Зоран Янкез зловеще прорычал:
— Вы, что же, считаете, что я не могу управлять Союзом Балканских Советских Республик?
— Да, сэр, — подтвердил Иосип с готовностью. — Именно это я и хотел сказать. Вы, да и любой другой политик. Промышленностью должны руководить обученные, знающие технические специалисты, ученые, администраторы, а возможно, и потребители, но не политики. Политики должны знать все о политике, но не о промышленности. Однако в современном мире правительства начинают заниматься управлением промышленностью и даже сельским хозяйством. И они с этим не справляются, сэр.
Янкез наконец не выдержал.
— Откуда вы звоните, Пекич? — закричал он. — Вы арестованы.
Иосип Пекич откашлялся и сказал извиняющимся тоном:
— Нет, сэр. Помните? Я рядовой трансбалканец, и предполагается, что я, ну… должен поступать как все. Разница только в том, что мне была предоставлена такая возможность. Я в Швейцарии.
— В Швейцарии? — вскричал Первый. — Ты нарушил свой долг. Я всегда знал, что ты предатель, Пекич. Яблоко от яблони недалеко падает. Настоящий трансбалканец остался бы в своей стране и своим трудом продвигал бы ее вперед к светлому будущему.
Молодой человек забеспокоился:
— Конечно, сэр, — сказал он. — Я думал об этом. Но мне кажется, я сделал все, что мог. Видите ли, в течение последних месяцев под прикрытием своего мандата, я распространял воззвание среди инженеров, технических специалистов, рабочих, всех образованных, компетентных людей в Трансбалкании. Вас бы удивило, как они принимали его. Мне кажется, что это обрушилось на них, как лавина. Я имею в виду то, что политики не в состоянии управлять промышленностью, и что если Союз Балканских Советских Республик добьется каких-либо успехов, то лишь после того, как произойдут необходимые перемены.
Первому не оставалось ничего, как со злостью смотреть на экран.
Иосип Пекич нервно потер переносицу и добавил на прощание:
— Я просто подумал, что должен позвонить вам с последним донесением. Ведь не я же все это начал. Это была не моя идея. Это вы и Кардель предоставили мне такую возможность. А я… ну… просто толкал. — Его грустное лицо исчезло.
Зоран Янкез долго сидел, глядя на темный экран.
Посреди ночи раздался стук в дверь. Но, в конце концов, Зоран Янкез всегда знал, что когда-нибудь это произойдет.
Печатается по изд.: Рейнолдс М. Толкач: в сб.: Иные миры, иные имена. — Л.: «Васильевский остров», 1990. Пер. шд.: Reynolds М. Expeditor: Analog № 5, 1963. c перевод на русский язык, Прокофьева А., 1993.
ЭКСПЕРТ
От автора:
Я передаю эту историю так, как ее услышал, не добавив от себя ни слова. Но должен признаться, что с тех пор, как я повстречал того парня, мои рассказы стали неотразимы для редакторов. Они настолько правдивы, что я и сам в них верю.
Ростом он был чуть повыше пяти футов, весил около ста пятнадцати фунтов, а глазами был схож с заблудившимся щенком. При взгляде на лохматую бороденку становилось ясно, что в ней обожает ночевать моль.
— Я с удовольствием выпью в вашей компании, — ответил я. — Празднуете что-нибудь?
Он покачал головой.
— Не совсем так. Топлю печали.
Я разрешил ему пожать свою руку.
— Ларри Маршалл, — сказал я.
Он потряс ее.
— Ньютон Браун. Друзья называют меня Ньют.
— Что ж, значит, у вас тоже неприятности?
— Хотите сказать, что я встретил родственную душу, что вы тоже приползли в этот оазис искать утешение в рюмке?
— Прямо в точку попали, — ответил я, не обращая внимания на изысканный слог собеседника. — Послушайте…
И я поспешил выложить ему свои неприятности, прежде чем он займется рассказом о своих.
— Это все главный редактор. Я хотел, чтобы меня перевели в корпункт в Париже, понимаете? Хотел переменить обстановку. Но вы думаете, он назначил меня?..
— И это неприятности? — прервал он меня с печалью в голосе. — Поглядите.
Он протянул мне желтый листок бумаги.
— Так вот, главный редактор, — продолжал я, равнодушно разглядывая листок… — С ума сойти! Десять тысяч долларов!
Листок оказался чеком, выписанным от имени Американской Ассоциации производителей полотенец.
— И так всегда, — жаловался он. — Никак не могу пробиться к народу. Всегда что-нибудь да случается. Не мог же я отказаться от этого чека. Теперь они, без сомнения, положат мое открытие под сукно.
— Кто что положит? — спросил я, не сводя глаз с этого желтого листочка, за которым маячила куча зеленых банкнотов.
— Ясное дело. Ассоциация производителей полотенец, — вздохнул он. — За эти деньги они купили у меня сухую воду.
— Что купили? — недоверчиво спросил я.
— Сухую воду, — повторил он. — В ней заложены безграничные возможности. Революция в ирригации. Воду можно таскать в сетках. Я натолкнулся на эту идею, экспериментируя с легкой водой. Кстати, я исследователь.
И добавил совсем печально:
— Самый настоящий гений.
Теперь уж я не мог остановиться:
— А что вы собирались делать с легкой водой?
— Вы, наверно, слыхали о тяжелой воде. Ну а я пришел к выводу, что, если удастся создать легкую воду, я решу проблему тучности и похудания.
На какое-то мгновение глаза его загорелись. Мечта преобразила его.
— Боюсь, что не совсем вас понимаю, — сказал я.
— Это же проще простого, — ответил он. — Вы должны знать, что человеческое тело на девяносто процентов состоит из воды. Ну а если я смогу обычную воду H2O заменить на легкую, люди будут весить куда меньше. Просто, не правда ли?
Несколько секунд я пытался представить себе последствия этого открытия. Затем тряхнул головой, чтобы прочистить мозги.
— Не знаю, — сказал я, чувствуя, что пора воспользоваться его приглашением и выпить. — Но чем кончились ваши эксперименты с легкой водой?
Он снова вздохнул.
— Их прекратило правительство.
— Правительство?
Ньютон Браун кивнул:
— Вы, конечно, слышали, что тяжелая вода очень важна в ядерных реакциях. Ну, это же… проще простого, не так ли? Один эксперимент ведет к другому, вот так я и добрался до ядерной антиреакции на легкой воде. Тут-то мои исследования и прикрыли.
Я было начал:
— Антиреакция… — но он поднял руку, останавливая меня.
— Простите, Ларри, но я дал слово эту проблему не обсуждать. Тема занесена Пентагоном в разряд «чрезвычайно секретных».
— 0'кей, — сказал я. — Но послушай, Ньют, чего ты не бросишь к черту эту воду? Сначала легкая вода, потом сухая. Ты выбрал себе узкую дорожку.
Он сунул чек обратно в карман и ответил со вздохом:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
