Читаем без скачивания Криминальная история христианства - Карлхайнц Дешнер

После того как Секунд Салюций еще раз отклонил пурпур, имперские вельможи в ожесточенном споре сошлись в конце февраля 364 г на Валентиниане, отпрыске паннонийских крестьян и сыне бывшего полководца Грациана. 28 марта Валентиниан на Марсовом поле под Константинополем назначил своего брата Валента соправителем на Востоке — «с согласия всех, — как иронизирует Аммиан, — ибо он никому не осмеливался перечить». Валентиниан оставил за собой также potior auctoritas.[156]

О Валентиниане и Валенте, в эру которых возникло слово pagani для обозначения язычников, большей частью говорят, что они «в общем» терпели старую веру. И определенно — они сами еще носили, как Константин и его преемники, титул Pontifex Maximus.

И язычники при Валентиниане были на высших руководящих должностях государства и армии в большинстве (конечно, в последний раз и незначительно 12 к 10). Однако у Валента это выглядело уже по-другому среди известных высших функционеров девять язычников противостоят одному манихейцу, трем арианам и десяти ортодоксам. И как раз к началу правления этих императоров многие видные сенаторы времен Юлиана все-таки потеряли свои посты, очевидно, из-за их идолопоклонства Властители издали также совместный закон, который предписывал конфискацию языческих храмовых земель (для императорского частного владения), штрафы для астрологов, более того, — угрожал смертью всем, кто занимался ночными заклинаниями.

Оба императора вновь были несомненными христианами. Потому Валентиниан, говорят, были при Юлиане поставлен на место, в то время как о трудностях Валента ничего не известно. Оба тотчас известили декретом (если он подлинен), «что триединство Отца, Сына и Святого Духа единой сути есть. Мы предписываем эту веру». Вскоре, однако, оба представляли разные конфессии и, естественно, содействовали своей церкви Валентиниан I на Западе — никейское направление, как и Констанций, при этом противоречия верований вновь выражают противоречия между Востоком и Западом Оба необразованные, особенно Валент, оба жестокие, особенно Валентиниан, оба одержимые страхом перед всякого рода колдовством Оба были также солдатскими императорами, возведенными на трон офицерами, которые активно способствовали милитаризму, вели войну внутри, на границе, вне, проливая реки крови опустошая всю провинцию. И оба христианских правителя не страшились ни клятвопреступления, ни коварного убийства, напротив, их политические методы обнаруживали «большую неразборчивость» (Шталькнехт).

Валентиниан и Валент после их возведения отправились вместе через Фракию и Дакию и расстались в Сирмии.

Часто избиравший резиденциями Милан и Трир католик Валентиниан I (364–375 гг.), родившийся в 321 г в Кибале, важном военном пункте Паннонии, белокурый и голубоглазый, прилежный, отчаянно смелый, ранее офицер лейбгвардии Юлиана, 43-х лет при восшествии на трон, право, особо не печалился ни о догме, ни о спорах клира, таже выступил законодательно против его уловок ради получения наследства, более того, в уже упомянутом, вызвавшем споры декрете заявил «Епископы, прекратите использовать авторитет императора как прикрытие и не преследуйте настоящих слуг Бога». Но так как Валентиниан был сильно суеверен (он скорее отказался бы от своего императорства, чем начал бы править в добавочный день високосного года[157] — поэтому и задержал провозглашение августом на один день), то весьма заботился, при всех фокусах-покусах, о соблюдении христианских ритуалов Его законодательство в церковной области содержит примерно 30 установлений. Данные еще при Константине привилегии клиру он восстановил и запретил приговаривать христиан к гладиаторским боям Пуританский католик, он наказывал прелюбодеяние смертью, однако и сам хранил супружескую верность, — по крайней мере Юстине, своей второй, более молодой жене, которая в первом браке была связана узами с узурпатором Магненцием.

Будучи трибуном, Валентиниан женился около 357 г на некоей Марине Севера, католичке, матери будущего императора Грациана, однако в 369 г. отослал ее в Галлию, чтобы взять в жены красивую, родовитую Юстину Лишь лосле смерти императора в 375 г епископы запротестовали против этого развода. В законе от 17 ноября 364 г император, тем не менее, угрожал изъятием имущества и смертной казнью судьям и служащим, ответственным за меры, враждебные христианам. А в 368 г он приказал, чтобы священника в деле веры и дисциплины судить имели право только священники. Однако и по отношению к евреям Валентиниан, как и его брат Валент, держался благосклонно и предоставлял льготы их богословам.

Вообще этот властитель, достигший высот в армии, сильно связанный приматом своей военной политики, а потому особенно нуждавшийся во внутреннем мире, старался избегать религиозных конфликтов, как свидетельствует уже его паритетное распределение правительственных постов. Так что он терпел почти все секты и был заметно снисходителен к Авксентию, арианскому епископу Милана Правда, в 372 г Валентиниан первым из христианских императоров подверг манихейцев преследованиям, ссылкой и конфискацией их культовых сооружений, так же как в 373 г — утопил в потоках крови восставших донатистов.

Фактически спровоцированный террористическим правлением comes[158] Африки Романом (364–373 гг.), фирм, романизированный католик, назначенный dux[159] Мавритании вождь клиентулы,[160] провозгласил себя в 372 г императором. Даже римские воинские части сражались вместе с мим Мавры и прежде всего донатисты (все еще в эпоху Августина обзываемые фирминистами), против второго крещения которых Валентиниан как раз боролся на основании закона, восторженно стали на сторону Фирма.

В Русикаде епископ открыл им ворота и ликовал, когда дикие мавры грабили католиков. Но Фирм установил свое господство не только в Мавритании и Нумидии. В Африке proconsularis признали еще некоторые города. Тогда против Фирма выступил magister militum[161] Феодосий. Он дважды, при посредничестве епископов, предлагал тому мир и дважды нарушал свое обещание Мятежные войска, уже сдавшиеся, были вырезаны или казнены Лишь немногие избранные отделались отсечением рук. Таким образом, обманутым осталась лишь отчаянная борьба, взорвавшая всю Северную Африку, необычайно жестокая война, причем военачальник Феодосий не только сжигал заживо собственных уставших от боев солдат или, по меньшей мере, увечил, но и приказал превратить в пустыню обширные области и вырезать целиком мавританские племена, в общей сложности сотни тысяч людей. «Сильное правительство императора Валентиниана I принесло спокойные отношения» (Нейс, Эдигер) Загнанный в угол Фирм повесился в 374–375 г, сам Феодосий пал жертвой придворной интриги и, только что окрещенный, был обезглавлен в начале 376 г в Карфагене, потянув за собой в падении своего сына Феодосия.

Напротив, Роман, разбойничий comes Africae, по всей вероятности подбивший Фирма к мятежу, развязавший всю резню и посаженный в 373 г Феодосией в тюрьму, был вскоре после процесса 376 г оправдан — Папа, однако, запретил донатистское богослужение после усмирения восстания. А св. Оптат из Милева, подвергший тогда донатистов атаке, — возможно, не без фальсификации фактов, — в семитомном опусе (заголовок не дошел), потребовал для них, взывая к ветхозаветным примерам, смертной казни. «Оптат пишет с иронической тенденцией» (католик Мартин), это значит — мирной.

Валентиан, «убежденный христианин» (Бигельмайр, точно так же — Иоанну) свирепствовал, вынося судебные приговоры невиновным — колдунам, предсказателям, «сексуальным преступникам». Его девиз при этом предельная строгость поддерживает справедливость. Он любил жесткие, решительные меры судей (кой-какое смягчение уголовного права не имело последствий из-за их бессовестности), и никакая аппеляция к нему не имела успеха «Элементарные успехи юстиции были обойдены смертными приговорами без доказательств или на основании полученных под пытками признаний» (Нагл). А среди римской городской знати, особенно ненавидимой крестьянским отпрыском, Валентиниан приказал выискивать магические книги и книги заклинаний, приворотные напитки, а мужчин и женщин высшего круга ссылать или убивать, их имущество конфисковывать. В припадках ярости он приказывал наказывать без разбора. Не колеблясь, он сам карал за малый проступок обезглавливанием или сожжением, перед этим жертв пытали Паж, который на охоте отпустил собаку слишком рано, был забит плетьми до смерти совсем не исключительный случай Гуманных судей он снимал, никогда не использовал своего права помилования.

Иногда он бросал преступника двум медведицам, прозванным «Золотко» (Mica aurea) и «Невинность» (Innocentia), клетка с которыми стояла перед его спальней Правда, недавно эта история с медведями, рассказанная Аммианом, показалась Рейнгольду Вейенборгу не очень вероятной «в ее внешнем смысле». Таким образом он нашел внутреннее «глубокое значение», узнав в двух «пожирающих людей медведицах» никого иного как двух супруг самого кайзера, Марину Север и Юстину Античный историк, предполагает ученый, обладал «мстительным юмором» и из мести за унижение Валентинианом и некоторое антипатии к Юстине наплел широкой публике «с три короба». Если Вейенборг не наплел нам с три короба, то научно у него это здорово получается Лишь в воскресенье Валентиниан запрещал казни. А монашкам предоставлял свободу от налогов «С благодарностью, охотно его имя дают детям» (Ноейс, Эдигер).[162]