мысли. И такое соседство, и то что я подглядываю, ему явно не понравилось. В мгновение ока все исчезло. Я больше не видел и не слышал, я больше не чувствовал его. Он меня вышвырнул с линии обзора как какую-то назойливую муху.
И это неудивительно, ведь мне открылась его сущность. То, что он тщательно пытался скрыть за догмами и законами предназначения их сущности. Открылась та его банальнейшая сторона, которая неподвластна ни королям, ни беднякам, ни людям, ни адамантам и, как оказалось, даже богам. Неразделённая любовь, ревность и безумная ненависть. И все это вперемежку с чувством долга, с педантичностью и желанием отомстить объекту вожделения и тому, кого выбрала она вместо него.
И тут не просто бразильский сериал, а самая настоящая шекспировская драма с кознями и интригами, шантажом и убийствами, лишением зрения возлюбленной, и борьбой, как ни удивительно, за власть. А все ради мести. Ради того, чтобы потешить свое ущемлённое чувство собственного достоинства.
Мне не удалось вырвать из его сознания подробностей, но было достаточно и того, что я успел разглядеть. Шарган был слишком скуп на эмоции, привык изображать из себя холодного командира экипажа, которого поставили надзирать над планетами сети миров Лоре. Ему попросту не хватило смелости снять маску и открыться перед Манушермой. А легкая, добрая дама предпочла ему такого же открытого весельчака Фассета.
За это он и затаил на них вселенскую обиду. И тут даже не фигура речи, он всерьез намеревался убить всех людей на Адаре, чтобы сделать больно этим двоим. Шарган сколь грозен и могущественен снаружи, столь и раним и слаб внутри. Он ведь даже Йолим не преминул отомстить. А вот она его действительно любила и пошла ради него против всей команды. Но сколько верёвочки не виться, и Йолим поняла, что ее попросту используют, от того и переметнулась на сторону «хороших».
А почему «хороших»? Потому что свод правил этих надзирателей над мирами, о которых говорил дракон, не совсем правда. Конечно, все правила я изучить не успел, я вообще их не особо понял, но вот в чем был конфликт, это я как раз таки выяснил.
Если население планеты угрожает жизни самой планеты, происходит перезагрузка. То есть, надзирающие должны сделать все, чтобы сохранить оставшееся человечество и дать им второй шанс на исправление. И даже эти миссии — это все их основная программа и тот же свод правил. Просто Шарган решил их не соблюдать, а вот остальные четко следовали инструкции. В конечном счёте и Шаргану пришлось им следовать, вот только какой ценой?
Боги использовали свою энергию, чтобы защитить нас от Шаргана, он же использовал ее, чтобы в итоге вернуться и наказать людей и богов, которые решили усомниться в его власти и могуществе, а главное — уничтожить предателей. Которых, как выяснилось, вполне реально вернуть из состояния энергии в состояние живого существа. И способ даже существует, и не один. В случае с Шарганом, чье тело было уничтожено Фассетом, подходило только вселение, а в случае с другими богами… Оказывается, все они лежат в каких-то экзо-крио-капсулах, работающих как огромные линзы, экранирующие их энергию в виде щитов. И, как выяснилось, их можно пробудить. И вскоре адаманты это сделают.
Ну и черт с тем, что Шарган меня вышвырнул. Зато теперь у меня есть немало информации. А вместе с тем и пищи для размышлений. А если я еще в состоянии мыслить, значит, я жив. А если я жив, значит, еще поборемся.
Глава 23
Север, Деревня Рей-ро
Все вагрийцы от мала до велика собрались на главной площади деревни. Старейшина Акэнте был мрачен и настроен враждебно. Впрочем, как и остальные вагры.
Вулк на всякий случай прикрыл себя и Альвару полущитом. Они прибыли в деревню всего несколько лучин назад, и разговор сразу не задался.
Альвара заметила Круэтту и сыновей, появившихся из сада. Дети было хотели броситься с радостью обнимать мать, но Альвара одним только взглядом дала понять, что сейчас не подходящее время.
Тем временем дракон, развалившись у огромного голубого треугольного камня, безмятежно свернулся в кольцо и делал вид, что дремлет. Именно в этом камне и находился артефакт, способный пробудить Фассета. Вот только вагры не собирались его отдавать.
— Если вы не отдадите артефакт, нам придется взять его силой! — устав приводить аргументы, зло воскликнул Вулк.
— Если вы хоть на шаг подойдете к нашему источнику, мы вас убьем! — в той же злой манере крикнул ему Акэнте.
Альвара успокаивающим жестом коснулась руки Вулка, намекая, чтобы тот опустил щит. Нехотя Вулк все же свернул грань.
— У человечества нет выбора, — спокойно сказала Альвара. — Мы должны пробудить Фассета. И только артефакт, который питает ваш источник, способен на это. Но если вы нам не позволите это сделать, вы обречёте все человечество на смерть. И из-за чего? Из-за страха потерять свою деревню? Это смешно! Я сама построю для вас деревню в Макридии больше, богаче и лучше, чем эта!
— Не нужна нам твоя деревня, алмазная женщина! — сердито выкрикнул Акэнте. — Рей-ро последнее убежище людей. Оно было здесь до рождения цивилизации, и оно здесь будет, после того как цивилизация падет. А Бозза-вагры, как жили здесь, так и продолжат жить. Так завещали нам боги. Так завещал нам Фассет, и мы чтим заветы богов.
— Я его сейчас убью, — сквозь зубы прошипел Вулк, и даже было ринулся вперед, но Альвара его придержала и ответила вагрийцам:
— Фассет желал спасения человечеству. Иначе зачем ему было оставлять артефакт, способный вернуть ему материальный облик? А вы препятствуете его воли. Вы совершаете величайшую ошибку, которая будет стоить жизней всего населения Адары!
— А что прикажешь делать нам, алмазная женщина? — зло оскалился Акэнте. — Вы сейчас сломаете источник, мы лишимся Бозза-вагирйской силы, лишимся божественного щита и просто замерзнем здесь на смерть?
Альвара едва заметно улыбнулась. Если старейшина повернул разговор так, значит, лед все же тронулся. А еще заметила, как дочь украдкой создала проход и переместилась к ней поближе, оказавшись неподалеку за спиной.
— Нет, — сказала Альвара. — Такого мы не допустим. Вы все покинете деревню и отправитесь в столицу Макридии, где вас примут как лучших гостей королевства, и только после этого мы заберем артефакт.
— Почему я должен тебе верить?
— Потому что здесь мои дети, — она указала взглядом за спины вагрийцев. — Я вам
