полки футболку, которая еще в первый день мне не понравилась, и тщательно протерла зеркало. Не помогло. Для создания полной иллюзии я и себя протерла. Не помогло. Из зеркала на меня все также смотрело мое отражение на фоне стены.
Но ведь я же исчезала! В этом самом зеркале! Когда мой ангел обнял меня сзади. От этого воспоминания меня снова закачало на теплых волнах, и, чуть прикрыв глаза, я вызвала в памяти ощущение его сильных рук. И моргнула, вздрогнув — на какую-то долю секунды отражение в зеркале исчезло.
Следующие полчаса были самые замечательные в моей жизни. Я старалась вспомнить каждый мельчайший аспект его объятия — руки крест-накрест у меня на груди, ладони на моих предплечьях, свою голову, откинутую ему на плечо, его щеку, касающуюся моей — и каждый раз мое отражение исчезало все дольше и дольше.
Так вот в чем дело — в реалистичности, а не в каком-то стекле! По словам моей матери я была просто не способна идеально вымыть ни окна, ни зеркала, ни рюмки, а тут я точно знала, что исчезаю, когда он меня обнимает. Так, сегодня вечером мы будем обниматься долго и вдумчиво!
Вылетев из комнаты, я все же вспомнила об осторожности и выбралась за палисадник уже не спеша. Никого. Да где он ходит? Хоть бы знать, с какой стороны он появится. Если бы я только действительно могла его ощущать!
А почему бы и в этом не потренироваться? Его еще нет, но у меня же другие ангелы под рукой имеются. Даже если они еще не совсем ангелы, так ведь и я тоже. Не выйдет — так не выйдет, зато время быстрее пройдет.
Я задумалась. Идти туда, где живет большинство студентов, наверно, не стоит — там я их сразу увижу за подстриженным кустарником, а сегодняшний опыт с моим ангелом показал, что все ощущения при этом теряются.
А вот Тень где-то в таких же зарослях живет. И хорошо, что я не знаю, где. И он, вроде, говорил, что физическую форму восстанавливает. И вода далеко, не навеет мне никаких ложных впечатлений…
Я пошла вдоль кустарника в противоположную от дальнего леса сторону, глядя прямо перед собой и изо всех сил вслушиваясь в свои ощущения. Какая там свежесть — от напряжения меня опять в жар бросило! Отдуваясь, я прошла еще с десяток шагов и вдруг застыла, как вкопанная. Ощущение жара стало ослабевать. Я прошла еще немного вперед, сосредоточившись еще сильнее. Потом резко обернулась и пошла назад, наоборот расслабившись. Уже догадываясь, чего ожидать, я остановилась, как только прилив тепла достиг пика и пошел на убыль. Вернувшись на шаг назад, я повернулась лицом к кустарнику.
Если бы он был подстрижен, я бы, наверно, ничего больше и не добилась. Но сквозь густо растущие ветки я лишь разглядела какое-то движение в одной части дворика Тени и догадалась, что он на турнике подтягивается. Я снова сосредоточилась изо всех сил — и вдруг не за ветками, а на их фоне проступил движущийся вверх и вниз силуэт. Он не был четко очерчен, просто ветки в его пределах чуть рябью шли, словно в раскаленном воздухе пустыни.
Я моргнула, тряхнула головой — силуэт исчез. Отвернувшись на несколько мгновений, я вновь сосредоточилась и перевела взгляд на кустарник — по нему снова ритмично пошла вверх и вниз рябь. После четвертого раза я, наконец, позволила себе поверить, что мне не чудится.
Я медленно пошла к себе, боясь расплескать чувство абсолютного восторга. Вот я всегда знала, что мне нужно самой тренироваться! Любой инструктор — самый опытный, самый доброжелательный, самый терпеливый — всегда вгонял меня в ступор одним фактом своего присутствия. А мой ангел вообще меня до полной неуклюжести доводил своей ловкостью и проворством.
Зато сегодня! Сразу ни у кого не получается, да? Я представила себе, как похвастаюсь ему своими успехами, и почувствовала, как раздуваюсь от гордости, как воздушный шар, наполняющийся горячий воздухом…
— У тебя совесть есть? — прошипел воздух рядом со мной.
Я резко отшатнулась и врезалась в кустарник. Откуда меня тут же выдернуло, поставило на ноги и потащило за руку к входу в мой дворик. Слава Богу, там всего-то пару шагов оставалось!
Там я нагнулась, и меня тут же втащило внутрь палисадника. Я уже отошла от испуга и, замерев на месте, сосредоточилась. Рябью ничего не пошло, но источник тепла … нет, жара явно находился справа от меня.
— Я повторяю, у тебя совесть есть? — донеслось оттуда же. — Я же сказал, что туда и назад.
— Подожди, — сказала я, боясь отвлечься. — Отойди куда-нибудь.
— Чего? — почти взревел мой ангел. — То не смей уходить, а то … куда-нибудь?
— Пожалуйста, — попросила я. — Только молчи.
Без единого слова, но сопя, как паровоз, он прошествовал к шезлонгу. Я засомневалась, почувствовала ли это или услышала.
— Еще дальше, — нетерпеливо скомандовала я. — И не пыхти.
На этот раз сомнений не было — он отошел к стеклянной двери. Я молча протянула туда руку.
— Как ты это сделала? — выдохнул мой ангел через несколько долгих секунд.
— Не подходи! — выставила я вперед руку, когда он бросился ко мне.
Ну да, послушался он! Меня захлестнуло обжигающей волной. Надо как-то рассредоточиться! Не выходит. Я сейчас сварюсь! У них здесь кондиционеры есть?
— Отойди! — чуть не крикнула я, задыхаясь. — Пошли в комнату, и сразу же материализуйся!
В комнате я бросилась к кровати и рухнула на нее, жадно хватая ртом воздух. Мой ангел появился у стеклянной двери и уставился на меня немигающим взором. Ух, вот теперь, наконец, свежестью повеяло!
— Как ты это сделала? — напряженно повторил он, не сходя с места.
— Все, теперь можешь подходить, — улыбнулась я, переводя дух.
Он опасливо приблизился к кровати и вопросительно глянул на меня. Нагнувшись вперед, я притянула его за руку поближе.
— Как? — снова спросил он, усаживаясь рядом со мной.
— Я начала делать, как ты, — чуть покривила я душой, чтобы пощадить его самолюбие, — но оказалось, что я не свежесть, а жар ощущаю. Так что ты теперь ко мне в невидимости не приближайся.
— Я имею в виду, как ты сквозь инвертацию пробилась? — остро глянул он на меня.
— Так я же говорю, — торжествующе усмехнулась я, — что я тебя, как печку, почувствовала, а если без инвертации, то я просто вижу.
Он молча вытаращил на меня глаза.
— По крайней мере, мне так кажется, — снова пожалела я его. — Если хочешь, можно еще попробовать. Только отойди.
Он вскочил и
