Она была настолько полна жизни, настолько умна и остра на язык. Долгие годы она загоняла себя в рамки, которые не вполне соответствовали ее характеру, изо всех сил пытаясь быть идеальной дочерью, и теперь отправилась в свободное плавание. Что касается их двоих… Что бы она ни говорила о своем глупом списке плохих дел, она не была создана для бесперспективного романа. Люси нуждалась в настоящей близости, которой он не мог ей дать, и, черт возьми, если она сама не собиралась проявлять осторожность, то он был готов делать это за нее.
Вместо улыбки Патрик попытался изобразить насмешливую ухмылку.
— Ты горячая штучка, детка. Чертовски хороша, когда голая, но реально зануда, когда одетая. Если хочешь пообщаться, раздевайся.
Она поморщилась от такой бесцеремонности. У него засосало под ложечкой, но он поступил так, как должен был. И все же ему пришлось проявить силу воли, чтобы не заключить ее в свои объятия и не сцеловать каждую каплю дождя на ее щеках.
— Интересно. — Она надвинула глубже капюшон и подняла подбородок. — Храни свои секреты дальше, Панда. На самом деле мне до них нет никакого дела.
Она исчезла, оставив его в самом дурном расположении духа.
Небо очистилось, и Люси согласилась на уговоры Тоби покататься на лодке Большого Майка. Перспектива провести весь день в облаке его парфюма ее не прельщала, но это было лучше, чем топтаться дома.
Неужели Панда верил, что она не разглядит всю эту чушь? Это расчетливое оскорбление и нелепую ухмылку? Таким образом он напоминал, чтобы она держала дистанцию, на тот случай если он об этом забыл. Этот роман призван был стать еще одной галочкой в ее списке плохих дел. Но, продолжая утаивать что-то, он вынуждал делать то, что она не хотела: думать о нем слишком много.
Она изобразила улыбку, когда они с Тоби подошли к просторному бело-голубому катеру, пришвартованному у городской пристани. Глаза мальчика горели от нетерпения.
— Прошу разрешения подняться на борт.
— Разрешаю. — Майк расплылся в улыбке, обнажив ровные сверкающие зубы. На нем были шорты цвета хаки, белая футболка поло с зеленым логотипом и водонепроницаемые мокасины. Дорогие солнечные очки «Рево» свисали на цепочке с загорелой шеи.
Она сменила свою жуткую одежду на черный купальник в паре с белым махровым пляжным платьем, но кольцо в носу все-таки оставила. Он забрал у нее сумку, в которой лежали лосьон для защиты от солнца, полотенце, кепка и печенье, которое она купила в «Пейнтед фрог». К несчастью, он также протянул руку, чтобы помочь Люси взойти на борт, но отвратительный запах парфюма, который она запомнила с прошлого раза, явно отсутствовал, как и золотой браслет и кольцо с эмблемой колледжа.
— Рад, что вы присоединились к нам сегодня, мисс Джорик.
Она испытала разочарование.
— Бри рассказала вам, кто я…
— Нет. Помните, я как-то сказал, что ни одного лица в жизни не забываю? Пару недель назад я все-таки вспомнил. — Он указал на татуировку с драконом. — У вас отличное прикрытие.
Тоби бросился к корме поглядеть на рыболовные снасти. Она вытащила кепку из сумки.
— Никто не узнал меня, так что, похоже, новость еще не разнеслась по острову.
— Я подумал: если бы вы хотели, чтобы люди знали, кто вы, — честно сказал он, — вы бы сказали им.
Его откровенность радовала, и она почувствовала, что оттаивает.
Когда катер отплыл от пристани, Тоби позволил ей порулить. Наконец они миновали южную оконечность острова. Когда приблизились к берегу, Тоби взял удочку и начал забрасывать крючок в воду, слушая указания Майка. Люси отправилась в другую сторону, чтобы поплавать и избавиться от мыслей о Панде.
Следующие несколько часов оказались весьма приятными, но рыба не клевала, и наконец Тоби сдался и сам пошел плавать. Загорая на палубе, Люси поняла, что ее первое впечатление о Майке было ошибочным. Он вовсе не был притворщиком. Напротив, этот привлекательный общительный торговец был одним из тех людей, которые искренне пытались найти что-то хорошее в каждом, даже в шестнадцатилетнем подростке, который въехал в его кадиллак на прошлой неделе, набирая текстовое сообщение подруге.
— Все тинейджеры делают глупости, — сказал он, когда они бросили якорь там, где Тоби решил поплавать с маской. — И я тоже.
Она улыбнулась.
— Вы слишком хороший, чтобы можно было поверить в ваше существование.
— Боюсь, что нет. Скажите это Бри.
Она не смогла придумать, как бы повежливее объяснить, что Бри никогда не упоминала о нем, но Большой Майк был не так наивен, как казался.
— Она не говорила вам обо мне, да?
— Нет, если честно.
Он расстегнул обитую мягкой тканью сумку-холодильник, которую принес с собой.
— Я вырос на острове. Если не считать колледжа, я всю жизнь здесь прожил. — Катер закачался на волнах, когда мимо пронеслась моторная лодка. — Мои родители сильно пили и не могли содержать себя, а я был большим неуклюжим островным тупицей, который понятия не имел, как заводить друзей. — Он вытащил пакет с бутербродами из закусочной на острове и положил на стол, вмонтированный в палубу. — Бри приезжала сюда отдыхать летом. Каждый год я считал дни, пока они с братьями не приедут. Отличные были ребята. Я мечтал стать таким же. Парнем, который всегда знает, что сказать, легко вписывается в любую компанию. Но больше всех я ждал Бри.
Он вытащил из сумки бутылку белого вина «Совиньон» и достал штопор.
— Жаль, вы не видели ее тогда. Она была полна жизни, все время смеялась, не напрягалась и не грустила, как сейчас. Она не ходила, а порхала. — Он вытащил пробку. — Считалось, что самая красивая девушка на острове — это Стар, мать Тоби. Но когда рядом появлялась Бри, я даже смотреть ни на кого не мог, хотя и знал, что она слишком хороша для меня.
— Это не так. — Они не заметили, как Тоби взобрался по лестнице, свисавшей с кормы, с маской для плавания на макушке.
— Ей нелегко пришлось, Тоби, — сказал Майк, наливая вино в пластиковый стакан и подавая Люси. — Нужно посмотреть на ситуацию с ее точки зрения.
Тоби вспрыгнул на палубу, с его худого тела стекала вода.
— Она никогда вас не защищает. Не понимаю, почему вы защищаете ее.
Потому что он такой человек, подумала Люси. Он не стал разбираться с парнем, который въехал ему в бампер, простил спившихся родителей, а теперь защищал Бри, пусть даже она не ответила взаимностью на чувства, которые у него остались.
Майк рывком открыл пакет с чипсами.
— Лучше бы вы взяли бутерброд, не то я его съем.
Тоби с Майком обменивались шутками, поглощая чипсы с бутербродами вперемешку с печеньем, которое захватила Люси. В обществе Майка Тоби был совсем другим — смешливым и общительным, от привычной угрюмости не оставалось и следа. Когда все поели, Тоби растянулся на задней скамье и, когда солнце начало садиться, уснул.
