жалость захватили мой разум. На его ладонях тоже были порезы. К горлу подкатился ком, слезы начали душить меня. Хотелось упасть перед ним на колени, рыдая просить прощения, потому что оставила его одного. Нельзя было уезжать, это я виновата.
Вздохнув через нос, старалась не заплакать, медленно подошла к нему и села рядом. Хё внимательно наблюдал за мной и моей реакцией. По глазам видно, как он напряжен и обеспокоен. Сглотнув, снова посмотрела на его руки. Вблизи выглядело еще хуже, темные пятна въелись в ткань, кожа покрылась засохшей кровью.
Подняв на него взгляд, увидела, как он грустно вздохнув, посмотрел на свои травмированные ладони. Внутри все с болью сжалось. Мне захотелось обнять его, поцеловать каждую ранку в надежде, что так все быстрее заживет.
— Что произошло? — откашлявшись, спросила я. Нужно рассмотреть его раны получше, сбегать за аптечкой и поскорее все обработать, нанеся после заживляющую мазь. Только я не могу, не в силах больше оставить его одного даже на пару секунд.
— Я… — неуверенно, начал он. Его голос вздрогнул, кадык дернулся. — Я начал вспоминать, но все было не четко. Без правильной последовательности, — Хёну посмотрел на меня, в его карих глазах я увидела сожаление и грусть. Внутри что-то екнуло и полетело вниз… Нет, еще рано паниковать и делать поспешные выводы. — Сначала, я вспомнил свою злость и сильную ревность. Лу, мне было невыносимо видеть тебя в таком шикарном наряде, по одной причине… — он запнулся, облизнул губы. В то время как внутри меня все металось из стороны в сторону, будто мячик. Морально я была уже готова ко всему. Хотя больше всего меня волновали его раны. Плевать на чувства, они пока что не важны. — Я эгоистично желал любоваться тобой один, — сказав это Хё пододвинулся ближе, его горячее дыхание опалило озябшую кожу. — Когда Степа сделал тебе комплимент, я разозлился на него и себя. Мне противно испытывать такие эгоистичные, собственнические чувства по отношению к тебе. После Рэйчел, она подливала масла в огонь, который и без того горел настолько сильно, что мог бы сжечь всю планету. Поэтому я и не смог удержать себя в руках, напился, пытаясь утопить отрицательное эмоции, — не знаю почему, но я пересела ближе к нему, а он подался вперед и уперся лбом в мое плечо. — После я вспомнил Троя, эмоции захлестнули меня и все закружилось. Мои воспоминания были такими нечеткими, я испугался, что делал все то с Рэйчел и… — он приподнял руки, теперь порезы стали видны лучше. Внутри все снова сжалось. Хёну испугался, что вместо меня целовал, ласкал и любил ее. Мой Хё сделал это из-за ненависти к себе, эти мысли разбивали мне сердце. Глаза защипало, из-за чего я посмотрела вверх и стала часто моргать, продолжая слушать парня. — Мне стало мерзко от самого себя, в тот момент, допустил мысль, что по пьяни мог перепутать. Потом я вспомнил, это была ты, ВиЛу. Но… уже было поздно, мои руки снова покрыты порезами…
— Снова? — вырвалось у меня, голова пошла кругом. Такое уже было? Неужели поэтому он вечно ходил с закрытыми руками?
— Да, к сожалению, я не справился со своими эмоциями. Я испугался, что обидел тебя, заставил себя ненавидеть и воспользовался тобой, в своих извращенных целях…
— Но это не так! Ты не пользовался мной, я не сопротивлялась, — возмутившись произнесла я.
Парень отстранился от меня. Бросив на него взгляд встретилась с наполненными печалью глазами, он покачал головой, прося дать ему договорить. Слезы с новой силой начали меня душить, мне так больно видеть его таким. Как же хотелось забрать хоть немного этих отрицательных эмоций себе, чтобы ему было полегче.
— Я долгое время думал так, Лу. Просто был уверен, что ты мне не можешь отказать, потому что боишься моей обиды или еще чего. Ты не представляешь, как долго я мечтал об этом поцелуе, — опаляя горячим дыханием мою шею, произнес Хёну, рассматривая мое лицо, остановился на губах.
— Это не была ошибка? — со слезами на глазах, спросила, сама, не заметив, как чувства окончательно взяли надо мной верх. Мой страх не оправдался. Какая же я слепая дура!
— Эй, ты чего? — опешив спросил Хёну. Парень аккуратно подхватил мой подбородок, при этом все же морщась от неприятных ощущений. Он держал меня так, чтобы наши глаза были на одном уровне. Такой необходимый и важный прямой зрительный контакт. — Как ты могла о таком подумать? Никакая это не ошибка, я бы никогда так с тобой не поступил, если бы не любил.
— Ты меня любишь? — не веря своим ушам, спросила я. Как же глупо и странно все происходит. Вместо решения реальной проблемы в виде его ран, я занимаюсь такой ерундой. Спрашиваю такие глупые и неважные вопросы.
— Больше жизни… ты мой воздух, ВиЛу, — прошептал он. На его щеках появились ямочки, а мое сердце медленно начало таять, разгоняя по телу жар.
— Почему ты не говорил мне этого раньше? — перехватив его ладонь, спросила я, аккуратно рассматривая раны на ней. Порезы оказались неглубокими и покрылись коркой, крови нет, это хорошо.
— Боялся, так же, как и рассказать о своих шрамах, — тихо сказал Хё, стесняясь этой правы. Если бы он не знал про уколы, то я бы тоже стеснялась этих следов.
Пазл медленно складывался. Осознание горечью проявилось на кончике языка. Как давно он причинял себе вред? Какие были причины? Виновата ли я в этом? Могла ли заметить и остановить? Почему не заметила раньше?
— Когда ты… впервые… порезал себя? — запинаясь, спросила я. В сознании вспыхивали картинки из прошлого, когда он внезапно изменил предпочтения в одежде, начал носить закрытое. А ведь я тогда не придала этому значения, просто была погружена в собственные проблемы.
— За год до начала приема лекарств, — коротко ответил он, все так же тихо. Ему тяжело говорить эту правду, но все же Хё это делал. Сейчас он переступал через себя, доверяя мне свою болезненную тайну.
— Из-за кошмаров? — спросила я, подняв взгляд на его лицо. Хёну наблюдал за мной с настороженностью, он как дикий зверек, которого могло спугнуть одно неосторожное движение. Парень сжал губы в сплошную линию и кивнул. — Врачи, Изабель и Генри знали? Поэтому тебе назначили терапию?
— Нет, я скрывал как мог. Мне было страшно в этом признаться, не хотел попасть в больницу, оставив тебя одну. Твои силы они только тогда пробудились, я очень переживал, боялся за тебя и кошмары… Это сводило с ума, медленно ломая меня. Начал с ног, а когда
