не всесильна.
Да, Паук решил, что такому ценному кадру нужен телохранитель, а потому Юи теперь официально была «закреплена» за Владом. По местным милым традициям, пожизненно. И, опять же благодаря традициям, как гарантия, что договор будет исполнен. Вот такой вот телохранитель и палач в едином лице.
— Что-то я не припомню, чтобы ты вчера показывал чудеса рукопашного боя, — хмыкнул Влад, откладывая в сторону снятый и уже вычищенный барабан.
Барон вовсе не желал ссоры. Но таков уж мир. Если что-то предлагаешь, продемонстрируй.
— Собери свое оружие, — коротко потребовал Бук.
Влад пожал плечами и… начал собирать разложенный на деревяном столе револьвер. Хочет старик показать, что быстрее пули, ну так и кто ему злобный доктор? Остается только надеяться, что Юи и Гарт потом не сильно обидятся… Ну, если что-то пойдет совсем не так.
Однако, кажется, старый учитель вовсе не стремился показать свою скорость.
— Убери и отойди, — равнодушно потребовал он, кивнув на крепкий, барон бы даже сказал, что монументальный грубо, но надежно, сколоченный стол.
Буровин спорить не стал. Просто собрал набор для чистки и ветошь и отошел на несколько шагов.
Хан же провел длинным узловатыми пальцами по столешнице, словно пытаясь подушечками оценить структуру столешницы.
— Хорошо, — удовлетворенно кивнул он, не слишком сильно хлопнув по столу.
— Йоп! — только и смог выдавить из себя Влад.
Толстые «ножки» из внушительных бревен ушли в землю сантиметров на пять.
— Хорошо, — снова решил Паук и… хлопнул ладонью по столу чуть сильнее.
— (*"№!!! — сообщил миру Буровин, натурально падая на задницу.
Его «ноша» разлетелась по земле, но парню руки нужны были куда больше, чтобы защитить лицо от осколков. Монументальная деревянная конструкция буквально «брызнула» во все стороны… Вместе с «ударной волной» от точки контакта.
— Управление своим телом, — продолжил излагать свои взгляд на мир учитель Хан. — Не потерять и не отнять.
Набор поломанных досок и бревен-ножек, еще недавно бывший крепким столом, куда гвардейцы Лоттери не стеснялись вываливать целую гору мечей, как бы намекал, что прислушаться стоит.
— К чему ты это, мастер? — чуть хрипло уточнил парень, демонстрацией проникшийся чуть более чем полностью.
Впрочем, догадаться было не сложно. Буквально час назад Орман дал понять, что самым узким местом плана видит его привязку к одному-единственному человеку, а потому выразил надежду, что барон приложит все усилия, чтобы выжить хотя бы ближайший год, пока идея себя не окупит. Война со Светлым орденом — удовольствие дорогое. И вопрос даже не в прямых затратах. Влияние «святош» в этих землях было колоссальным. А вырезать их под корень покуда император не позволял, которому нашептывали неправедное различные советники и доброхоты, кормящиеся со схем «светлых». Да и не выгодно это — война с орденом. Стычка — еще ладно. Особенно, если есть вполне законные к тому основания. Однако полномасштабная война… Это было не просто. Даже для одного из высших военных чинов империи.
— Да вы, гхыры рыбозадые, — не дал ответить старику трубный хриплый бас. — Да я ж вас стреножу и!..
Перечисление было длинным. Огромный пузан с ручищами-окороками, явно намеревался вступить в противоестественную связь с обоими собеседниками самым гнусным образом и без всякого на то согласия с их стороны. Была сия речь столь богата повторениями и избитыми поворотами, что Буровину наскучило уже на втором предложении. Рука к револьверу потянулась на первом и… была остановлена мягким жестом Хана.
— А ну потише, уважаемый, — негромко попросил он.
Влад оглянулся. Миловидная «самурайка», до сего мига охранявшая покой учителя, куда-то подевалась. Да и Юи что-то заметно не было. Хотя вот уж за кем барон не припомнил привычки к неожиданным исчезновениям… Короче, некому одним своим видом было вернуть здравый рассудок крикливому придурку.
Взгляд местного армейского завхоза, на чьем лбу была ярко отпечатана единственная мысль «не про**и вверенного имущества», аж застыл от такой наглости. Несколько секунд ему понадобилось на осознание простого факта: его посмел перебить какой-то сухонький старикашка. Глаза борова налились кровью. Казалось, что до мига, когда из ушей пойдет дым, осталось совсем немного.
— Да ты ж, ***** старый! — еще раз усомнился в ориентации Хана боров, демонстрируя кулаки с пивную кружку. — Я ж тебя щас!..
Это было… наглядно. Старик легко и непринужденно продемонстрировал превосходство умения над тупой силой. Да и еще кое-что…
В общем, «показательное выступление» закончилось лишь с появлением Ларго Дарса, попросившего вести себя потише. Крики и оры, по его словам, мешают Сиятельным военный совет вести.
Хан к разведчику прислушался. Но не сразу. Оказалось, что существует немало способов причинить человеку множество самых интересных ощущений таким образом, что он кроме едва слышного мычания и звуков-то никаких издать не сможет.
— Ну что, будем учиться? — негромко спросил Хан по аккомпанемент того самого учителя.
— Я буду учиться драться? — поинтересовался чуть более заинтересовавшийся перспективой Влад.
— О, нет, конечно! — отмахнулся старик, одарив молодого человека доброй улыбкой, от которой отчего-то холодела спина. — Тебе уже много лет. Ты сможешь лишь чуть прикоснуться к моему искусству. Если захочешь. Однако мастером тебе не стать никогда. Да и полностью ломать твою собственную хоть и не обычную, но вполне неплохую технику не имеет смысла. Однако доработать ее вполне возможно. Это было бы… интересно. Да.
— Тогда что же? — не дал сбить себя с мысли молодой человек.
Что-то его не покидало ощущение, что ему пытаются втюхать кота в мешке, предложив принять хрен за контрабас.
— Выживать, — серьезно кивнул своим собственным мыслям старик.
Влад мысленно застонал. Выживание… Его учили. Достойные учителя. И вполне неплохо. Вот только способ был всегда один и тот же: создать самые максимально дерьмовые условия и посыпать все это неприятностями. И вот уже из этого исходного состояния неофиту и предстоит выбираться по принципу «все то нас не убивает». Выжил в таких условиях — молодец. Нигде не пропадешь.
Однако приятного тут, конечно, чуть менее чем нифига.
С другой стороны, парень прекрасно понимал, что ему делают щедрое предложение. Сейчас он даже несколько дней в лесу выжить не сможет. Равно как и добыть себе пропитание. Просто с местными правилами игры «съедобное-несъедобное» он знаком не был. А проверять на практике не хотелось.
Последней каплей стало «мнение» Медведя. По грудной клетке расплылось приятное благодарное тепло. Первопредок явно намекал, что вовсе не против, если его протеже станет еще чуть
