Читаем без скачивания Сердце России - Юрий Кареткин

— Там что-то есть, — сообщил он своим спутникам. — Почти сливается со скалой, но… похоже на неподвижного дракона!

— Это тотем! — уверенно заявила Таня. — Номмо осталось примерно два раза по десять. Затаились в Нави где-то поблизости, боятся.

Омабио и разведчики остановились в джунглях на краю поляны.

— Мы на месте, — доложил Бравый. — Как действуем?

Римлянин повернулся к Тане.

— Как вытряхнуть номмо в Явь?

— Звездные арии сделали это Словом. Вы это Слово знаете?

— Увы, — развел руками Римлянин. — Как еще это можно сделать? Мы могли бы уничтожить тотем из пулемета…

— Этого делать нельзя! — воскликнула юная жрица. — Если уничтожить тотем, чужеземцы доставят сюда другой. Нужно воткнуть в него сталь, тогда и номмо провалятся в Явь, и у врагов на Земле, связанных с тотемом, заболят зубы.

— Отличный ход, "Пал Палыч"! — раздался насмешливый голос Корсара. — Лично я предпочел бы умереть, чем лишний раз отправиться к стоматологу.

— Я тоже…, - в тон ему заметил Римлянин. — Отряду внимание! Занять грот и пощекотать это радиофицированное чучело мечами. Выполнять!

Разведчики и Омабио с автоматами наизготовку ринулись к скале, преодолев расстояние в пятьдесят метров за считанные секунды.

Номмо не появились.

Заскочив в грот, Мастер и Бравый обнажили вакидзаси — короткие самурайские мечи. Омабио остался у входа с автоматом.

— Мы начинаем, — доложил Бравый и, не тратя времени, с удовольствием ткнул ненавистную статую пониже брюха.

— Жаль, что эта тварь бесполая, — заметил Илья и вонзил меч в оскаленную пасть дракона.

Воздух вокруг грота замутился, раздался чудовищный рев, и Омабио, успев на этот раз вскинуть автомат, выпустил в появившихся номмо длинную очередь, скосив сразу пять чудовищ. Изучивший арийское оружие только теоретически, догонский воин азартно расстрелял сразу весь рожок, несколько раз безуспешно нажал на курок, слегка потряс автомат, затем приложил его к уху и прислушался. Автомат молчал.

Корсар срезал из пулемета трех драконов, но больше стрелять не рискнул: номмо обступили грот вплотную.

Кто-то тронул Омабио за плечо, он обернулся.

— На, еще постреляй, — пряча улыбку, предложил Бравый и, забрав у догона автомат Ильи, протянул ему свой.

Широко улыбнувшись, Омабио принял оружие, развернулся к атакующим тварям и опять полоснул по ним длинной очередью, выпустив весь рожок.

Шесть оставшихся в живых номмо растворились в Нави.

— Мастер, поддай-ка им еще, — обернулся Бравый к своему другу.

Илья ткнул мечом в один глаз тотема, потом — в другой.

Драконы возникли вновь подальше от грота. Пока Омабио недоуменно тряс вновь умолкнувший автомат, полковник Дрейк расстрелял их из пулемета.

Сражение было выиграно, вертолет пошел на снижение.

Энергетический щит над деревней был убран за ненадобностью.

Догоны под руководством королевы и Верховного жреца сооружали погребальный костер, готовясь с честью похоронить погибших в сражении воинов.

Пятеро арийцев, рассевшись на траве у хижины Уномао, беседовали. В основном разговаривали Корсар и Римлянин. Несмотря на ровный доброжелательный тон, беседа была напряженной.

— Георгий… — заговорил полковник Дрейк, обращаясь к Римлянину.

— Мы не называем наши подлинные имена в чужих странах, — мягко прервал его "Пал Палыч".

— Я понял. Вы установите щит над своей страной, непреодолимый для ваших врагов, — продолжил полковник, перебирая в руках пергаментные листы Звездного Послания, которое некоторое время назад, с разрешения "Пал Палыча", он прочел. — Вы будете получать чистую энергию из Космоса, что избавит вас от необходимости добывать нефть и газ. Вы будете совершать сверхдальние космические перелеты, познавать мир во всем его многообразии… В общем, заживете счастливо?

— Мы имеем право на счастье, — заметил Римлянин, — мы его выстрадали.

— А мы? Вся арийская раса на грани уничтожения: смешанные браки, наркотики, всеобщее растление и, как следствие, деградация! Как вы, кстати, собираетесь поступить с чужеземцами?

— Отправим за пределы России.

— Вот как! По-вашему, нам своих не достает?!

— Они рвутся туда, где их радушно привечают. Вы не обращали внимания, Роберт: если в Великобритании поселяется Карл, то обязательно — Маркс. А если Борис, то сроду — Березовский! Последний так мил вашему сердцу, что вы скрываете его даже от нашего смехотворного правосудия!

— Вот именно — смехотворного, — проворчал Корсар. — Не так просто будет вам отправить врагов за пределы ваших границ: без боя они не сдадутся.

— В 1917 году чужеземцы силой захватили власть в России, уничтожив десятки миллионов русских людей. Мы имеем право на адекватный ответный удар!

— Летом прошлого года в Воронеже русские националисты устроили кровавый погром, убили двух студентов. Такие удары вы называете адекватными?

— Ненависть к врагам — необходимое оружие воина. Другое дело, что еще несколько месяцев назад она не имела вектора. Теперь имеет. Вы обратили внимание, что в последнее время стихийные ксенофобские выступления радикально настроенной части нашей молодежи пошли на убыль?

— Зато по моим сведениям у вас резко увеличилось число военизированных молодежных лагерей, где русские парни проходят специальную подготовку. Это что — часть вашей военной реформы?

— Это часть реформы общественного сознания, — охотно объяснил Римлянин. — Согласно русскому православию, каждый мужчина обязан быть воином по духу, в нужный момент уметь защитить себя, свою семью, свое отечество. А также понимать, что кроме арийцев имеют право на счастливую жизнь и другие народы, а значит, не стоит размахивать бейсбольными битами направо и налево!

— Согласен с вами… "Пал Палыч", — произнес Корсар, слегка съязвив на имени собеседника. — Однако, бросая весь остальной мир на произвол судьбы, вы допускаете трагическую ошибку.

— Почему же весь?! — удивился Римлянин. — Многие страны и сейчас сами вершат свою судьбу! Возьмите, к примеру, Японию. В 1614 году японский правитель Токугава Иэясу официально христианское уродство в своей стране запретил. Японцы не предали своих родных Богов, не поменяли их на привозного. У них сохранилось языческое восприятие мира, они пишут стихи, создают экибано, живут в согласии с природой, причем живут дольше, чем люди в других странах. И единственное, чем сумели напакостить непокоренной державе чужеземцы, — сбросить на них две атомные бомбы…

— Теперь японцы — ваши союзники в тайной борьбе, — многозначительно заметил полковник Дрейк.

Римлянин усмехнулся.

— У меня такое ощущение, Роберт, что вы осведомлены лучше всех разведок мира, вместе взятых! Тем более теперь, когда вы ознакомились с Посланием, — добавил он, кивнув на пачку пергаментных листов в руках Дрейка.

— Что толку от моей осведомленности, если в скором времени мир будет перекошен в одну сторону, а я не в силах выровнять ситуацию!

— Этого не произойдет, Роберт, — заговорил Римлянин серьезно. — Мы не можем погубить Европу, лишив ее энергоресурсов, совесть не позволит. У нас также нет морального права осваивать Вселенную в одиночку, действуя от лица всей нашей планеты. И мы лишь на время прикроемся щитом, но только для того, чтобы не ввести чужеземцев в соблазн повторить на русской земле Хиросиму и Нагасаки. Основной удар по врагу будет нанесен в России. Русские — единственный из белых народов, кто душой понимает, что декларируемые "права человека" — это не права человека, а права чужеземца. Но как только мы одержим победу, мы тут же поделимся этой победой с Европой. Соединенные Штаты давно уже полностью закабалены врагами и останутся в изоляции. Пусть дальше американский народ сам решает свою судьбу. Хотя американцы и деградируют ужасающими темпами, там еще сохранились здоровые силы. Если они запросят помощи, Россия, Европа и некоторые страны Азии им помогут.

— В общем, — заметил Корсар, — все, как предсказывал Достоевский: "Россия сама спасется и весь мир спасет"?

— Почему бы и нет?

— Вы не можете гарантировать такого развития событий. При всем моем уважении к вам… "Пал Палыч", не вы управляете Россией!

— Бразды правления вновь в руках русской державы. Это держава восемь лет назад выдвинула из своих рядов нашего нынешнего президента и поставила его у руля, наплевав на демократические процедуры. Русский народ его немедленно поддержал, дважды за него проголосовав. Уверен, что россияне будут поддерживать взятый им курс и дальше, голосуя за его преемников, таких же ставленников державы, как и он сам. Я и присутствующие здесь офицеры — оперативники. Но поверьте мне, Роберт: ни один из нас не ударил бы пальцем о палец, если бы не был уверен в правильности курса, проводимого здоровыми силами в нашем государстве. Борьбу за освобождение русского народа ведут национально ориентированные политики. Мы — воины державы, и мы — на острие атаки!