интересно наблюдать за теми, кого она неплохо знала, и кто её не мог видеть.
Два корабля примерно как с полчаса приземлились среди высоких скалистых гор на узкую площадку, на которой поместились только благодаря искусству воздушных магов русфийцев.
Мирук Оринский на диклете перенес своего мага на корабль герцога, и русфиец помог эллийцам приземлиться.
«Настоящий лоцман», — с восхищением подумала землянка о воздушном маге, потому что на первый взгляд казалось, что невозможно пройти между скал и опуститься на узкую площадку между ними.
Теперь же одна часть людей собиралась в долгий и сложный путь, в конце которого все должны были попасть в храм тёмных нернессов, а другая — оставалась ждать их возвращения.
Оля слышала, как Мирук Оринский убеждал герцога и его людей, что один он намного быстрее доберётся до храма, что это будет разумнее и безопаснее. Сын владыки предлагал отдать ему бессознательное тело Оливии, которое он доставит в храм, проведёт там необходимый ритуал и вернёт девушку живой и здоровой родственнику.
На взгляд Оли Мирук был убедителен, однако эллийский герцог был категорически против его предложения, на него не действовали никакие доводы русфийца, чему девушка была рада. После всего, что провернул коварный сын владыки Русфии, ему нельзя было доверять
По решению герцога в путь, помимо него и Мирука Оринского, отправлялись оба мага жизни и трое лордов, которых Мортимер Дарвиг нанял для данного путешествия.
Мирук остался крайне недовольным.
Оля подлетела к владыке и его хмурому наследнику, который даже не пытался скрыть свой гнев, и внимательно вслушалась в их приглушённую беседу. Наверняка они говорят о том, что не предназначено для чужих ушей.
— Сын, ты уверен, что хочешь один отправиться в храм? — по-настоящему встревоженный голос владыки очень удивил девушку.
— Конечно, отец, — услышала Оля твёрдый ответ младшего Оринского. — Ты же понимаешь, насколько опасна предстоящая дорога, я не хочу рисковать твоей жизнью, жизнью наших людей. Герцог считает, что я вожу его за нос, но ты же знаешь, что это не так. Боюсь, когда он убедится в этом, может стать поздно.
— До сих пор помню, каким ты ушёл в храм просить предков наградить тебя магией тёмных нернессов, и каким вернулся, — глухим голосом произнёс владыка.
— Оно того стоило, отец, — хмуро отозвался Мирук, усмехнувшись. — В конце концов, внешность — не главное для мужчины.
— Согласен с тобой, — согласно кивнул владыка. — Но когда подобное происходит с твоим ребёнком, который всегда был самым красивым мальчиком Русфии...
Мирук рассмеялся, а Оля с удивлением поняла, что смеётся он искренне и с теплотой.
— Самый красивый, ха-ха, — посмеивался младший Оринский.
Это он то был самым красивым мальчиком?! Верилось с трудом. Особенно если рассматривать русфийца с той стороны, с которой рассматривала она, где половина лица была изуродована.
— Будь осторожен, — Миран вдруг прижал сына к груди. — Ты нужен Русфии, и ты нужен мне.
Мирук, который был выше и крепче отца, без усилий быстро высвободился из его объятий, явно не очень довольный этими нежностями. Оля заметила мелькнувшее у него на лице раздражение, которое он постарался подавить. Ещё заметила, как он оглянулся на своих людей. Не хотел, чтобы они заметили эти «телячьи нежности»?
— И береги её, вы теперь навеки связаны, — тихо добавил владыка, голос его сел от внезапно охватившего волнения. — Не убережешь и сам сгоришь.
— Почему же не уберегу? — серьезно спросил Мирук, понижая голос.
Оля подлетела ближе, напрягая слух. О ней же говорили...
— Уберегу, помогу овладеть магией, войти в силу и сделаю своей. Тогда она не сможет уйти. Даже если захочет. Маленький шаг к возрождению Русфии уже сделан, отец.
Дух землянки испуганно отшатнулся от разговаривающих мужчин.
Точно о ней говорят! Решают ее судьбу!
Оля не верила ушам. Мирук Оринский всё еще надеется, что она станет его женой? Вот наглец! Самоуверенный пингвин! А как уверенно убеждает отца!
— Чего пыхтишь и бесишься? — голос Посланницы предков, неожиданно раздавшийся за спиной, заставил девушку вздрогнуть и отшатнуться теперь в другую сторону.
Оля резко обернулась и с изумлением уставилась на Дари. Явилась — не запылилась!
— То есть, как это — почему бешусь? — с возмущением процедила она. — Вы слышали его? «Сделаю своей! Не сможет уйти!» Там, откуда я пришла, нельзя просто так взять и сделать кого-то своей пленной. Только бандиты и террористы так делают!
Дари хмыкнула:
— Забудь свой мир и его обычаи. Зачем вспоминаешь его и тревожишь сердце? Я полностью одобряю намерения твоего жениха. Как только ты овладеешь магией, станешь тёмной нернессой, не сможешь стать женой другого. Браслет не позволит. Да ты и сама не захочешь.
— Бред! — процедила девушка. — И этот убийца мне не жених! — твёрдо добавила она.
— Не бред, — Дари с хитрой улыбкой покачала головой и поманила Олю пальчиком, уводя подальше от Оринских. — Браслет тебя нашёл, выбрал и теперь охраняет. Магия тёмных нернессов стара, как этот мир, а ещё хитра и коварна. Сотни лет тёмные маги ломали головы над тем, как сделать себя ещё сильнее, как сохранить великую магию воинов, как увеличить её силу, ведь тёмных нернессов всегда и все хотели сначала приручить, а потом, когда понимали, что это невозможно, то уничтожить.
Дари вздохнула и отвела взгляд. Они уже взлетели довольно высоко и вдвоём парили над кораблями и скалами, наблюдая над маленькими фигурками внизу.
Оля внимательно слушала Посланницу. Чёрный браслет до сих пор находился на её запястье, и девушка очень надеялась совсем скоро его снять.
— Самые сильные и одаренные маги, понимая это, создали браслет темного нернесса, который помогал выбирать магу спутницу или спутника жизни. Если один из пары носил этот браслет, то браслет сам находил вторую половину. Когда находил, то раздваивался... Тёмные нернессы искали только себе подобных, потому что тёмный маг мог быть рождён только от тёмных магов. Много веков назад, чтобы найти пару, наши воины отправлялись в путешествия по всему миру. Почему-то великий Бог решил так пошутить над великими воинами, сделать их жизнь ещё сложнее и суровее.
— Это что же получается? — искренне ужаснулась девушка. — Как только я приду в себя и овладею магией, то не смогу ничего сделать, никак воспротивиться и навечно стану пленницей русфийцев?!
— Ты станешь женой, а не пленницей, — терпеливо поправила ее Дари.
—
