорила Дера. — Выглядишь ты не очень. Повстречал кого-то опасного? — она украдкой бросила на него заинтересованный взгляд.
Ведьмак на это лишь качнул головой и улыбнулся. Ох, и любила же травница его россказни. Так отчего же не порадовать ее еще одной? Ему ведь не сложно.
— Да. Я бы даже сказал, очень опасного, — устроившись у костра, он принялся осматривать зерно в холщевом мешочке. Не завелось ли там чего.
— Боги, — ахнула девушка, прижав руки к груди, как обычно делала. — И кто же это был? Нечисть какая?
— Нет. Сначала я ночевал в пещере с троллем.
— Троллем? — она непонимающе вскинула брови. — Настоящим?
— Самым что ни на есть.
— Почти как в сказке о тролле из Синявой Пущи, —
