к себе и, целуя в макушку, шепчет:
— Прости… Прости меня, пожалуйста!
Тедди мотает головой, поднимает на нее взгляд:
— Ничего, — улыбается. — Ты рядом, значит, все в порядке.
Краем глаза Гарриет замечает Эмбри. Оборотень стоит в двух шагах от них — слава Мерлину, полностью одетый — растерянно ерошит шевелюру, но тоже улыбается. Столкновение с Викторией и последующие события оставили травмы каждому из них, но они же — объединили.
Гарриет чувствует… радость.
* * *
— Когда появились те существа и напали, все стало таким… нечетким, — Тедди обхватывает себя за плечи и не отрывает взгляда от языков пламени.
Компания устроилась вокруг костра после терапии объятиями. Эмбри, по сложившейся уже традиции, готовит обед, Гарриет помогает поддерживать огонь, Тедди сидит с ней рядом и кажется не собирается в ближайшее время выпускать ее из вида.
Женщина проводит ладонью по волосам сына в успокаивающем жесте.
— Я ничегошеньки не понимал, кроме того, что они хотели нас убить. И тебя, мам, особенно, — Тедди передергивается. — Когда… та женщина вдруг отбросила тебя к самому особняку, я… я так испугался. Они… они все…
Гарриет непонимающе оборачивается к Эмбри. Тот отводит взгляд.
— Что произошло, Тедди? — она гладит его по спине.
Мальчик сглатывает.
— Они сломались, — произносит он еле слышно. — Все сломались. Раскрошились в камень, как только приблизились. Я слышал хруст, с которым скручиваются их тела и… — Тедди часто-часто моргает: — Я не жалел об этом. Ни капельки. Я бы повторил это снова и… наслаждался.
Тедди жмурится, губы его дрожат.
— Я чудовище, да?
Гарриет замирает.
Медленно. Очень медленно целует его в лоб:
— Нет, Тедди. Ты — самое лучшее, что случалось в моей жизни.
Она не умеет успокаивать, она не представляет, какую психологическую помощь в этом случае требуется оказать ребенку. Поэтому Гарриет делает то, о чем мечтала когда-то сама. Когда Квирелл скончался, осыпаясь под ее ладонями, в муках. Она обнимает Тедди крепко-крепко, прижимает к себе. И не отпускает, пока его плечи не перестают дрожать, пока всхлипы не затихают, даже потом — не отпускает тоже.
Проходит час. Может, два. Гарриет плевать.
Эмбри рядом, накидывает куртку на озябшие плечи и молчит. Гарриет не знала раньше, что можно молчать с сочувствием.
Про обед — слегка подгоревший — они вспоминают, когда желудок Тедди выдает руладу на пол-лагеря. Эмбри прячет в рукаве смешок, по-быстрому накладывает порцию из серединки и передает мальчику. Тедди отстраняется от Гарриет неохотно. Трет глаза, кивает оборотню вроде как сурово, но в то же время со смущением.
Гарриет отстраненно замечает, что напряжение между ними как-то… схлынуло?
Ей тоже передают миску с кашей, Эмбри вновь принимается есть последним. Какое-то время у костра только скрежет ложек о тарелку и слышится.
— Мы свалили тела хладных в кучу и подожгли, — к рассказу после плотного обеда Эмбри приступает спокойно, словно сражение и последующее уничтожение вампиров для него ежедневная рутина. — Чтобы не восстановились. Мы хотели и ту женщину сжечь, но… не хотели возвращаться в особняк. Вы же сказали…
Тедди снова передергивает плечами, почти незаметно.
А Гарриет улавливает, к чему ведет оборотень.
— Виктория не вернется, ее останки уничтожены, — успокаивает женщина.
Эмбри кивает, не показывая признаков сомнения. Он вообще удивительно тих и понятлив.
Тедди прижимается к боку Гарриет:
— А что насчет тебя? Что с тобой происходило?
Ответив честно, они ждут ее рассказ. Будет несправедливо умалчивать обо всем снова.
— Чтобы объяснить это, придется окунуться в прошлое.
Гарриет опускает взгляд на руки и начинает говорить — глухо, без лишних эмоций, словно рассказывает о постороннем человеке:
— Все началось, когда я умерла в семнадцать.
Гарриет рассказывает о своем возвращении. О силе, что была почти позабыта за давностью лет, но пробудилась в ее крови из-за стечения обстоятельств. О том, что она способность видеть призраков — скорее побочный эффект — на самом деле та превращает в прах все живое. Об отсутствии контроля и страхе навредить другим, об изоляции… о появлении Тедди, что лучиком солнца осветил ее жизнь.
О том, что за эти годы Гарриет все же научилась владеть собой. О том, что за те же годы сила успела повлиять на саму Гарриет, замедлив старение и проявляя себя вечным холодом в теле, от которого не спасала одежда и тепло камина. О том, что год назад с ее помощью Гарриет покончила с одним вампиром из тройки, после чего на нее обозлились оставшиеся. Что Виктория — одна из них и уже пыталась убить женщину. Неудачно.
О том, что эта сила дарована ее роду самой Смертью, и лишь та решает, когда Гарриет действительно отойдет в мир иной.
О том, что время Гарриет еще не настало. И вряд ли настанет в ближайшем будущем.
Закончив, женщина обводит взглядом серьезные лица ребят и улыбается грустно. Она не сказала им о миссии, не сказала намеренно и не расскажет — потому что это слишком для них сейчас. Потому что это слишком для любого человека в принципе.
Не Тедди должен считать себя чудовищем. Она.
О миссис Стоун и разговоре с ней Гарриет не рассказала тоже — только на этот раз, сама не зная, почему. Тедди достоин был узнать это, женщина уверена, ему это тоже нужно. Но если заикнуться о миссис Стоун, делиться придется каждой ее фразой, причем, неоднократно.
Гарриет не готова пока произносить слова Аманды в слух. Есть в них что-то… очень личное. Что-то только для нее.
…Первым молчание нарушает Эмбри:
— Миссис Поттер, то, как вы это описали… вы хотите умереть? — оборотень смотрит, напряженно поджав губы, лоб его разрезает морщинка.
— Не хочу, — Гарриет отвечает тихо, и ласково гладит сына по макушке — тот тоже напряжен без всякой меры. — Но я устала жить, Эмбри. Очень устала…
— Мама… — вцепляется в нее Тедди.
Выглядит растерянно.
Гарриет улыбается шире, стараясь взбодрить себя и приободрить — детей.
— Но сейчас у меня есть ты… и Эмбри. Я никуда не уйду.
Эмбри с Тедди переглядываются. Снова невербальный диалог, понятный только им двоим. Секунда. Две. Эмбри срывается с места, подсаживается к Гарриет с противоположной стороны от Тедди, берет ее за руку.
— Миссис Поттер, оставьте эти мысли, пожалуйста! Мир, в котором вы живете замечательный и достоин того, чтобы его увидеть. Я докажу это!
Мир, в котором живет Гарриет с завидной регулярностью пытается ее убить (иногда у него даже получается), он забирает у нее родных и близких, причиняет боль… Гарриет давно уже не считает его прекрасным.
Эмбри — наивный ребенок, который умудрился вляпаться
