class="p1">— Деда, ты? — спросил детский голосок. Игорь Леонидович усмехнулся:
— Я, Дашка, я. Открывай давай! Открыла, однако, дверь жена Введенского. И в ту же секунду к генералу бросилась Даша. Он подхватил малолетнюю внучку на руки, поднял и поцеловал.
— Соскучилась?
Даша состроила потешную рожицу и склонила головку.
— Угу! А ты что мне сегодня принес?
Вот приучил на свою голову Игорь Леонидович Дашку к гостинцам. Каждый день ждет девчонка не столько деда, сколько его подарков. Хоть конфетку, хоть шоколадку, хоть книжку, хоть бумажку, а должен генерал принести. Иначе греха не оберешься. Разобидится Дашка, губы надует, разговаривать не захочет. Впрочем, через пять минут обиды забывает, снова веселой становится и к проштрафившемуся деду на колени лезет. Но уж лучше с Дашкой не конфликтовать. Себе дороже. От обид внучкиных неприятный осадок на душе остается. Вот и приходится Игорю Леонидовичу закупать всякие игрушки, шоколадные конфетки, держать их в кабинете, а потом по одной домой приносить. Введенский достал из кармана подарок, сунул Дашке в руку так, чтобы она не сразу разглядела, что ей дали.
Девочка раскрыла ладошки и тут же широко распахнула глаза.
— Bay! — вскричала она, схватила игрушку и стала вертеть ее в руках. Это была миниатюрная кукла-пупс, превосходно выполненная, с вращающимися ручками и ножками.
Вот с этим пупсиком Игорь Леонидович опростоволосился на докладе у Хохлова: полез в карман за носовым платком, а достал куклу. Дурацкая ситуация.
Внучка игрушкой была довольна.
— Спасибо, деда, ты классный! — она чмокнула Введенского в щеку и съехала по нему на пол. — Пойду маме покажу!
— Не показывай, — посоветовал Игорь Леонидович, — а то обоим на орехи достанется.
Дочь была категорически против того, чтобы дед баловал ребенка ежедневными гостинцами. Она считала, что он развращает ими Дашку, приучает к корыстолюбию и стяжательству. Но внучка уже убежала.
Пришел черед жене Введенского приветствовать супруга. Она приложилась к щеке мужа, дождалась ответного поцелуя и спросила:
— Чего хмурый такой?
— Так, на работе дела заели.
Дальше расспрашивать Игоря Леонидовича не имело смысла. Все равно не расскажет — государственная тайна.
После ужина, на котором семья присутствовала в полном составе — к деду, бабке и внучке подключились Дашкины родители, — семейство расползлось по дому. Дочка с зятем отправились в свою комнату, супруга Введенского осталась в кухне мыть посуду, сам Игорь Леонидович устроился в гостиной на диване у телевизора. Дашка терлась возле Введенского.
— Деда, а деда… А что ты мне завтра принесешь? — мурлыкала внучка, уже успевшая потерять интерес к пупсику.
— Имей совесть, Дашка, — лениво отбивался от преждевременных притязаний внучки Игорь Леонидович. — Завтра все узнаешь.
— Завтра, завтра, — печально вздохнула девочка. — Сам говоришь, до завтра еще дожить нужно.
— Доживешь, куда денешься, — зевая, бормотал в ответ Введенский. — Спать иди ложись. Не успеешь глазки закрыть, утро и наступит.
Дашка отстала, но никуда не ушла, занялась книжкой-игрушкой. Игорь Леонидович наконец-то был предоставлен самому себе. Он решил посмотреть начавшийся по телевизору фильм. Показывали боевик.
Очередной западный суперполицейский сражался с очередными суперпреступниками. Генерал минут десять следил за сюжетными перипетиями, потом подумал: «Да на фига мне загружать мозг проблемами, выдуманными каким-то придурком, когда своих на работе хватает». — И переключил канал. Шел «Служебный роман». Вот это по-нашему, по-русски — и погрустить есть над чем, и посмеяться. Игорь Леонидович поудобнее устроился на диване.
Но фильм досмотреть не удалось. Зазвенел лежавший на тумбе рядом с телевизором служебный мобильник. Введенский поднялся с дивана, взял телефон, нажал на кнопку.
— Здравствуйте, Игорь Леонидович, — прозвучал хорошо знакомый генералу голос. — Узнали?
Введенский убавил звук телевизора.
— Узнал, Саша, узнал. Ты откуда звонишь?
— Я в Аризоне, на конгрессе вулканологов. — Хотя Белов старался не выдавать своего волнения, по напряженному голосу чувствовалось, что он сильно чем-то встревожен.
— А-а… наслышан, наслышан, — покивал Введенский. — Ты у нас теперь знаменитый вулканавт. Видел я по телевизору твои подвиги.
— Да какие там подвиги, — отмахнулся Белов. Ему было не до бахвальства. — У меня большая проблема, Игорь Леонидович.
— Что случилось? — Введенский вернулся к дивану, сел.
— Сын пропал, Иван. Вернее не пропал, а его выкрали и увезли из Англии в Эмираты. Вы понимаете, места себе не нахожу. — Белов помолчал. — Вы не могли бы выяснить через свою контору, где именно он находится?
Игорь Леонидович несколько секунд размышлял над сообщением и просьбой Белова, потом откликнулся:
— Жалко Ивана. Но я попробую тебе помочь, Саша. Постараюсь узнать место, где содержат твоего сына. Хотя сделать это будет не так-то просто. Ты уверен, что он Эмиратах?
— Уверен на сто процентов. Я очень рассчитываю на вашу помощь, Игорь Леонидович, — голосом человека, обретшего надежду, сказал Белов. — Извините за беспокойство.
— До свиданья, Саша! — Введенский отключил мобильник, положил его на журнальный столик и вновь улегся на диван: размышлять. Полученная информация неожиданным образом перекликалась (Введенский подумал — коррелировала) с уже имеющейся. В принципе, он мог бы сообщить Белову, где находится его сын, уже в первую минуту разговора…
Введенский позвонил Белову вечером того же дня.
— Саша, — сказал он, как всегда четко, по-деловому. — Твой сын находится в Эмирате Абу-Дуби, во дворце шейха Абдула Аль Азиза.
Сердце у Белова учащенно забилось. Сбылись худшие его предположения.
— Вы можете что-нибудь сделать для его спасения, Игорь Леонидович? — спросил он с надеждой в голосе.
Мысленно он чертыхнулся, помянул шейха тихим, недобрым словом.
— Нет, Саша. Официально мы никак не можем вмешаться. Твой сын американский подданный. Оказалось, что пять лет назад Ольга отказалась от российского гражданства. Теперь она американка. Российский МИД не имеет права ходатайствовать за иностранного гражданина.
— Но позвольте, — возразил Белов, — обменять-то требуют на российского гражданина.
— Пока никто ничего официально не требует, — напомнил ему Введенский. — Так что попытайся вызволить Ивана из плена через американское посольство. И еще: информация о пребывании твоего сына во дворце шейха точная, но не официальная, поэтому нигде на меня не ссылайся: Я тебе по дружбе сообщил.
— Понятно. Ладно, спасибо, Игорь Леонидович. До свидания.
— Пока!
XXXI
Для Леонида Эдлина главным было выбраться из Англии, не засветившись, чтобы Интерпол не устроил за ними погоню по всему свету. Прилетев в Ирландию, Леонид и Ваня в тот же день уже совершенно не таясь, отплыли на теплоходе в Португалию. Леонид теперь был Владимиром Сергеевичем Журавлевым, а Иван — Андреем Владимировичем Журавлевым. Выдавали они себя за путешествующих отца и сына.
Из Португалии Владимир и Иван двумя длинными перелетами прибыли в Эмираты. В аэропорту Абу-Дуби их встретил Садык и на машине отвез во дворец к шейху.
Мальчика поразило великолепие дворца, своеобразие восточной архитектуры
