Колюжи промышляют морских выдр таким образом: найдя их лежащих на отмели, окружают потихоньку и убивают палками, или стреляют из ружей. Но Коняги, Аляксинцы, Чучаги, Кинайцы и Алеуты бьют их стрелами на воде. Когда несколько байдарок увидать сего зверя: то, окружив, бросают в него стрелы; выдра, испугавшись, нырнет, и с первого разу может пройти в воде около двух верст, но едва только покажется на поверхность моря, то Американцы не дав ей перевести одышки, пускают снова стрелы и принуждают нырять. От сего понырки становятся час от часу короче, наконец выдра не в силах со всем опуститься в воду и бывает убиваема стрелами если же попадут в нее прежде, то стрела еще скорее ее утомляет.
Когда один попал в выдру, но веревочка, или маут, держащая стрелку, лопнет то бросает стрелку другой, и убив зверя меряют отрывок веревочки, и потому судят, кому шкура звериная принадлежать должна. Если несколько человек попадут вдруг: то шкура принадлежит тому, чья стрела ближе к хвосту, когда зверь ранен вверху; a когда в брюхо, то чья ближе к горлу. Против сих постановлений никто не ропщет, и оные служат законами для промышленников.
Морж.
Животное сие известное и под именем коня морского, водится в самых северных только местах, и живет всегда табунами на льдах, или на низменных островках. Моржи не столь опасны, как вид их то показывает. Промышленники подходят к ним весьма близко и колют тяжелыми копьями, сделанными нарочно так, чтобы скорее пробить весьма толстую кожу сих животных. Причем остерегаются только стоять на дороге; ибо звери сии обыкновенно бросаются в море и могут задавить человека, на коего без того никогда не кинутся. Замечательно, что однажды застрелили моржа в Кинайской губе, где никогда звери сего рода не появлялись. Бьют их только для зубов; ибо Русские промышленные не умеют употреблять с пользою моржовых кож, весьма нужных в общежитии.
Сиуч.
Сиуч отличается тем от льва морского, что не имеет на морде кожи, коею может иногда глаза закрывать, как то видно из описания морских львов острова Жуана Фернандеса. Может быть и еще чем животные сии разнствуют между собою, но я буду говорить о нравах только сиучей и образе ловли их.
Звери сии водятся всюду, где люди, враги, истребители всего, менее наводят им страха. Они лежат обыкновенно на отделенных от берет утесистых скалах, около которых всегда почти разбивается большой бурун. Великое волнение не мешает ни мало сим животным подниматься на высокие скалы, и даже споспешествует им к тому, ибо сиуч подплывает к утесу с поднимающимся буруном, ухватывается передним ластом за камень, висит на оном, пока пе подойдет другой вал, при помощи коего он влезает на скалу. С утесов, как бы оные высоки ни были, сиучи бросаются всегда вниз головою, став прежде на задние ласты, и иногда убиваются о подводные каменья: прямо же на байдарку никогда не кинутся, в чем Американцы, будучи уверены, подъезжают весьма близко к сим животным. Апрель и до половины Мая сиучи лежат на одном месте и только за тем сходят в море, чтобы достать себе пищу. Когда зверь сей поймает палтуса, то захватив его зубами, бросает с силою к верху; от сего кусок остаются во рту, a рыба падает в воду. но сиуч, подхватив ее, продолжает бросать таким же образом до тех пор, как всю съест. В половине Мая сиучи самцы отплывают, с места, набирают холостых самок, возвращаются с ними около 10 Июня и сходятся остальные дни сего месяца. В сие же время стельные самки щенятся, лежат с детьми, стаскивают их зубами в море и приучают плавать. Каждый же сиуч лежит тогда особенно, окруженный своими самками, за коих столь жестоко дерутся, что не найдешь ни одного без ран; a иногда двое, ухватясь за самку, разрывают ее и бросают в море. Остальное время года сиучи, кажется, переменяют логовища свои, к чему и люди часто их принуждают.
На Беринговом острову и Котовых сиучи лежат на берегу, ибо около оных нет никаких отделенных скал. По сему так их отрезывают от моря, отгоняют далее в землю, малых убивают палками, a больших стреляют; ибо сии, будучи раздражены, могут опасно поранить человека. Для отгону таким образом во внутренность острова зверей сих потребно немало людей, ибо в противном случае они смело бросаются в море и могут задавить, кто попадется на дороге, хотя нарочно никогда на человека не бросятся. Большого сиуча нельзя вдруг отогнать внутрь острова; ибо сначала он обороняется зубами: но потом уже идет без всякого сопротивления. Тяжелый зверь сей так скоро бегает по земле, хотя по короткости и гибкости ластов своих кажется неспособным к тому, что человек не может догнать его: но за то от чрезвычайного жиру и напряжения скоро задыхается, a иногда падает мертвый от того.
Сиучей, на отделенных скалах лежащих, Русские стреляют из винтовок; однако ж не тогда, как зверь наклонится к воде, ибо в таком случае убитый скатится в море и в туже минуту утонет. Животное сие, будучи ранено, бросается в море; тогда стараются посадить в него носок с большим пузырем, и сие служит у Коняг единственным средством. для ловли сего зверя.
Увидев сиуча спящего на воде, подгребают к нему весьма тихо и сажают носок с привязанным к оному сиучьим пузырем, или надутым тюленьим манчиком. Носком стараются попасть в шею; ибо зверь, изгибая оную при всякой понырке, скорее утомится от сильной боли. Во время первых понырок, даже и с носком, сиуч идет столь скоро под водою, что байдарка не может настичь его; но помалу устает, и тогда сажают в него еще другие носки.
Правда, что немалая надобно сила для утомления сего зверя. В южной стороне Кадьяка они заходили прежде небольшую узкую бухту, в устье которой растягивали сеть, взяв концы от оной в большую байдару. Сиуч, запутавшись в расставленную сеть, таскивал иногда по десяти и пятнадцати верст байдару за собою, хотя все гребцы упирались веслами.
Все стрельцы уверяют, что когда убьют сиуча на таком высоком камне, коего волнение не обмывает: то надобно смыть кров с оного; иначе же звери сии никогда не станут более тут ложиться.
Мясо сиучей употребляется в пищу, жир предпочитается всякому, получаемому из других морских животных, из кишок шьют камлейки; a кожи употребляются на большие байдары. Лахтаки самок сего зверя считаются самыми удобными для байдарок.
Тюлень.
Животное сие в восточной Сибири и в Америке называется Нерпою, и водится по всем берегам, омываемым Восточным Океаном и Охотским морем. Роды тюленей различны. В Америке весьма приметно уменьшение сих зверей; ибо ловля их совершенно необходима и беспрерывно продолжается; потому что из нерпичьих кож шьют байдарки, необходимые каждому дикому. Сверх того мясо и жир тюленьи употребляются в пищу, a из Кишок шьют камлейки.
