закулисные игры, подросток, ставший решительным военачальником, Густав Адольф, взял почти без боя Лунд. Крепость была обескровлена и до появления шведского войска. В провинции развернулось восстание шведских крестьян и всех, или почти всех датских воинов направили на его подавление, не считаясь с тем, что в Лунде остается мало солдат [в РИ восстания шведских крестьян так же были].
Все побережье Скандинавского полуострова, той части, что принадлежала Швеции, было очищено от датчан к октябрю, последними были прогнаны датские корабли, которые подверглись пушечным выстрелам с берегов по обе стороны фьорда Каттегат. Шведы не потопили ни одного корабля, пусть попадания и были, но и датчане поняли, что прорваться вглубь фьорда не получится.
Англичане и Голландцы поспешили предложить свои услуги посредников при заключении мира. Обе стороны конфликта были готовы к тому, что закончить войну и обратить внимание на внутренние проблемы, связанные с династическими кризисами.
На десятый день ранения, лишь раз придя в себя, Карл умер.
Король Швеции Карл IX умер! Да здравствует король Швеции Густав II Адольф! Или не здравствует?..
*………….*………….*
Гаага
12 октября 1610 года
Мориц Оранский сидел на своем троне в зале заседания Генеральных Штатов и читал отчет по деятельности Голландии в России. Все молчали и ждали, пока штатгальтер вникнет в суть проблемы, чтобы начать ее обсуждать. Морицу Оранскому до сего момента было некогда вникать в суть вопросов, которые сегодня выставляются на повестку на заседании в Генеральных Штатах.
Более всего, штатгальтера интересовало военное дело. Вся деятельность этого правителя Голландии была направлена на войну. Ей Мориц посвящал все свое свободное время, делая его уже несвободным. Вот и сейчас, перед тем, как заявится в зал заседаний Генеральных Штатов, Мориц Оранский инспектировал гарнизон Гааги.
Как-то мимо штатгальтера прошли события, связанные с войнами далекой Московии с Польшей, Швецией, турками. Нет, он знал, что там имеют место какие-то события, но считал, что они не достойны внимания человека, который кардинально меняет облик войны. Необученные иррегуляры воюют между собой? Где тут новаторство, тактика, стратегия, военное искусство.
И как же был штатгальтер раздражен, когда узнал, как именно воевали русские. Все то, что он либо только что ввел в своих войсках, либо собирался вводить, уже применяется русскими. При этом, Мориц Оранский испытал и радость от того, что те его мысли, которые только начинали оформляться в систему, и которые встречали серьезное противление среди депутатов Генеральных Штатов, все это работает. При том, работает с куда более худших стартовых позиций.
В России не было высшего военного учреждения образования, а Мориц такое открыл. Не было там и великолепных, для своего времени, инженеров-фортификаторов, а в Голландии такие имелись. Оружие, опять же. Все же знают, что голландские мушкеты самые лучшие. Потому, как только царь одержал ряд блистательных побед, и когда Мориц понял их причину, резко Московия превратилась в разумении штатгальтера в Российскую империю, а сама Россия оказалась привлекательной страной. Тем более Мориц Оранский выявил для себя, насколько большая Россия и сколько уже народов в подданстве русского царя.
Мориц Оранский прочитал доклад, бережно положил его на стоявший рядом с троном столик с напитками, встал.
— Вы все, — штатгальтер обвел руками собравшихся депутатов Генеральных Штатов. — Говорили, что лопата у солдата — это признак трусости, но русские победы — это заслуга инженеров и неусыпной работы солдат лопатой [поэтому в армии Морица Оранского, как и его последователей лопата была в экипервке солдат, но официально там не числилась].
Все молчали. Депутаты знали, что давить на штатгальтера можно во многом: торговле, в вопросе мануфактур, даже в колониальной политике. Но нельзя перечить в том, что касается военного дела. Тут Мориц был непреклонным и демонстрировал чуть ли не абсолютную власть. При этом, и пять и десять лет назад, когда военная реформа Морица Оранского набирала обороты, тут, в Генеральных Штатах, доходило чуть ли не до драки. Если бы большая часть финансирования новой армии не шла через общественные фонды или с собственного кармана штатгальтера, то бунта было бы не избежать. Слишком радикально менял облик армии Мориц Оранский и результаты его реформаторской деятельности были видны далеко не сразу.
Но то время прошло, армия Голландии уже готова к любым вызовам и способна сражаться хоть с имперцами, хоть с французами. Финансирование идет стабильно и теперь даже Генеральные Штаты, идя на поводу проснувшейся совести, выделяют некоторую сумму на содержание армии. Флот же финансируется парламентом в куда большем объеме. Штатгальтер добился того, что жалование солдатам и офицерам никогда не задерживается. Может быть и по этой причине, в голландской армии немало офицеров и солдат из других стран.
— Мне нужно деятельное посольство в России. Я желаю знать все о воинском искусстве русского царя. Они уже победили Польшу, унизили Швецию, а теперь я читаю доклад о том, что русские, — Мориц Оранский поднял вверх указательный палец. — Именно русские разбили большую армию османского султана малыми силами. Как такое возможно, что у нас относительно рядом появляется такое сильное государство, а мы с ними только лишь немного торгуем?
Депутаты могли бы выразить скепсис по поводу того, что Россия рядом, слишком она казалась далекой страной. Но в ином, да — Россия требует большего внимания, чем только коммерция некоторых торговцев.
Россия стала одной из главных тем собрания Генеральных Штатов. Ряд депутатов выразили протест на то, что Голландия оказывается не у дел, или почти что не у дел, когда русские торгуют эксклюзивными товарами. Депутаты хотели так же понять, как нужно реагировать Голландии на то, что англичане начали строить свой флот на русских верфях. При этом островитяне создают и русский флот. Не получиться ли так, что уже скоро, пусть через пять лет, голландский флот встретится в море с объединенными флотами Англии, Швеции и России? При этом, английских кораблей будет больше, чем на то рассчитывает Голландия.
Не только это заботило представителей одной из самых торговых наций. Стекло, зеркала, фарфор, хрусталь, меха, да и другие товары — это все пока идет в Голландию из России только частью, при том, что англичане закупаются у русских куда как больше и уже имеют на этом немалые
