Как снова забраться на вершину власти? Кортес много думал об этом в тишине Ла Рабиды. Потерпев поражение, он решает восстановить силы в родной Эстремадуре. Направляясь со своим кортежем в Медельин, он с удивлением обнаружил, что одного его присутствия в Испании оказалось достаточно, чтобы перечеркнуть все планы короля. Несправедливая опала, которой подвергли Кортеса в апреле, два месяца спустя была представлена как досадное недоразумение. Сделав поворот на сто восемьдесят градусов, Карл V выразил радость по поводу возвращения на родину покорителя Мексики. Эрнан узнал, что крайне популярен среди дворянства и в кругах интеллектуалов; аутодафе его книг было встречено общественностью неодобрительно и любви народа королю не прибавило. У Кортеса вновь затеплилась надежда.
В Медельине Кортес встретился с матерью. Она была в трауре и печали. От нее он узнал, что золото, регулярно посылавшееся им для отца, не всегда доходило по назначению: иногда его конфисковывал король, иногда присваивал посредник. Эрнан побывал на могиле отца и распорядился установить надгробие в церкви городского монастыря Святого Франциска, где нашел последний приют Мартин Кортес.
Заманчиво предположить, что именно Кортес посадил при входе в замок Медельина кактус нопаль, вывезенный из Мексики, с тем чтобы подчеркнуть символическое родство Теночтитлана, «места, где много кактусов», с его родным городом.
Затем в сопровождении ацтекских вождей и своей свиты Кортес отправился в суровые горы Лас-Вильюэркас, где находился храм Святой Девы Гваделупской. В этом монастыре-крепости иеронимитов с середины XIV века хранилась почитаемая статуя Святой Девы из разноцветного дерева в римском стиле. Дева считалась покровительницей Эстремадуры. Святилище Божьей Матери Гваделупской, неразрывно связанное с Реконкистой и победами Альфонса XI Кастильского над маврами, было в XVI веке очень популярным местом паломничества; у конкистадоров оно находилось в особом почете, так как те видели в нем символ воинствующей веры. Поэтому Кортес просто не мог не посетить Гваделупу и не почтить «национальную» покровительницу Эстремадуры. Но у него был и особый повод – обет: однажды его ужалил скорпион, яд которого был смертелен, и Эрнан воззвал к Святой Деве; пережив удушье, он остался жив. Он пообещал отблагодарить святую, спасшую ему жизнь.
Именно в этом уединенном месте, затерянном среди негостеприимных гор, ему вновь улыбнулась удача. Его жизненный путь снова пересекла женщина. Представьте себе сцену, достойную лучшего из рыцарских романов: сорокалетний Кортес в трауре, сопровождаемый нарядным кортежем индейцев, одетых в расшитые плащи и набедренные повязки, и тут появляются две молодые дамы, две сестры, окруженные многочисленной толпой мажордомов и служанок. Живой темперамент одной и красота второй взволновали конкистадора, в котором инстинктивно проснулся галантный кавалер. Сестры были очарованы рассказами Кортеса о Мексике, опасностях конкисты, великолепных городах науа, гигантских лесных деревьях, бурях и циклонах, красоте «Аве Марии» под свист бамбуковой свирели у подножия вулкана. Как можно устоять перед воинской доблестью и талантом рассказчика? Эрнан осыпал двух дам роскошными подарками. Конкистадор был вдов, образован, богат и занимал высокое положение. Чем не идеальная партия для младшей из сестер, еще незамужней? Старшую, которая была в восторге от Кортеса, звали Марией де Мендоса. Волей судьбы она оказалась женой Франсиско де лос Кобоса – всемогущего гофмейстера Карла V.
Кортес подарил Божьей Матери Гваделупской золотого скорпиона, инкрустированного драгоценными камнями, – благодарственное приношение, первый мексиканский дар Святой Деве, которая три года спустя явится индейцу на склонах холма в Тепейаке. Эрнан заказал службы, пожертвовал золото монастырю. Неизвестно, принесли ли сокровища Новой Испании ему покровителя на небесах, но поездка в Гваделупу ему точно обеспечила покровительницу на земле. Мария де Мендоса будет без устали рассыпать похвалы конкистадору перед своим могущественным супругом.
Однако Кортес не извлечет всей возможной выгоды из своего нежданного знакомства с супругой королевского секретаря. Та намеревалась женить впечатляющего завоевателя Мексики на своей младшей сестре Франческе, которую все находили очаровательной, но Эрнан уже был помолвлен. Его отец, Мартин, еще два года назад подготовил брачный союз с юной Хуаной де Зунига. До сего времени Кортес упрямился и не соглашался на приезд девушки в Мексику.[207] Но, оказавшись в испанской среде, он последовал воле отца.
Почему же Мартин остановил свой выбор на дочери Карлоса Рамиреса де Ареллано, графа д'Агилар? Чтобы отдать должное старой семейной истории. Хуана была внучатой племянницей Хуана де Зунига, который стал последним великим магистром ордена Алькантары. Именно он сместил в 1479 году с этого поста Алонсо де Монроя, вынужденного отправиться в изгнание. Соединить снова семьи Монроев и Зунига было своего рода способом восстановить единство древнего духовно-рыцарского ордена, чьи владения всегда составляли богатства этих двух родов. Супруга, обещанная Кортесу, приходилась также племянницей Альвару де Зунига, герцогу Бехарскому, о котором говорили, что он седьмой по богатству человек в Кастилии.[208] Кроме того, герцог Бехарский и его зять граф д'Агилар занимали видное место при дворе и могли стать влиятельными покровителями Кортеса. Согласившись на брак с Хуаной, Эрнан выполнил свой долг в отношении отца и Монроев, а также обеспечил себе защиту, столь необходимую в грядущей борьбе.
Если бы Кортес был всего лишь карьеристом и приспособленцем, он бы воспользовался симпатией Марии де Мендоса и женился бы на ее сестре. Став свояком Франсиско де лос Кобоса, он получил бы все шансы добиться от короля назначения губернатором Новой Испании или, еще лучше, титула вице-короля. Таково мнение Берналя Диаса дель Кастильо, враждебно относившегося к Хуане де Зунига и, напротив, очарованного Франческой де Мендоса.[209] Но женившись на Хуане, Кортес вернулся к ценностям своей семьи.
Для конкистадора этот брак означал полный разрыв с мексиканским прошлым. Ему, с душой индейца, приходилось становиться заложником испанских корней. В Кастилии он не мог пройти к вершинам власти, демонстрируя свои симпатии к туземцам. Ему следовало скрывать недоверие к испанцам. Если он хотел вернуть себе управление Мексикой, у него не оставалось иного выбора, кроме как жениться и этим приобрести для себя могущественных покровителей.
Встреча с Карлом V
Хотя Кортес, вспоминая о пребывании в Испании в беседе с капелланом Лопесом де Гомарой, был весьма немногословен, тем не менее можно заключить, что ему пришлось прождать несколько долгих недель, прежде чем добиться аудиенции у императора. Встреча состоялась в Толедо летом 1528 года, по-видимому, в сентябре, и только стараниями адмирала Кастилии, герцога Бехарского и графа д'Агилара, своего будущего тестя. Все трое присутствовали на приеме, равно как и Франсиско де лос Кобос, перешедший под давлением супруги в лагерь сторонников Кортеса. Вот, наконец, губернатор Новой Испании предстал перед императором. Кортес всегда был чужд раболепия и угодничества, но на этот раз он выполнил все требования протокола и склонился перед сувереном, став на колено. Встреча прошла в натянутой, напряженной атмосфере. Если Кортес был губернатором без власти, то и государь находился в нелучшем положении, переживая серьезнейшие затруднения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
