class="p1">Все знали, что у Макарыча бзик – тащить в свою каморку любую дрянь. «В хозяйстве пригодится», – твердил он.
Пару раз пригождалось. Однажды он припер исполосованный портрет бывшего мэра в шикарной раме. Портрет выкинули, в раму вставили фото Затворова. В другой раз Макарыч приволок с помойки сломанный самокат. Его забрал себе на дачу Раппопорт – из железяки соорудил опору для смородины, а колесики пригодились для рукотворной тачки.
Но в основном рухлядь, которую волок в отдел полиции неутомимый завхоз, не могла быть использована никем и никак. Уж и бранили его, и грозились выгнать. Но дальше выговоров дело не шло.
В подсобке Макарыча сейчас находились: два дырявых кожаных мяча, три разнокалиберные ножки от стола, оконная рама с разбитым стеклом, несколько сломанных игрушечных роботов, чьи-то замусоленные школьные планшеты, растоптанная обувь разных размеров, сгоревший чайник, тьма дефективной посуды и много другой чепухи.
Отыскалась и улика – эмалированное ведро. На его деревянной ручке ясно виднелась поперечная хвостатая царапина. След от той самой цепи.
Суставин заметил на столе пожелтелый листок бумаги. Записка. На ней было безграмотно накарябано:
Вот вам! Палучили? Ха-ха! А я ушол. Надоели вы мне. Делайте с моими вещчями што хотите, я сибе ишшо насобераю. Когда мы вас побидим. Уже не ваш Макарыч.
Похоже, завхоз сбрендил.
Тем временем в кабинете наверху предпринимались отчаянные попытки вернуть полковника Затворова к бодрствованию. Его ровное дыхание, несомненно, указывало на то, что он жив. Его тормошили, лили на него воду из графина. Челебадзе с удовольствием дергал его за усы и даже позволил себе несколько тычков в зубы. Полковник и ухом не вел.
Прибывший доктор констатировал, что Затворов погрузился в глубокий летаргический сон.
Пещерные люди
Илье повезло. Кроме него, в Прасковеевке из троллейроллера вывалились трое туристов с рюкзаками. Двое плечистых парней и одна субтильная девушка. Они перешли дорогу и гуськом побрели в сторону предгорья.
Торопливо пряча книгу в рюкзак, Илья кинулся за ними.
– Ребята, до Бацехура далеко?
Они обернулись на чудика в смешной вязаной шапке с надписью «Сочи – 2014». Критически оценили его дохлые кроссовки и демисезонную ветровку.
– Иди за нами. До Синей пещеры нам по пути, а там подскажем.
Илья обрадованно пристроился за ними хвостом.
Поспевать за отрядцем было непросто. По всему видать, команда не впервой полезла в горы. Сонные парни неожиданно бойко зашагали, взбираясь все выше и выше, словно вместо сердца у них был пламенный мотор. Крохотная девчушка, которая была Илье по плечо, резво семенила за приятелями. Илья еле за ними поспевал.
К счастью, через час девушка попросилась в туалет и спряталась за строем кипарисов. Парни не стали утруждаться лишними маневрами, зажурчали прямо на камни.
Оказалось, Леха, Рома и Надя – студенты томского политеха, раз в полгода прошвыриваются (как они выразились) в горы.
Илья попытался расспросить их про грот Неизвестный. Где-то тут, в окрестностях Бацехура. Те долго супились, пожимали плечами.
– Сколько мы здесь лазили, а такого грота не слышали.
Вынырнувшая из-за кипарисов Надя тоже ничего не знала про грот Неизвестный.
Илья помрачнел. Неужели обман? Или «грот Неизвестный» – это какое-то условное название?
Политеховцы пошли дальше, Илья поплелся за ними. Вскоре они дошли до Синей пещеры. Как выяснилось, просторной и обжитой. Уже на подходе из ее зева выплеснулись звуки человеческого веселья, повеяло вкусным дымком.
На деревянных чурках за грубо сколоченным столом сидело человек одиннадцать. Миски с ложками, вскрытые консервы, выпивка и возбужденное веселье свидетельствовали, что люди собрались славно отобедать. Колыхался огонь под котелком. Блики пламени мерцали на лицах и бутылках. В сторонке были навалены подстилки и карематы.
Вошедшие были встречены приветственными возгласами и женскими визгами. Началось братание-обнимание. Какой-то экзальтированный бородач в вязаном свитере чуть не затискал Илью вусмерть, заодно обдав духом ядреного курева.
Тут же засуетились, быстренько выкатили четыре дополнительных чурки, потеснились. Прибывшие с Ильей томичи оказались знакомцами почти всех сидевших в пещере. Сразу завязался обмен новостями и немудреный разговор про жизнь, про общих знакомых. Кто-то извлек гитару. Выпили, закусили, хрипло засипели давно знакомые песни. Сняли с огня котелок с кашей.
Из разговоров Илья понял, что эта пещера – последняя приличная стоянка по пути наверх. Перевалочный пункт для всех уставших и заблудших. База. Здесь постоянно жили трое: разговорчивый Станислав (тот самый бородач), его жена Варвара (сильно беременная) и дедок Архипыч, который в основном помалкивал, щурясь на огонь. Они работали в местном лесничестве. Имели охотничьи ружья и следили за сохранностью леса. Любителей позариться на природные угодья в последнее время хватало.
– Скоро вчетвером будем браконьеров гонять, – похлопал Станислав свою Варвару по объемистому животу.
– Так за это стоит выпить! – среагировал кто-то на дальнем конце стола.
Илья вышел на воздух. Где-то неподалеку от пещеры шумела вода. Он обогнул уступ и очутился на площадке у небольшого водопада. Покой и отрешенность овладели им. На минуту он забыл, зачем сюда приехал. Завороженно глядел, как чирикает вода, как она мерно прокатывается по камням.
Надо вытащить на разговор кого-то из местных, которые тут знают все тропки. Может, и про грот Неизвестный что-то слыхали. Но дед Архипыч нелюдим. Девку с пузом тоже не хочется дергать. Остается бородатый Станислав.
Илья зачерпнул ледяную горсть из водопадика, плеснул себе в лицо. Судорогой подернулись скулы, он наполовину протрезвел. Решительно обогнув уступ, он чуть не налетел на миниатюрную Надю.
Без шапки та оказалась очень даже симпатичной. У нее были красивые каштановые волосы, лукавые ямки на щеках. И умные серые глаза, без всяких отечных набухлостей над веками.
– Я уже все выяснила у Стаса, – доложила она.
– Что именно?
– Про этот твой грот. Нет тут никакого Неизвестного.
Илья посмотрел на часы. Наверное, Дронова подруга Наталья Хворост уже освободилась от своих пут. Связалась с Дроном, и они вовсю гогочут над доверчивым приезжим.
Сквозь шум хмеля и водопада до него донесся голос Нади:
– Эй, ты слышишь?
– Да.
– Если Стас про этот грот не знает, значит, его нет в природе. Или это что-то секретное.
– Как это?
– Есть такие гроты, которые открывают, а потом сверху засыпают землей. Маскируют.
– Зачем?
– Эгоизм первооткрывателей. Им хочется, чтобы это было их персональное убежище.
– Найти такой грот нереально?
– Реально. Но надо потратить на это уйму сил и времени.
– Значит, сделать ничего нельзя?
– Тебе повезло, сейчас в Синей пещере отсыпается Шнырь. Это самый крутой спелеолог Кавказа. Он все здешние гроты знает как свои пять пальцев на ногах.
Страшилки спелеолога
По соседству
