с телом. За первым почти сразу следует новый костяной солдат, явно пытаясь меня задержать. Этот даже проявиться полностью не успел, мой меч разделил его на две половины, одна из которых так и осталась в стене. Костяные шипы ударили на пятом скелете, что нелепо махал передо мной бердышом. С треском, ломаясь, бело-голубые пики попытались проткнуть мой бок и перегородить проход. Тускло сверкнув, исчез доспех Темного охотника, неплохо послуживший еще в Топях, а затем шипы уперлись в кирасу брони рыцаря Пылающего солнца. Льдистая сталь стойко выдержала атаку, а Ринору расчистил мне путь сквозь костяной частокол.
Компас, сверить маршрут. Очередной коридор снова уводит влево в попытке укрыть от меня источник силы. Ну ничего, творение Великого Механика так просто не обмануть. Мельница богов, показанная нагом. Руки мелькают, все ускоряясь, прорубая божественным металлом путь. Костяное крошево разлетается во все стороны, сочетание Аспида и Ринору оказалось практически идеальным, я словно буря прокладывал себе путь сквозь лес костей. Опять призрачные руки, сразу несколько десятков одновременно попытались меня ухватить. При этом два черепа каких-то тварей под потолком широкого холла выдохнули клубы зеленого дыма, и полупрозрачный металл брони начал шипеть от ядовитых паров, осевших на него. Прыжок вперед, круговой удар и резкий взмах руки. Подброшенный на миг Аспид еще парит в воздухе, а сорванный с пояса Молот Каруна раскалывает один из источников чадящего дыма, что оказался не столь прочным, как кости троллей. Новый круговой удар, расчистка пространства и резкий прыжок вверх. Сплетенный из багровых лепестков пламени клинок сменяет плеть, и тяжелый черный наконечник клюет второй череп в лоб, разнося гаденыша на мелкие куски.
Приземлиться перекатом, усилить мышцы, воззвав к сродству со зверем, и рвануть к нужной стене, пока пространство впереди свободно.
«Рэн, истощение жизни ускорилось. Видимо, из-за воздействия близкого источника силы».
Изменение я ощутил и сам, запнувшись на внезапно ослабевших ногах, когда до стены оставалось всего пару рывков, даже в глазах на миг потемнело. Но это не помешало мне взмахом меча прорубить дыру в стене между двумя колоннами.
И, сжав зубы, ворваться в небольшой зал, в центре которого на пыльном пьедестале лежала усохшая голова дракона. Гордые рога спилены или обломаны, прочная кожа высохла и истончилась, чешуя местами отвалилась, зубы выбиты, а веки зашиты грубыми стежками. При этом голова не ощущалась мертвой. От нее исходил едва видимый зеленоватый свет, закручивавшийся в тонкую воронку и уходящий куда-то вверх.
Взмах руки, и воздух рассекает кинжал, сверкнув алым огнем на рукояти. Попав точно в лоб дракона, ритуальный клинок глубоко вошел в кость, тут же нагрелся, переполняясь, и рубин начал быстро пульсировать, поглощая льющуюся вовне силу…
* * *
Где-то в глубинах храма…
Не получается!
Костяной шар, паривший перед ней, отражал истинную картину всего происходящего внутри Храма Костей. Голова Кахаранна умирала. Сила дракона много лет придавала устойчивость этому месту, служа одним из якорей, скрепляющих каркас и поддерживающих домен. Сейчас же энергия утекала стремительным ручьем, причем не питая храм, а всасываясь в проклятый артефакт, и ей никак не удавалось перехватить этот поток… А если так?.. Нет, не успела!.. Всё. Добытый отцом много сотен лет назад в ходе поединка трофей, превращенный в уникальный полуживой артефакт, безвозвратно утрачен…
Нидейлина зло прикусила собственную губу, борясь с нарастающим гневом. Ей нужно успокоиться. Как же ей не хватает дыхания собственного аспекта, приносящего равнодушие и невозмутимость! К сожалению, им воспользоваться можно только за пределами домена — чары, наложенные ею самой на себя после серьезной ошибки, действовали только в тварном мире… Ей много чего, а главное, кого не хватало…
Еще раз: успокоиться, сосредоточиться.
Это место — источник ее силы, ее личный домен, созданный отцом и перешедший к ней по праву крови. Он служит только ей, отдавая все имеющиеся ресурсы в ее полное распоряжение. Она может, нет, должна победить здесь. Враг, убийца ее отца… она обязательно с ним справится. И его тело займет место на пьедестале вместо головы Кахаранна!
Ярко-алый огонек, лишь ненадолго задержавшись, снова продолжил движение, в этот раз нацелившись на сердце Аметеи, Хозяйки Золотого леса. В ответ холодные руки стремительно мелькают, пробуждая стражей храма и настораживая ловушки. Ей еще не доставало сил и опыта, поэтому то, что должно возникать по одной мысли владыки домена, приходилось активировать в ручном режиме. Касание двух пальцев к резным костям, и затаившиеся в клетке Могильные черви ползут вперед, готовясь встретить незваного гостя. Дробный стук ногтем наполняет силой ловушку. Похоронный колокол своим заунывным звоном должен погасить ментальным ударом сознание чужака, дав шанс добраться червям до его плоти. Хорошая связка… не принесшая результата.
Огромные черви еще трепыхались, обезглавленные, на полу, а чужак вновь продолжил движение, даже не обратив внимания на голос спрятанного в стене артефакта. Просто проделал дыру в полу коридора и легко спрыгнул вниз. Он все ближе к сердцу. Девушка, шипя проклятия, сплюнула капли крови, заполнившие рот, и начала перестраивать коридоры, создавая новое препятствие для пленника храма.
Ей не хватало наработанных навыков, да и личная сила заметно уступала мощи отца, это она отчетливо понимала. А еще враг двигался хаотично и непредсказуемо, то и дело меняя направление движения и обходя самые эффективные ловушки, будто чувствуя их заранее. При этом его разнообразное оружие позволяло ему прорубать себе путь, не обращая внимания на препятствия, возводимые ею. Если хотел, чужак ломился прямо сквозь укрепленные стены, игнорируя залы и коридоры, прокладывая дорогу сквозь толщу плоти храма.
Пора. Пробуждение.
Двое преданных древних колдунов, едва очнувшись, замерли возле сердца королевы дриад. Сине-зеленое пламя напитало стены непреклонностью могильного порога, а четверо Рыцарей Смерти в зачарованном снаряжении перекрыли единственный вход в жертвенный чертог своими щитами… Но смертный, опять сумев как-то их почувствовать, неожиданно впился отросшими когтями в стену, вскарабкался вверх, прорубив потолок, прошел по пустому залу и свалился сверху, обойдя ловушку ритуального круга, выставленного Нидейлиной перед проходом к источнику.
Приземлившись словно кот, человек взорвался вихрем движений. Фигуры магов сложились сразу, парализованные прикосновением когтей. Короткий обмен ударами с рыцарями — и каждое, даже самое легкое касание насылало на высохшие фигуры жадное, будто живое пламя, и этот страшный огонь не удавалось сбросить или погасить. Пара растерянных вдохов — и на пол рухнули обгоревшие кучи костей.
Кинжал с размаху впивается в одеревенелое сердце, одиноко лежащее на алтаре, и с урчанием голодного вампира поглощает силу, чтобы через пару десятков секунд поделиться ею с проклятым мечом…
* * *
Стены, коридоры,
