разговор первая. Она попросила Генри рассказать, почему же его сегодня вызвали на работу. Это сработало и всеобщее внимание сместилось с моих рук, на мужчину, который нехотя начал делиться событиями этого дня.
Правда ничего особенного он не рассказал. Всего лишь собрание и обсуждение новых побочных действий у Vestra 6. К которой Генри не имел никакого отношения. Вызвали его по ошибке, так же как и всех остальных работников. Странное совпадение, или же попытка выявить крысу? Мужчина, слушая все это не мог понять, откуда взялись такого рода побочные действия именно у этой версии. Особенно если учитывать, что у предыдущей, над которой он работал до сих пор, побочных действий выявлено почти не было. Генри согласился с моими мыслями, что все это было сделано для какой-то тайной цели. Но для какой, до конца не ясно.
Гадать конечно, что и для чего было сделано или сказано, можно бесконечно. Правда усталость от разговоров и остаточные похмельные нотки, тянули меня в кровать. Только вместо теплой постели, Лилу вытащила меня на улицу, так сказать подышать свежим воздухом перед сном. Генри, перед тем как мы ушли, упомянул, что, вернувшись домой сразу же начнет изучение Vivo. Как раз для этого он прикупил через знакомого посредника необходимые реактивы, так что в ближайшие недели мы будем видеться реже обычного.
Невыносимая жара к ночи сменилась прохладой, что приятно остужала кожу. Мы медленно шли по пешеходной дорожке, ничего не говоря, просто наслаждаясь умиротворенностью и тишиной. Редкие машины проезжали мимо нас на минимальной скорости, последствия дождя не успели сойти на нет и многие дороги были залиты водой.
Хотя вроде бы везде есть водостоки, которые именно в моменты сильных дождей переставали справляться со своей работой по непонятным причинам. Из-за чего и ввели ограничение скорости. Хоть автомобили нового мира и были защищены от влаги, а работа воздушных подушек вообще не зависела от погоды, в подобные дни, раньше, случалось огромное количество аварий. Поэтому, до тех пор, пока производители автомобилей, в первую очередь такси, не выяснят в чем же причина, будет действовать ограничение скорости во время природных проявлений.
Витавший в воздухе аромат после дождя бодрил и успокаивал. Помню, как в детстве, вместе с мамой выходил на крыльцо нашего старенького дома. Мы укутывались в плед и пили горячий какао. От воспоминания на душе появилось тепло, вместе с этим что-то защемило в груди. Порой родители делали странные вещи, которые медленно становились нормальными и комфортными. Таким образом они просто пытались наполнить жизнь не только смыслом и особой целью, но и обычной красотой, что зачастую скрывалась в мелочах.
Лу всячески пыталась избегать луж, в то время как я вовсе не смотрел под ноги. Даже хлюпающие звуки в кроссовках меня не смущали, потому что сейчас я был наедине с Лилу, и между нами больше не было тайн, по крайней мере с моей стороны. А от нее я не могу требовать подобного, если она сочтет нужным что-то скрыть, значит у нее есть на это свои веские причины.
Раньше я так боялся этого момента, думал, когда она узнает о моих шрамах, то отвернется от меня, посчитав слабым и бесхарактерным. Только увидев, как она на меня смотрела. С какой болью и любовью рассматривала раны, осознал, каким глупым был все это время. Если бы я раньше поделился с ней своей болью и чувствами, может быть и не дошел до этого всего. И я не сгорал бы в приступе ревности, неосознанно нанося себе боль.
Безусловно, после произошедшего мне страшно от самого себя. Мысль о том, что не всегда могу контролировать свои действия, очень пугала. Нельзя больше ждать, все и так слишком запущено, необходимо взять себя в руки и действовать. По крайней мере пока снова не погрузился под воду, медленно уходя на дно. Погрузиться в метафорическое озеро я все же боюсь больше, нежели в реальное. В отличие от второго, в первом случае сам позволю себе утонуть, просто не видя другого выхода.
Теперь у меня есть ответственность перед Лилу. Нельзя делать ей больно своими необдуманными поступками. Очень хочется верить, что именно она сможет держать меня на плаву, просто находясь рядом и поддерживая.
— Куда мы идем? — вздохнув, спросил я. Мы ушли от дома уже достаточно далеко и какова наша конечная цель, мне неизвестно.
— На детскую площадку, — обернувшись, сказала Лу. Ее щеки раскраснелись от холода, а по постоянно трущихся друг об друга ладоням, понял, она начала замерзать.
— Может вернемся, ты явно замерзла, — догнав ее, предложил. Девушка отрицательно покачала головой, все такая же упертая, как и раньше.
Невольно я допустил мысль, что Лилу все это время держала какую-то маску, чтобы скрывать свои чувства. Но на деле все куда проще, она просто открылась мне сегодня с другой стороны, и это еще начало. Впереди мне предстояло увидеть множество разных Лилу, как и ей.
— Я серьезно, — обняв ее со спины, останавливая тем самым, прошептал я. Не знаю какой у нее замысел, но если мы продолжим находиться на улице, где температура заметно упала еще больше, то ничем хорошим это точно не обернется. — Не хочу лечить тебя от простуды, пойдем домой. Ты примешь горячий душ, а после, как Изабель уйдет спать, придешь ко мне, и мы посмотрим какой-нибудь фильм. Как тебе такое предложение?
Лилу стояла неподвижно, мне показалось, что даже дышать перестала. Может я слишком много себе позволяю и ее это пугало? Только я собрался разорвать объятья, как Лу повернулась ко мне и забралась ледяными руками под кофту. Даже сквозь футболку я чувствовал холод, исходящий от нее, такой пугающий и странно не естественный для человеческого тела.
— Я хотела просто посмотреть с тобой на звезды, — уткнувшись носом в мою шею, прошептала она. От ее горячего дыхания по телу побежали мурашки, заставляя меня встрепенуться, отгоняя всю оставшуюся усталость прочь. Какие к черту звезды?
— Не думал, что ты такой романтик, — вместо желаемого вопроса, произнес прислонившись губами к ее лбу. Господи, до чего же она холодная. Неужели озноб, о котором она говорила утром, так и не прошел. Но разве при этом тело не должно гореть? Нет уж, нам надо домой, к черту эти звезды! — Я серьезно, пойдем домой. Ты такая холодная, что я уже начинаю переживать.
— Я холодная с самого утра, — лишь пробубнила она, еще ближе придвинувшись ко мне. Положив подбородок на ее голову, молча слушал спокойное дыхание девушки. Как же хотелось, чтобы этот
