- Ай! - Настя тем временем все-таки решилась и сунула палец в пасть водяненыша. Тот мгновение смотрел на девочку своими огромными черными глазами, будто проверяя, точно ли она хочет поступить именно так, а потом не выдержал и приступил в предложенному лакомству.
Девочка почувствовала касание чего-то теплого и мягкого – именно в этот момент она и не смогла удержать вскрик от неожиданности – а потом больше ничего и не было. Никакой боли, только зеленый малыш начал причмокивать и шевелить щечками, заметно наливаясь силой с каждой секундой.
«Да он же обезболил мне палец! И я в итоге даже не поняла, когда он начал сосать кровь!» - Настя на мгновение даже забыла, что сама и решила покормить маленького водяненыша, и чуть не выдернула руку из его рта, но в последний момент опомнилась и сдержалась. А недовольство собой, что пропустила эту атаку, сменилось легкой благодарностью за то, что их невольный пассажир решил позаботиться о ней и не делать больно. По крайней мере, девочке очень хотелось думать, что все так и было. Она осторожно присмотрелась к прикрывшему глаза детенышу и слегка пошевелила пальцем. Настя чувствовала, что кожу обволокло мясистым языком, будто бы присоской. Больно по-прежнему не было, видимо, природный анестетик малыша работал как надо. Вот только голова почему-то кружится...
- Пожалуй, хватит, - Олег, завидев, что маленькая ведунья как-то странно прикрыла глаза, решил вмешаться. Хорошо, что он не только контролировал их курс, но и внимательно следил за процессом кормления маленького водяного.
Отложив в сторону весло, почтарь потянул руку осоловевшей девочки, мягко пытаясь оторвать ее от зеленомордого пассажира, но лягушачий язык водяненыша крепко присосался к ее пальцу и не собирался отпускать. Впрочем, Олег прекрасно знал, что нужно делать, если создания Нави забывают о приличиях. Быстро вытащив нож, он приставил его к глазу малыша-водяного и еще раз повторил свой приказ.
- Я сказал хватит!
- Может быть, палкой разожмем ему пасть да помажем нёбо белладонной? Он враз и отпустит, - Твердята встревожился, как бы после столь резких движений ножом возможная награда от водяного не уплыла бы из рук.
Водяненыш тут же, словно почувствовав поддержку со стороны чернобородого почтаря, снова напряг уже почти расслабившийся было язык и снова заработал щечками, пытаясь урвать побольше такой сладкой крови. Вот только он не учел, с кем свела его судьба… Олег и не подумал слушать своего товарища – увидев, что маленький водяной ослушался его, а Настя уже начала бледнеть, он просто сделал то, что обещал. Кинжал прошел сквозь выпуклый глаз, который моментально растекся лужицей, прошил соединительную ткань, а потом коснулся тайной мышцы, о которой как-то рассказывал Богша. Один укол, и челюсть водяненыша отвисла, а язык поник обессиленной змеей, с кончика которой стекали капли ярко-красной крови. Настя к этому моменту, уже полностью закрыв глаза, все же потеряла сознание, и почтарь бережно уложил ее на тугую поверхность надувной лодки.
- Это было первое предупреждение, - Олег внимательно посмотрел в единственный оставшийся глаз будущего хозяина болот, который начал дрожать от ужаса и изо всех сил пытался вжаться в край лодки. – Еще раз нарушишь уговор, и это будет последнее, что ты сделаешь в своей жизни.
Утратив интерес к маленькому водяному, Олег снова вернулся к веслу. Твердята все это время усиленно делал вид, что его здесь нет. И ведь он помнил, как трепетно Локов относился к жизням тех, кто ему доверился, как следил за тем, что каждый, кто дал ему слово, не нарушил его. Помнил и все равно вылез со своим предложением фактически рискнуть жизнью девчонки ради награды.
«Дурацкая привычка, - выругался про себя чернобородый. – Ведь сколько раз уже так ошибался, нельзя мерить других по себе. Кто-то слаб, кто-то готов творить глупости из-за своих принципов, и это всегда надо учитывать, если хочешь добиться своего. Впрочем, принципы Локова не так уж и плохи. Тот же маленький водяной не обиделся, а только проникся его силой и решимостью. А еще… Если когда-нибудь я сам попаду в беду, то предпочту, чтобы рядом оказался именно этот странный, такой непохожий на всех остальных человек».
- Что со мной было? – через пару минут, когда до берега оставалось уже совсем немного, в себя пришла Настя. – И что с мелким? Его глаз! Его нет! На нас кто-то напал?
Девочка вскочила на ноги, качнув лодку и грозно оглядываясь по сторонам. В Нави она себя сдерживала, но сейчас, словно почувствовав дух родного берега, Настя выплеснула наружу всю скопившуюся внутри энергию. И даже недавний обморок ей особо не помешал.
- Малыш не захотел останавливаться… Пришлось привести ему аргумент… Что за нарушение уговора придется отвечать, - рубленными фразами ответил Олег. Из-за короткого весла ему приходилось вкладывать в каждый рывок, что делала их лодка, гораздо больше силы, чем обычно. Вот только даже несмотря на это почтарь заметил жалость в глазах девочки и не удержался от небольшого продолжения. – Глаз новый у него за пару дней вырастет, это же простая вода. А вот то, что за свои слова нужно отвечать, ему даже в таком возрасте не помешает запомнить. Возможно, когда-нибудь в будущем это поможет ему и его болоту избежать крупных неприятностей.
- Вообще-то, он ничего и не обещал, - Настя смутилась, но все равно не удержалась от того, чтобы не возразить своему спутнику. Гребущий за ее спиной Твердята аж хрюкнул, добавив что-то о том, как некоторые совсем не ценят спасенные жизни, и это еще больше раззадорило девочку. – И меня спасать я тоже не просила! Сама бы справилась!
Настя не понимала, зачем все это говорит, но обидные слова будто сами собой рвались наружу.
- Значит, так, - Олег прекратил грести, кивнув Твердяте, чтобы тот уже сам довел лодку до берега. – Твой детеныш – не животное, и не идиот. У него есть мозги, и пусть он еще не умеет говорить, но все слышит и понимает. Так что он слышал и мое предложение, и твое согласие. Испив твою кровь, он действием принял условия сделки, но слишком быстро опьянел, почувствовал новую силу и решил, что если взять немного больше, то ничего страшного не произойдет. Так вот это не так: ты либо соблюдаешь договор, либо нет, и третьего не дано.
Настя невольно сглотнула от этой тихой, но весьма проникновенной речи, а водяненыш опять тревожно заморгал единственным глазом – Олег же тем временем продолжал.
- Что же касается тебя, то ты передала мне ответственность за свою жизнь в тот миг, когда собралась со мной в этот поход. И теперь до того, как мы снова ступим на наш берег, ты можешь говорить что угодно, но это не изменить.
- Это из-за того, что я еще маленькая? – на глазах девочки навернулись слезы, но Олег неожиданно лишь больше разъярился.
- Ты что, меня не слушала? Да плевать мне на твой возраст! Ты можешь быть хоть столетней ведьмой, хоть распутной бесприданницей – мне все равно! Я знал, что ты не можешь выжить в Нави, но взял тебя с собой. Это мое решение, я отвечаю за него и, соответственно, за тебя. Вот и все! Понимаешь?
- Понимаю, - слезы на лице Насти неожиданно сменились широкой улыбкой, притом девочка сама не смогла бы объяснить, с чего это она так обрадовалась. Ведь не в том же было дело, что кто-то впервые прямо сказал, будто воспринимает ее не как ребенка, а как личность.
- Тогда бери этого зеленопуза, - Олег выдохнул и кивком указалдевочке на маленького водяного, - и выбирайся на берег. Только не забудь окунуться с головой, чтобы смыть с себя все частицы Нави. Вроде бы преследовать нас тут некому, но лучше до встречи с водяным-папой не привлекать лишнего внимания.
И, подавая пример, почтарь первым прыгнул в воду, предварительно, правда, щелкнув по ладанке с искрой. Следом за ним отправилась Настя – девочка неожиданно испугалась, что маленький водяной может выскользнуть из рук и сбежать, но тот лишь покрепче вцепился в ее жилет, словно опасаясь, что снова останется один.
- Пара минут, сейчас лодку соберу, - Твердята деловито подтащил свое сокровище к берегу и, со свистом спустив воздух, принялся бережно его сворачивать.
