толку от этого не было. Единственное что мы могли сейчас сделать — уподобиться тому китайцу который сидит на берегу реки, и ждет когда проплывёт труп его врага. Примерно так я представлял себе наше положение.
— А вы о чём на балконе говорили? — поинтересовалась Аня, сервируя для Олега стол.
— Как всегда, о бабах. — не смог удержаться Леонид.
— Викентий объяснял почему работорговля это хорошо. — не поддержал я его шутку. — Они покупают рабынь и маленьких детей — повышают демографию общины.
— Прямо так и сказал? — Недоуменно поведя бровью, Аня поставила чайник на подожжённую конфорку.
— Нет конечно. Говорит, выкупая из рабства, они спасают народ.
— А ты не думал, что это на самом деле так, и они делают благое дело? — подтягивая к себе тарелку, Олег посмотрел на меня.
— Может и так. — не стал я спорить, — только торговля людьми при любом раскладе не самое лучшее занятие. Как известно, именно спрос рождает предложение.
— Не забивай себе голову Вась, — здесь свой мир и свои законы. — Леонид снова уселся на табурет, и достал из кармана сигареты. — Не возражаете, если я закурю? — покосившись на Аню, спросил он.
— Возражаю. — совсем не дипломатично ответила супруга. Она вообще не любила реверансы, а в последнее время и вовсе «одичала».
— Жаль. — Леонид убрал пачку, и тяжело вздохнул. Обычно хладнокровный как удав, сейчас он явно нервничал, упоминание рабынь и детей напомнило ему о доме, и оставленных там близких. Я тоже подумал что отбитый нами караван вполне мог предназначаться для охотников. Ну а что, как раз — женщины и дети.
— С рабынями понятно, — хмыкнул Олег, — а как распределяют, кто папашей станет?
— Жребий кидают. Как вариант. — предположил я.
— Нет, наверное есть какой-то отбор. Сильные там... Умные... Первые в списках на размножение. — не согласился Леонид.
— Как на ферме что-ли? Быки производители?
— Да ладно вам. Какая разница? И вообще, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. — Аня явно не была настроена на продолжение разговора, тем более что за день все устали, и сейчас, наевшись, уже потихоньку засыпали.
Поэтому в итоге, посидев совсем недолго, мы потихоньку разбрелись по комнатам.
*****
Мне досталось место втором этаже двухъярусной кровати, и забравшись туда, я уснул, едва донеся голову до подушки.
Спалось хорошо, но быстро. Что-то даже снилось, только когда проснулся, ничего не помнил. За окном только-только начинало светать. Посмотрел на часы, и тихонько спустившись с кровати, доплелся до ванной. Умывшись, просто постоял, держа руки в проточной воде. Элементарное удобства, о которых раньше даже не задумывался, теперь казались какими-то космическими технологиями. Глядя на беспрепятственно вытекающую воду, я едва сдерживался чтобы не закрыть кран — из экономии. Хотя вчера, как только нас привезли сюда, в этой ванной перемыли всех детей, и ничего не произошло. Вода никуда не делась.
Закончив с утренними процедурами, прошёл на кухню, к своему удивлению застав там Леонида. Он сидел за столом, а на плите неспешно закипал чайник.
— Не спится? — спросил он, прищуриваясь в потёмках.
— Да выспался вроде. Давно так не спал, если честно. Спокойно здесь, уютно даже. По-домашнему...
— Что дальше думаешь делать?
— Ну, как минимум, выпить чего-нибудь горячего.
Леонид поднялся, шагнул к висящему на стене шкафчику, достал оттуда какой-то пакет, и протянул его мне.
— Викентий вчера принёс, ты только спать ушёл.
Взяв пакет в руки, я присмотрелся, и почувствовал как улучшается настроение — в пакете был кофе.
— Турку, правда, не нашёл, — гремя чем-то металлическим, отвернулся он, — вот только, кастрюлька.
Честно говоря я бы и в пластиковой бутылке сварил. Благо опыт был, приходилось без чайника обходится.
Так что, быстро отмерив нужное количество порошка, я залил его кипятком из чайника, и с удовольствием вдыхая приятный аромат, поставил на огонь.
В этот момент в дверь постучали, и негромко скрипнув, она приоткрылась. Прижавшись к стене, я по привычке нащупал револьвер.
— Можно? — голосом Викентия спросила отделившаяся от двери тень. Вторая же осталась на месте. Лица я в потемках не видел, но человек этот был очень мал ростом, и неимоверно широк в плечах.
— Конечно. Как раз кофе почти готов. — спокойно выглянул из своего угла Леонид.
— Доброе утро. — поздоровался я, убирал руку с рукояти, и освобождая проход, отступил на шаг назад.
Викентий прошёл к двери, и заглянув на кухню, посторонился.
— Вот, как и обещал. — улыбнулся он, оборачиваясь назад, в сторону второго гостя — знакомьтесь, лидер нашей общины, Клаус. Прошу любить и жаловать.
— Доброе утро господа. — выходя на свет, поздоровался тот. И я едва сдержался, чтобы вновь не схватиться за револьвер. Передо мной стоял Николай. Наш давний попутчик, съеденный тварями на озере и воскресший на рынке рабов. Живой и невредимый, он смотрел мне прямо в глаза, и довольно ухмылялся.
— Здрасьте... Приехали... — недовольно буркнул Леонид, а я сжался от нехорошего предчувствия.
