Вылезать из-под одеяла он явно не собирался, предоставляя другу карт-бланш на активные действия.
— Еще нет, — пробурчал Славик и натянул на себя халат. — Пойду посмотрю.
Тигрица отыскалась в ванной. Сидела на бортике и с любовью разглядывала свое отражение в огромном зеркале. Красивое отражение красивого тела, буквально дышащего сексуальностью. Гибкое, спортивно подтянутое, зовущее… «Глаза б мои тебя не видели!»
— Проснулся, малыш?
— Да.
Славику не понравилось обращение, но… Но что делать? Не ругаться же с ней?
— А приятель твой?
— Тоже.
— Продолжим?
— Э-э.
Говорить «пожалуй, нет» не хотелось. А ничего другого в голову не лезло. К счастью, слегка осоловевший взгляд Славика наткнулся на украшения Ольги, и его мысли потекли в другом направлении:
— Откуда это у тебя?
Славик узнал гарнитур: три кольца, серьги и ожерелье с черными бриллиантами — авторская работа отца, за которую тот просил огромные деньги.
— Ты подарил, — спокойно ответила женщина. — Неужели не помнишь?
Всплывшие воспоминания заставили Славика задрожать от страха: вот они приезжают в офис, вот он говорит охраннику, что ему нужно в кабинет, открывает сейф…
«Боже, она ведь не выходила из машины! Охранник ее не видел!»
Вот она примеряет роскошные драгоценности. Прямо на улице примеряет, у машины. Радостно смеется и награждает Славика долгим и сладким поцелуем. Он горд тем, что произвел впечатление на красавицу. Замечает, что у Гарика расстегнута ширинка.
«Чем они занимались, пока я бегал в офис?»
Возбуждение нарастает. Славик тянет Ольгу на заднее сиденье. Гарик не против. Тоже смеется. Возвращается за руль и гонит к дому. А распаленный Славик задирает коротенькое платьице женщины, сдвигает трусики и торопливо входит в нее.
Начало оргии. Но стоит ли прошедшая ночь ТАКИХ денег?
«Отец меня убьет!»
Славик представил разъяренного папашу, и ему стало холодно.
— Э-э… знаешь, гарнитур придется вернуть.
Ольга улыбнулась, показав, что оценила шутку, но ничего не сказала.
— Я не шучу.
— Даже не мечтай, малыш, — мягко произнесла женщина. — Это подарок, а подарки возвращают только по желанию.
Славик почувствовал нарастающую злобу. Мало того что эта сучка переиграла их в постели, так она еще набирается наглости и не желает возвращать… отдавать… дураку ведь понятно, что гарнитур Славик притащил по пьяни, что будь он трезв…
— Ты знаешь, сколько он стоит?
— Конечно, знаю. То есть догадываюсь. — Она провела пальцами по вживленным в висок бриллиантам. — А вот ты не знаешь, с кем связался.
— Чего я не знаю, шлюха ты приблудная?! Брюлики гони, а то…
Если в постели женщина еще может превзойти мужика, то в драке ей не светит. В этом Славик не сомневался. Страшась отцовского гнева, ослепленный яростью, он попытался схватить Ольгу за плечо, дернуть, показать, кто здесь хозяин, но…
Короткий удар в грудь заставил его остановиться и прекратить движение. Проказа расхохоталась и от всей души врезала ошеломленному парню ногой в промежность.
По квартире прокатился полный боли вой.
* * *
Загадочный Гончар обитал на одной из самых дорогих московских улиц — на Пречистенке, что Волкова, который после визита в логово Оружейника морально готовился посетить еще одну помойку, весьма порадовало. Хороший дом, чистый подъезд, просторная квартира. Общаться в таком месте гораздо приятнее, чем в каком-нибудь гадюшнике. Опять же — показатель доверия. Первая, предварительная встреча состоялась по конспиративному адресу, в логове, которое не жалко бросить. Теперь же его звали домой, подчеркивали свою открытость, нашептывали: «Ты свой!»
«Искусник?»
Ни до разговора с Оружейником, ни теперь Федор не размышлял над тем, чего достиг в профессии. Конечно, он гордился успехами, переживал поражения, но ни разу не задумался о собственном величии. Он работал. Если его мысли не были заняты текущим расследованием, Очкарик думал о сыне, или Альбине, или друзьях. Или не думал ни о чем, отдыхал.
Быть лучше всех сыскарей?
Волков ни на кого не равнялся и никому ничего не доказывал, просто работал и старался делать это как можно лучше.
Не так ли становятся профессионалами?
Не только так. Можно и оглядываться по сторонам, и переживать успехи конкурентов, и грызть землю, добиваясь признания. Добиться его. Оказаться на вершине. Но окажешься ли ты еще выше? Вполне возможно. Мотивы для стремления к совершенству могут быть разными, важен результат. Важен вложенный труд, кровавый пот и кровавые мозоли. И какая разница, из-за чего они появились: потому что хотел сделать это для себя или доказывал свое первенство другим? Главное — появились. Главное — ты доказал свое превосходство делом. И заслужил уважение, даже будучи высокомерным ублюдком. Потому что заработал.
«Я заработал?»
После разговора с Оружейником Очкарик понял, что в последние месяцы дела давались ему легче, чем раньше. Нынешнее расследование не в счет, это игра в поддавки. А вот, к примеру, предыдущее, начинавшееся как неплохая головоломка, Федор вскрыл за два дня. Не располагая никакими уликами, полагаясь исключительно на чутье, взял да и надавил на вызванного на допрос весьма уважаемого чиновника. Да так надавил, что тот, расклеившись, на блюдечке выложил Волкову доказательства своей вины.
Стечение обстоятельств?
Вспомнился старый анекдот о программисте, которого вызвали отремонтировать мощный компьютер. Программист походил вокруг устройства, ударил по системному блоку ногой — компьютер заработал, и выписал счет на тысячу долларов. Когда возмущенный хозяин потребовал объяснить причину столь высокой цены пустякового ремонта, программист молча переписал счет: «Один доллар за удар. Девятьсот девяносто девять— за то, что знаю, куда и с какой силой ударить».
Похоже на работу искусника?
Один знает, куда ударить, другой — когда убить, третий — как и на кого надавить. ЗНАЮТ, потому что профессия стала частью их самих, а они — частью профессии.
Поднялись выше вершины.
Впрочем, Федор недолго предавался подобным размышлениям — они не имели отношения к расследованию. Подумал чуть-чуть, а затем приказал себе сосредоточиться на предстоящей встрече, продумывал ход разговора, готовился к нему, не отвлекаясь на ерунду. Припарковал машину на кстати освободившееся место у тротуара, щелкнул кнопкой сигнализации, по привычке оглядел дом и едва собрался направиться к подъезду, как зазвонил телефон.
— Волков.
— А дело-то раскрыто! — радостно прокричал Грушин. — Есть убийца Гусейна!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
