Бармачай.
Она была так возбуждена, что бежала вверх без устали. Глаза ее сияли, словно камешки мониста.
Джуга хотел оставить ее внизу на плато. Многие дети, включая больную Эру, остались. Но разве Бармачай можно было удержать!
Он прижал ее к себе.
– Не бойся, моя дорогая, горы не упадут.
– Ух ты, – прошептала Бармачай, протянув пальчик в ту сторону, где небо полоснула огненная зазубрина молнии.
Джуга понял: она уже схватила этот момент своим сердцем. Значит, при первой возможности нарисует.
«О, моя дочь, – с нежностью подумал он. – Такой бы стать правительницей, это было бы счастье для народа».
Первые капли, едва пав на их головы, взорвались ливнем.
Грохочущая водяная лава обрушилась на племя. Все потонуло в гаме стихии – вопли женщин, рык и стоны воинов, ругательства малодушных. Стена воды встала вокруг.
Шаман Раха остановился. В отличие от спутников, его лицо было спокойно.
– Знак, знак, – твердил он, вертя головой.
– Что ты говоришь?! – Джуга постарался перекричать стихию.
– Ищу знак.
Грохнуло совсем рядом. Земля сотряслась так, что казалось, она провалится сейчас, уйдет из-под ног. Все попятились, кроме Рахи. Тот застыл, воздев руки.
Новый, чудовищный удар пришелся почти в него. Силуэт шамана резко очертился в сполохе молнии. Громовым, изменившимся голосом Раха прогудел, перекрывая рев бури:
– Слава Богам! Мы нашли!
Он припал к тому месту, где молния ужалила склон. К нему сквозь пелену воды просунулись Джуга и его сын Айгун, затем еще несколько мужчин и Бармачай.
Их глазам предстал большой плоский камень, которого коснулся небесный огонь. Черный ожог размером с добрый кулак расплылся по его поверхности.
Раха показал на камень одними глазами. Джуга все понял. Ему достаточно было кивнуть.
Богатыри поднатужились. Камень еле сковырнулся, но остался лежать. Из стены дождя вынырнули еще несколько мужчин, тоже налегли. И – слава шкурам! – вместе они сумели отвалить обожженный камень.
Открылся зев пещеры. Подбежавшая Бармачай едва не провалилась, Джуга успел ее схватить. Сжал руку.
– Больно! – завизжала девчонка.
Шаман Раха подставил под дождь мокрое счастливое лицо со слипшейся бородой.
– Это наша крепость и хранилище для шкур.
Семья врагов
Шнырь завалился спать. А Илья, щурясь, долго глядел на свечку, оплывающую причудливым лепным декором. Думал о племени джугов.
Наконец словно очнулся от сна. Отставил в сторону миску с холодными остатками каши.
– Погоди, на камне не было никакого черного пятна.
– Обожженную часть люди Джуги сразу обтесали, – пояснил Дрон. – Они были не дураки. В последующие века с камнем поработали – сняли все лишнее, придали ей маскирующие оттенки. Уже в 21 веке датчики движения и микрокамеры вмонтировали. Плюс установили потайной механизм, позволяющий открыть этот люк. Не понимаю, как тебе удалось его активировать.
– Повезло.
– Да нет, – протянул Дрон, – тут какой-то сбой. Надо будет поговорить с ребятами из отдела Q. Хотя…
Он исподлобья взглянул на Илью.
– Кто знает, может, в тебе есть…
Он осекся.
– Что?
– Ничего. Лучше расскажи… про Алину. Вообще, про все это дело.
Илья прикрыл глаза. Меньше всего ему хотелось перебирать в памяти свое горе. Но об этом просил ее брат, пусть и наполовину родной.
Дрон не перебивал. Лишь в самом конце встрял, когда Илья пересказал историю Рича в полицейском отделе.
– Знаешь, почему летучая мышь так испугала Жагу и Бару? Мы, джуги, не переносим ультразвук, который издают эти твари. Он для нас как смертельный вирус. Вот почему нашим предкам нужна была особенная пещера, где они не водятся.
Илья не понял, шутит тот или нет. Вдруг подумал, как же не похож Дрон на его жену.
– Расскажи, какой Алина была в детстве, – попросил он.
Усмехнувшись, хранитель шкур подвесил над огнем чайник. Поскреб бороду.
– Об этом лучше бы спросить ее ровесников. Она была на восемь лет младше меня.
– И все же?
– Со мной никто всерьез не занимался, отчим только деньги давал. А Алине нанимал лучших репетиторов, баловал. Оно и понятно, отец есть отец.
– А своего отца ты помнишь?
Дрон потянулся за очередной цигаркой. Медленно ее раскурил.
– Мой отец был джугом. Он рано умер, я плохо его помню. Мать каждые каникулы отвозила меня в деревню к дяде. Тот тоже был джугом. Когда мне было лет десять, дядя вернулся откуда-то с приятелем. Стояла жара, но дядин приятель почему-то был закутан в одежду. На голове шляпа, его лицо закрывали темные очки и шарф, на руках перчатки – точно как человек-невидимка из книги. Дядя сказал, что у его приятеля болезнь кожи. Этот человек какое-то время жил у нас и всегда был наглухо одет. Любопытство сжигало меня. Однажды, катая под столом игрушечные машинки, я увидел, как этот человек, приподняв штанину, почесал щиколотку. Там у него росла шерсть. После этого я забыл про все свои машинки и стал за ним следить. Как-то на расвете дядя с приятелем нырнули в сарай. С чудовищно бьющимся сердцем я припал к щели между досками. Сначала они о чем-то говорили, о каком-то производстве, о работниках, которых не хватает. И тут дядин приятель стал раздеваться. Оказалось, что он от ушей до пят покрыт густой шерстью. Я не убежал только потому, что меня будто парализовало. Затем дядя начал его брить. Долго, бережно. Снятые клочья он аккуратно складывал в мешок.
Чуть позже, когда я немного подрос, дядя рассказал мне о нас, о джугах. О чудесной силе шерсти, о хранителях. Он подарил мне ту самую книжку, которую ты нашел у меня дома. Вскоре после этого дядя пропал. Как я потом узнал, он заступил на вахту хранителя шкур. А потом появился у нас дома. Он стал рассказывать мне о хранении шкур, делился секретами, наблюдениями. В каких мешках лучше хранить, как поддерживать нужную температуру, влажность. Потом он стал брать меня в горы, мы много времени проводили в этой пещере. Я овладел всеми премудростями ухаживания за шкурами. Незадолго до своей смерти дядя вручил мне все электронные замки и коды от входа. Когда он умер, я стал хранителем. Гур-хурал поставил меня на довольствие.
– Кто поставил на довольствие?
– Гур-хурал. Главный штаб джугов в стране.
– Это он приказал тебе тут сидеть?
– Да. Осенью прошлого года поступил приказ – готовить шкуры к боевой готовности. Это огромная, кропотливая работа. Каждую волосинку надо почистить, обработать специальным составом, зарядить.
– Как это?
– Тебе все расскажи.
Илья обидчиво насупился.
– Алина знала, что ты джуг?
– К сожалению. Я ей сдуру проговорился. Алине не следовало этого знать.
– Сама она к джугам имела отношение?
– Никакого.
– А кем был ее отец?
