Под запретом он, – вздохнул урядник.
– А за кого речь, Николай Аристархович? – спросил Мишка.
– Савва-грек. Слышал про такого?
– И даже видел, – кивнул Мишка. – Он вон в той лавке сторожем был. Странно, что уйти решил. Место вроде хлебное. Хозяин не особо вредный.
– Вот и я удивился. В тайге не сталкивались часом?
– Да Бог с вами, дядя Николай, – рассмеялся Мишка. – Куда сторожу в тайгу? Да и я не пешком ходил. Вельботом против течения. Туда на веслах грести замучаешься.
– Бог с ним, – кивнул урядник. – А ты-то как сам?
– Заимку поставил, дядя Николай, – с гордостью усмехнулся парень. – Я там вам привез кое-чего. Да и дело к вам есть. – Тут Мишка подмигнул толстяку, давая понять, что дело непростое. – Вы вечером в участке будете?
– Ну а как же. Опять отчет писать стану, – удрученно вздохнул урядник, для которого составление бумаг было казнью египетской.
– Ну так я дела сделаю да забегу. А сейчас, прощенья прошу, по купцам пробежаться надо.
– Никак для хантов чего прикупить решил? – догадался толстяк.
– Вас не обманешь, – усмехнулся Мишка кивая. – Пушнины на продажу дали.
– К Ефрему зайди, – тихо посоветовал урядник. – У него, окромя солонины, еще много чего найдется. Скажешь, я послал.
– Благодарствую, дядя Николай. А вы вечером меня дождитесь. Потолкуем, – напомнил Мишка, разворачиваясь в нужную сторону.
* * *
– Вот, значит, как, – задумчиво поворчал урядник, пальцем перекатывая лежащий перед ним холщовый мешочек. – Думаешь, если у них хорошие винтовки будут, так и хунхузы нас обойти не смогут?
– Ну, в верховья, к каменной голове, точно не пройдут, – решительно кивнул Мишка. – Ханты с ними не связываются, потому, как вооружены слабо. Это охотники, им все эти разборки и даром не нужны. Но если бандюки к их реликвиям полезут, кровью умоются.
– Как ты сказал? Разборки? – удивился толстяк.
– Ну, ссыльные так свои споры называли, а я услышал, – тут же выкрутился Мишка.
– Считаешь, «Арисаки» им в самый раз станут? – продолжал допытываться урядник.
– Ханты народ субтильный. Крепкие, но легкие. Так что эти винтовки им как раз по руке будут.
– Может, и так, – задумчиво кивнул толстяк.
– Так, дядя Николай. Японцы вон тоже сильные, но легкие. Потому и винтовки такого калибра придумали, чтобы отдачей с ног не сбивало. Ведь если ее рядом с любой другой магазинкой положить, так только по калибру и можно отличить.
– Ну, тут с тобой спорить себе дороже, – усмехнулся урядник. – Да только винтовки те на наш склад по описи сданы были. А ты предлагаешь их продать.
– Не продать, Николай Аристархович, а передать на вооружение союзного поселку племени, – усмехнулся в ответ парень. – Да и не станет про них никто спрашивать. Был бы наш калибр, другое дело. А так… – Мишка скривился и махнул рукой. – Не нужны они никому.
– А ну как спросят? – не сдавался урядник.
– А и спросят, так скажете, что свезли в депо да в переплавку пустили. Чего старье копить?
– А в депо скажут, что не было такого.
– Так надо сделать, чтоб было.
– Это как? – растерялся урядник от такой на глости.
– А вы меня на свой склад пустите, – лукаво усмехнулся Мишка, мысленно потирая загребущие ручонки. – Я все оружие, что там есть, осмотрю, проверю, и что поплоше, и вправду в депо свезем. А что получше хантам отдадим. И им хорошо, и нам прибыток. А в депо никто и смотреть не станет, какие стволы мы привезли. Им до того и дела нет. А если еще я их разберу, так вообще никто ничего не поймет.
– Что, уже и на заимку не торопишься? – поддел его урядник.
– Пара дней погоды не сделают, а если решим вопрос, то спину себе прикроем.
– Одного не могу понять, с чего ты так уверен, что ханты станут в нашу драку лезть? – неожиданно спросил урядник.
– А с того, что понимают: нас сметут, потом и до них дело дойдет.
– А чего тогда сюда не приходят?
– Да с того, что наши господа их и за людей не считают, – скривился Мишка. – Для благородных это дикари немытые.
– Ты это, Миша, язык-то придержи, – разом посуровев, пробурчал толстяк.
– А с чего бы? – жестко усмехнулся парень. – У них пушнину как только ни выманивают. И водкой, и обманом, и цены стараются не дать. Вот и не хотят они сюда ходить. Думаете, с чего я как приехал, суетиться начал?
– Да понятно, – вздохнув, отмахнулся толстяк. – Ладно, уговорил. Завтра с утра открою тебе склад. Но помни, Мишка, сроку тебе сутки. Что сумеешь разобрать да отобрать, твое. Остальное там и останется.
– Не извольте беспокоиться, дядя Николай. Успею, – кивнул Мишка, тихо рассмеявшись.
– Ступай, Миша, – кивнул толстяк, незаметно смахивая мешочек с золотом в ящик стола.
– Вы только прикажите мне пролетку выделить, – вспомнил Мишка о важном.
– Зачем? – насторожился урядник.
– А как я стволы ненужные в депо повезу? Не в телеге же. И одного рядового из ваших ближников тоже. Для виду.
– Чтобы сразу видели, что дело делаешь? – понимающе уточнил урядник.
– Ну, так.
– Добро. Прикажу, – чуть подумав, кивнул толстяк.
Выйдя из участка, Мишка отправился домой. Заскучавший Илкен за день успел поколоть все имевшиеся дрова, подмести двор и натаскать воды из колодца. А теперь, наевшись каши, растянулся на лавке и, прикрыв глаза, что-то негромко мурлыкал себе под нос.
– Ну, наконец-то, – засуетилась Глафира, едва увидев Мишку. – Я уж думала, не придешь.
– Да куда ж я от родного дома денусь? – усмехнулся Мишка, направляясь к умывальнику. – Дел много, а времени мало, вот и приходится бегать. Зато, считай, обо всем договорился. Илкен, завтра со мной пойдешь. Помогать будешь.
– Товары возить станем? – оживился парнишка.
– Нет. Товары нам уже отложены. Дела закончим и прямо от лабаза заберем. У нас с тобой другое дело будет.
– Какое? – загорелся паренек.
– Будем оружие перебирать и патроны смотреть. Разрешили мне кое-куда нос сунуть, – загадочно усмехнулся Мишка, орудуя ложкой.
– Неужто бес толстый дозволил тебе на свой склад заглянуть? – неожиданно спросила тетка.
От такого захода Мишка аж поперхнулся. Откашлявшись, отдышавшись и отерев набежавшие слезы, он удивленно посмотрел на женщину и, покачав головой, проворчал:
– Мама Глаша, ты шпион?
– Чего? Какой еще шпиён? – удивилась Гла-фира.
– Да это я так, от удивления, – свернул тему Мишка.
– Выходит, угадала, – кивнула Глафира, вздохнув. – Только ты осторожнее там, сынок. Он мужик ушлый. Сначала пустит, а потом скажет, что пропало чего. И станешь за ту пропажу отрабатывать.
– А что, уже было такое? – насторожился Мишка.
– Сама не видела, но слухи всякие ходят, – нехотя ответила женщина.
– Ну, слухи не дело, – отмахнулся Мишка, но зарубку себе в памяти сделал.
Утром, едва рассвело, они с Илкеном были возле участка. К Мишкиному удивлению, урядник подошел, не прошло и четверти часа. Кивком головы отметив появление ребят, он зашел к дежурному и, спустя несколько минут выйдя обратно, жестом позвал ребят за собой. Обойдя участок с другой, противоположной от чистой части стороны, толстяк подошел к большому добротному сараю и, отомкнув громадный замок, тихо сказал:
– Значит, так, Миша.
