то время брали начало некоторые судоходные притоки Амазонки.
— Рик и Нэн Шушнигг офигеют от радости! — уверенно предположила Аслауг.
— А кто это? — спросил он.
— Это парочка альтернативных археологов из Тироля, они заразили нас темой мушабэл.
— Теперь меня тоже, — произнес 103-летний профессор эксплитики, и его серьезный тон вызвал у собеседников чувство, что теперь тема обречена на грандиозный успех или, в крайнем случае, на грандиозный околонаучный скандал.
…
…
*39. Фантомы и факты, морские монстры и бизнес-гуру
Примерно через час после рассвета Юлиан Зайз увидел темную черточку впереди чуть правее курса. Будто от стекающих предутренних сумерек оторвалась капелька и стала штрихом на линии горизонта: мыс Раас-Филук. Это холм высотой 75 метров, античный ориентир при выходе из Аденского залива. Через 10 миль после Раас-Филук на плоской пустынной равнине, переходящей в мелководные лагуны, расположен древний поселок Алулу — там самая северная точка Африканского рога, а дальше уже Аравийское море.
Здесь шторм уже прошел, оставив лишь свежий ветер, а небо было безоблачно-ясным, создавая идеальные условия для визуального наблюдения. Юлиан, приспособившись к подпрыгивающему ходу EGGO, поднялся на крышу кабины, и следующие полчаса, не отрываясь от бинокля, старался увидеть какие-нибудь признаки человеческой жизни. В больших бедных поселках на африканском берегу, акватория, как правило, достаточно плотно используется для прибрежного лова рыбы и моллюсков. Тут — ничего. Вообще никакого движения. Обычно в таких приморских африканских поселках вдоль берега в каждом удобном месте кое-как из чего попало, построены причалы. К ним швартуются мотобаржи, деревянные баркасы, и маломерные лодки. Тут все куда-то исчезло, кроме корабельных руин на свалках. Впору поверить в мистических морских монстров…
…Когда Юлиан, проведя наблюдения, спустился обратно на рулевой мостик, то застал заметно заспанную Жасмин Эйнштейн, успевшую, впрочем, включить кофейник.
— Что-нибудь разглядел? — полюбопытствовала она. В ответ он продекламировал: …Мы пустились в дорогу. Дышала трава, Точно шкура вспотевшего льва, И белели средь черных, священных камней Вороха черепов и костей. В целой Африке нету грозней сомали, Безотраднее нет их земли…
— Это что? — спросила Жасмина.
— Это стихи Гумилева, он путешествовал тут в начале XX века. Актуально до сих пор.
— Гумилев? Это тот, который придумал пассионарность?
— Нет, тот, который придумал пассионарность, это его сын.
— Ясно… — она глянула на монитор, — …Осталось 2 ходовых часа. Давай построим план-график видеосъемки. Я хотела бы покрутиться под водой около рифа Фиир-Ауан.
— ОК, давай, — Юлиан кивнул и открыл карту на резервном мониторе.
— Только, — продолжила она, — скажи: как дела с твоей ногой?
— Если ты про укус мурены, то забудь. Я же говорил: царапины, никаких последствий.
— Превосходно! А скажи: может ли робоцман вести лодку без экипажа на борту?
— Может, разумеется, если записать в него схему маршрута.
— Так, а может ли робоцман при этом управлять присоединенной видеокамерой?
— Да, если записать инструкцию, куда и когда фокусировать.
— Превосходно! — повторила Жасмин, и начала излагать свою фотоарт-идею.
…. Идея не выглядела сложной. EGGO должна автономно (под управлением робоцмана) в погруженном режиме медленно идти рядом с необычными подводными ландшафтами. Робоцман также управляет видеокамерой, по возможности удерживая Жасмин в кадре. Юлиан за бортом с другой видеокамерой ловит в кадр и Жасмин, и EGGO. Жасмин перемещается с лодки под воду и обратно, стараясь попадать в оба видеоряда. Это уже приближалось по сложности к короткометражному кино, так что едва хватило времени в пути, чтобы разрисовать приблизительно на цифровой карте, кто и как будет перемещаться. В частности — как будет перемещаться лодка, управляемая робоцманом. Завтрак на борту прошел как фоновое мероприятие, а настроение поднялось до уровня азарта, необходимого для любительского киноискусства.
…
Риф Фиир-Ауан лежит в дюжине миль к югу от Килмиа (Малой Сокотры). Часть рифа поднимается над уровнем моря, как кластер пирамидальных скал, но основной массив находится на малой глубине. Здешние подводные сады по своему биоразнообразию не уступают подводным садам на сейшельских атоллах, что на 1000 миль южнее. Рай для любителей сноркелинга или простого фридайвинга, и эльдорадо для их видеоблогов. У райской темы есть, однако, специфика: при кажущейся комфортной температуре воды (например, 27 Цельсия), несколько часов без гидрокостюма приводят к значительному переохлаждению. Жасмин знала это, но азарт оказался сильнее осмотрительности, и на пятом часе фиесты подводного кино, шок мягкой гипотермии накрыл ее. Юлиан понял происходящее, увидев ее бессистемные движения в воде, как будто она потерялась в 20 метрах от лодки и запаниковала. Точнее, Жасмин действительно потерялась, поскольку гипотермия вызвала затмение разума, и плохи были бы ее дела без напарника. А так не случилось ничего страшного: Юлиан утянул ее к лодке, и выпихнул на палубу. Дальше свирепое солнце субэкваториальной широты, сверкающее с безоблачного неба, быстро прогрело организм, а на поверхности даже слегка перегрело.
— Кажется, я сглупила… — таковы были первые осознанные слова Жасмин на борту.
— Ничего запредельного, — отозвался консультант по ЯД, — просто, больше так не делай.
— Можешь быть уверен, — ответила она, — мне хватило. Спасибо, ты вытащил меня.
Он отхлебнул из круглой алюминиевой фляжки и ответил:
— Без проблем. Обращайся.
— Угу! — она кивнула, — Что ты там пьешь?
— Перцовый сироп пополам с фруктовым самогоном. Смесь на любителя. Хочешь?
— Давай, я люблю острую кулинарию.
— Только осторожно, — предупредил он, протянув ей фляжку.
— Угу… — она сделала соразмерный глоток, — …Йо-хо-хо! Адская штука. Слушай, самое время пообедать. А потом я хочу посмотреть, что получилось на видеозаписи.
— ОК, — он кивнул, — в холодильнике есть буррито, фиш-роллы и пицца. Твой выбор?
— Чаудер, рибай-стейк, авокадо-пудинг, круассан и бутылочку джоване-авола.
— Прекрасная идея, только вот на мини-камбузе нет предоплаченного Мефистофеля.
— Зато примерно такое приложение есть в моем смартфоне, — сообщила Жасмин, — кухня яхтеля на Килмиа не дотягивает до уровня Мефистофеля, который обслуживал доктора Фауста, однако с таким дистанционным заказом она справится.
— Хм… Яхтель на Килмиа это что, отель для яхтсменов на месте военной базы ОАЭ?
— Абсолютно так.
— И что? Кухня оттуда доставляет кастомизированные обеды по ближней акватории?
— В перспективе — да, но пока доставка только по апартаментам.
— Хм… У тебя что, уже есть апартаменты в этом яхтеле?
— Абсолютно так, — снова сказала Жасмин Эйнштейн.
…
Бывшая военная база ОАЭ на неформально-оккупированном острове Килмиа успела (финансово-организационными усилиями инвестора) превратиться в отель с типовым набором сервисов. Яхтенный хаб (бывшая станция патрульных катеров) превосходил набором опций люксовые европейские и карибские образцы. Собственно здание отеля обладало врожденным казарменным уродством, однако архитекторам удалось кое-как перестроить бетонную кишку в цепь инновационных апартаментов. Инновацией было впихивание SPA-салона, видео-игрового зала и роботизированного бара — на площадку размером как типовая флэт-студио.
