его помощница, Кристина.
— Да ну... — недоверчиво хмыкнул Леонид. Мне тоже как-то не верилось. С виду эта парочка совсем не походила ни на скифов, ни на кого-то ещё из местных. Обычные, славянские физиономии. Да и общались они свободно, без малейшего акцента.
— И Лука, и Кристина, были куплены ещё совсем маленькими детьми, не скажу в каком возрасте, но обычно это от года до трёх. Воспитывались нашими воспитателями, поэтому знают язык, и прекрасно среди нас ориентируются.
— Я всё равно чего-то не понимаю. — Леонид достал третью сигарету, — зачем вам покупать рабов? Тем более делать из них поваров? У вас что, готовить не кому?
Викентий тяжело вздохнул.
— Боюсь вы не поняли... Мы не покупаем рабов чтобы использовать рабский труд, и тем более никого не захватываем.
— Тогда как? Они к вам что, сами приходят?
— Нет конечно. — Нервно затянулся Викентий, — покупая, мы спасаем этих детей, они растут среди нас, как такие же члены общины. У нас много спасенных женщин, и они тоже ни в чем не нуждаются, единственное что от них требуется, — рожать детей для общины. Это и по человечески правильно, и позволяет нам поддерживать популяцию. Может быть вы не понимаете, но постоянные стычки и непрекращающиеся конфликты не оставляют вариантов!
— Да не переживай ты так. — Леонид положил руку ему на плечо, — всё мы понимаем. Каждый выживает как может. У нас вон тоже, ещё толком не разобрались что к чему, а уже минус две сотни мужиков. И не понятно что сейчас там происходит.
— А что там происходит? — хмуро посмотрев на него, уточнил Викентий.
— Когда ваших отбили, с трупа одного из тех гавриков, телефон сняли, а там запись интересная, в селе у нас сделана, и причём совсем недавно. — Леонид достал из кармана трофей, и немного потыкавшись, включил видеоролик.
— Вот такие дела. — дождавшись когда закончится запись, Леонид убрал телефон. — Поэтому и переживаем.
— Даже не знаю что и сказать. — Викентий задумчиво потер подбородок. — Обычно так не заморачиваются, тупо прут напролом, особенно если банда серьёзная... Но вы знаете что? — внезапно оживился он, — завтра эту запись Клаусу покажем, он в этих делах разбирается, думаю подскажет. А сейчас пойдемте за стол, а то холодновато что-то...
Настаивать на продолжении разговора мы не стали, и остаток ужина проболтали практически ни о чём. А когда гости-хозяева покинули нас, перебрались на кухню.
— Чайку еще по стаканчику жахнем, и пойдем Олежку сменим. — увидев одиноко стоявшую на столе рацию, Леонид вспомнил о его существовании.
— Думаю смысла нет дежурить. — озвучил я свою позицию.
— А как же? — договаривать Леонид не стал, но я его прекрасно понял.
— Посмотрим. Скорее всего само как-то решится.
Тем временем нам приготовили чай, и женщины, кроме Ани, покинули тесную кухоньку.
— Ты знаешь, — когда мы уселись за стол, заговорила она, — Камилла интересные вещи поведала, пока вы курили.
Отхлебнув из своего стакана, я посмотрел на жену, и приготовился слушать.
Как оказалось, вместо тряпок и прочих женских штучек, разговор у наших дам зашёл серьезный. Под впечатлением последних событий, они подняли тему причины переноса. Вопрос естественно волнующий, эмоциональный, и чтобы успокоить общественность, Камилла изложила ту версию, на которую опирались в их общине. Причём она, эта версия, очень хорошо гармонировала с теми событиями, в следствии которых мы оказались в городе. По её словам, во всём были виноваты курганы. Охотники считали что именно некрополи и являются причиной переноса людей. По их мнению на своих захоронениях скифские шаманы проводят какой-то магический, или мистический ритуал, охраняющий могилы от разграбления. Как они это делают, никто не знает, многие из охотников вообще полагают что так работают некие артефакты ушедшей цивилизации. Но как бы там ни было, всё о чём мы только догадывались, здесь считалось вполне подтвержденным фактом. И охраняющие могилы мертвецы, и проклятия, и, что самое главное, временная петля. В ней то как раз и таилась разгадка переносов.
Как и всему насущному, — курганам, точнее охраняющим их системам, требовалась энергия. И если охранники-зомби перезаряжались достаточно быстро, то устройство, отвечающее за временной откат, было куда более энергозатратным. Сработав за три тысячелетия энное количество раз, оно попросту истощилось, сам механизм оставался рабочим, а энергия закончилась. Естественно после этого лихие люди смогли наконец добраться до заветного скифского золота. Система конечно заметила что её грабят, причём повсеместно, но из-за отсутствия ресурсов, просто не смогла ничего сделать.
И вот пришел двадцатый век. Никто не знал что именно изменилось, но в тех местах где находилось наибольшее скопление скифских некрополей, временная петля вновь заработала, вырывая из своего времени целые города и посёлки. Здесь, в степи, все знали о том что курганы трогать нельзя. Но как бы там ни было, их дурная слава обрастала всё новыми и новыми подробностями. Список не верящих, или понадеявшихся на авось, рос с каждым годом. Кого-то потом находили, как правило по частям, а кто-то просто пропадал.
— Вот такая история, мальчики... — закончила свой рассказ супруга.
— Мда... — Леонид, допивая уже порядком остывший чай, поджал губы. — Похоже на правду. Маров у нас как грязи...
Действительно, курганов, как отдельных, так и целых комплексов, в нашей области насчитывалось очень много. Только непосредственно возле станицы, как с одной стороны реки, так и с другой, их было не меньше десятка. И это лишь те что дошли до нас, а сколько ещё не сохранилось? Так что эта версия определенно имела право на жизнь, и вполне неплохо сочеталась с нашими догадками.
Пока собирались пойти за Олегом, он вернулся сам.
— Ушёл. — с порога ответив на невысказанный вопрос, Олег снял куртку, подвинул себе табурет, и уселся, локтями навалившись на стол.
— Не заметили? — по словам Викентия, возле самолета оставили охрану, и Олег не мог этого не знать.
— Да куда им. Я сам не понял куда он делся. — Просто вот только что был, и пропал. Такие дела. — пожал он плечами.
— Ну и ладно. — копошась у плиты с чайником, хмыкнул Леонид. Идти на мороз и торчать полночи в холодной кабине никому не хотелось. Да и
