это было не для колдовства или зелий. Это было для напитка.
Я повернулась к вампиру.
— Я дам тебе каплю со своего пальца. Я сама сделаю надрез и накапаю тебе в стакан.
Он рассмеялся.
— Это ничто.
— Пожалуйста. Пять капель. Десять капель. Я наполню твой чертов бокал для коктейля. Помоги нам победить этого ублюдка.
Алехандро наклонился и уперся руками в стол.
— Позволь мне прояснить: это не переговоры. Я пью из источника. Все или ничего.
— Ничего, — прорычал Джексон, его глаза сузились, глядя на меня. — Не делай этого, Саванна.
Я отошла за пределы его досягаемости, пытаясь сохранить наши возможности в силе.
— Зачем тебе вообще нужна моя кровь? — Я спросила Алехандро. — У тебя полно людей, умирающих за то, чтобы ты осушил их.
Вампир глубоко вдохнул и вздохнул.
— Потому что твоя кровь так удивительно отличается от крови других представителей твоего вида. Я чувствую силу, текущую в твоих венах, мисс Кейн, словно два дракона, борющихся за контроль. Сказать по правде, даже с моим возрастом и силой, я прилагаю достаточно усилий, чтобы сдержать себя. Если бы я был моложе и менее сдержан, я бы просто взял то, что хотел.
— Тронь ее, и я вырву твое сердце, — Джексон зарычал глубоко и низко, заставляя мою кожу покалывать. Запах его ярости и ненависти разнесся по комнате, практически задушив меня.
— А теперь не делай глупостей, Лоран, или я прикажу своим людям всадить серебряную пулю в твое сердце и в ее.
— Мы уходим. — Джексон шагнул вперед и схватил меня за запястье, потянув к двери.
Алехандро рассмеялся, когда мы направились к лестнице.
— Забавно. После всего этого ты, должно быть, вообще не хочешь останавливать Драгана.
Но я хотела. Мы оба хотели, отчаянно. Если мы не добудем эти кости, если Драгану удастся призвать Темного Бога Волков, он оставит Мэджик-Сайд в руинах и украдет души нашей стаи.
По сравнению с этим, что, в конце концов, значил глоток моей крови? Черт возьми, Кейси был с вампиром, и, похоже, она откусила от него изрядный кусок.
Я вырвалась из хватки Джексона и отступила в комнату.
— Я сделаю это. Двухсекундный глоток в обмен на кости Драгана. Последнее предложение.
44
Джексон
Прежде чем я успел пошевелить мускулом, Алехандро оказался у шеи Саванны.
— Ты же не хочешь, чтобы я совершил ошибку, Джексон?
Я застыл. Ублюдок оказался гораздо быстрее, чем я себе представлял.
Зубы Саванны были стиснуты, глаза широко раскрыты. Клыки вампира были у ее пульсирующей яремной вены. Я чувствовал биение ее сердца и вкус ее страха.
— Отпусти ее, или я запущу свои когти в твое сердце.
Саванна пошевелилась в объятиях Алехандро.
— Отойди. Я приняла решение. Алехандро получает кровь, мы берем кости и валим отсюда к чертовой матери, чтобы помешать Драгану устроить Армагеддон в Мэджик-Сайде. Простая сделка.
Ужас ситуации сковал мой разум. Она была моей, и все же она собиралась добровольно позволить этому ублюдку насиловать ее у меня на глазах. Ярость заполнила мои мысли, пока я едва мог видеть.
— Ты моя пара. Не делай этого. Это значит больше, чем ты думаешь.
— С тех пор, как я переехала в Мэджик-Сайд, люди охотились за моей кровью. Это шанс сделать с ней что-то полезное. Я делаю это для стаи.
— Не волнуйся, Джексон, я обещаю быть нежным, — промурлыкал вампир, отводя ее волосы в сторону, обнажая бледную кожу шеи и заставляя ее вздрогнуть.
К черту пули.
Я бросился вперед, но мой рев оборвался, когда Алехандро превратился в размытое пятно, и что-то обвилось вокруг моей шеи. Мое тело дернулось назад и врезалось в стену, когда серебряные цепи обвились вокруг меня, обжигая кожу.
Алехандро мгновенно оказался рядом со мной.
— Познакомься с моими любимыми ограничителями. Чем больше ты сопротивляешься, тем туже они становятся.
— Что ты делаешь? — Саванна закричала на него.
— Сажаю твою собаку на поводок! — прорычал вампир, обнажив клыки.
В одно мгновение Саванна вытащила свой Нож Души.
— Отпусти его!
Охранники замахнулись на нее оружием, и меня охватил страх. Я потянул цепи, но они только затянулись, прижимая мои запястья и голову к стене. Я чувствовал, как моя сила быстро утекает в них, высасывая их.
Алехандро поднял руку.
— Никому не стрелять. Мы здесь почти все цивилизованные.
— Мы так не договаривались, — отрезала Саванна, держа клинок между собой и вампиром.
Он оказался позади нее размытым движением. Прежде чем она успела среагировать, он прижал ее к стене и отвел ее руку с ножом назад.
— Тогда скажи мне, Саванна, в чем заключалась наша сделка?
Биение ее сердца отдавалось в каждом дюйме моего тела, и вкус ее ужаса обжег мне горло. Я попытался закричать, но получилось лишь сдавленное рычание, когда цепи на моей шее резко натянулись.
Глаза ее горели от ярости, она прошипела:
— Сделка заключалась в том, что ты получаешь двухсекундный глоток, мы получаем кости, а потом убираемся отсюда. Там не было ничего о гребаных серебряных цепях или мужчинах с оружием.
— Или кинжалах, — прошептал он ей в шею. — Знаешь что, я избавлюсь от своих, если ты избавишься от своего.
Он приказал своим охранникам выйти, и она неохотно убрала свой нож.
Она вызывающе оскалила зубы.
— А теперь отпусти Джексона.
— Один глоток, и вы оба уйдете с тем, за чем пришли. Я обещаю. Клянусь.
На секунду она встретилась со мной взглядом, затем повернула голову, обнажив бледную кожу шеи.
— Сделай это.
Мой волк терзал мое сердце, требуя, чтобы его освободили. Но против серебряных цепей ему было бы не проще, чем мне.
Алехандро убрал волосы с ее шеи.
— Постарайся расслабиться, Саванна, это не должно быть больно. Честно говоря, большинству людей это нравится. Вот почему это сейчас в моде.
— Просто покончи с этим. — Она уверенно вздернула подбородок, но отказалась встретиться со мной взглядом.
Она ахнула, когда Алехандро вонзил клыки в ее шею. Ярость прокатилась по мне, и мои путы зазвенели, когда я потянул их — но чем яростнее я боролся, тем крепче становились мои оковы, пока я не стал практически неподвижным.
Она застонала, ее глаза расширились от страха, и она прижалась спиной к стене. Алехандро застонал, его пьянящее желание наполнило комнату, пока он нежно лакал кровь, текущую из ее шеи.
Гортанный рык вырвался из моего туго стянутого горла, когда представшая передо мной сцена врезалась мне в память.
Веки Саванны отяжелели, и она вздохнула, ее тело расслабилось, когда она откинулась назад, отдаваясь магии, которая струилась между ними.
Сладкий аромат ее неизбежного желания, смешавшийся
