в ледяной воде на ледяном полу бани неоднократно жаловались на проблемы со здоровьем, вызванные регулярным экстремальным переохлаждением ног. Теперь главный герой имел возможность испытать это сомнительное удовольствие на себе. В считанные дни напомнили о себе простатит, бронхит, поясница, зубы, уши и сопли. Новая волна ненависти ко всем на свете и желания отмстить каждому повинному в его мучениях захлестнула немолодого уже страдальца.
Как говорилось ранее главный герой был человеком дела. Строя иллюзорные планы своей масштабной мести с непременными атрибутами в виде огня и крови, и будучи не клиническим идиотом понимая, насколько несбыточным был этот сценарий он принялся мстить по мере своих скромных возможностей, то есть по мелочи и конечно же тем, кто был ближе и беспомощней, то есть своей дорогой группе. И месть эту уместней было бы назвать мелкой пакостью совершенно не подобающей достойному персонажу.
В конце каждого обливания кроме последнего банщик наполнял все имеющиеся в наличии крупногабаритные ёмкости, а именно тридцатилитровые постирочные тазы водой для оперативного начала следующего обливания. За несколько часов таз в зависимости от температуры наружного воздуха покрывался коркой льда толщиной до пары сантиметров. Милый Доктор вместо того, чтобы по порядочному выкинуть этот лёд не утруждал себя лишний раз и расколов корку разбрасывал куски льда по вёдрам с водой, налитой из того же таза. Мальчики и девочки вечно впопыхах торопясь как бы не замёрзнуть и сосредоточившись главным образом на скользкой обледенелой тропинке от расплёскивающейся ими же водой и покато-гладких ступеньках бани с мыслями как бы не упасть не особо рассматривали содержимое вёдер. Да и в желтоватой воде лёд практически не бросался в глаза ровно до тех пор, пока острая льдинка не втыкалась в макушку обливающегося. При этом очередной потерпевший начинал обиженно и возмущённо голосить, а старый злыдень Док получал свою заслуженную порцию злорадного удовлетворения.
Кто-то, конечно, со временем приловчился, находясь уже в обливалке перед тем, как опрокидывать ведро на себя проверить водную гладь на предмет нахождения посторонних предметов, а затем выкинув льдинки с укором пристыдить гнусного проказника. Ну а кто-то особо не заморачивался и сливал его проделки в событиях своего анализа чувств, в мероприятии «Границы», да и просто непосредственно жалуясь волонтёрам. Подробный не стал раздувать из мухи слона и сам пресёк недостойное развлечение бывшего брата строго наказав «вязать с этой самодеятельностью пока ветер без камней».
Однажды по утру через несколько дней после Нового года суетясь с водой около бани Доктор вступил в жёсткую полемику с Казахом, эмоциональное состояние которого тоже оставляло желать лучшего, так как в его деревенской жизни наметились малоприятные перемены. Губастого волонтёра по его версии происходящих событий как доверенного человека и сотрудника, на которого всегда можно положиться в трудном и ответственном предприятии отправили среди зимы реанимировать Третий дом с задачей отогреть и запустить там размороженное отопление. После чего и «кинуть якорь» на новом месте пока в гордом одиночестве, а затем якобы будет сформирована небольшая группа единомышленников-отщепенцев. В изложении Подробного эта история сводилась к тому, что невесть с чего поверивший в себя Азиатский Хан так здесь уже всем надоел своими наивными хитростями и беспардонной наглостью, что его отправили на выселки явно указывая направление на выход. Тем более, что денег за его содержание в Центре никто не платил.
Пиковый волонтёр, высокомерно спросив у Доктора совета по поводу восстановления системы отопления услышал в ответ стандартный для утра главного героя набор изощрённой иронии и жёсткого сарказма. Поугрожав от безвыходности для поддержки своего лютого образа старому нарку горделивый потомок Чингисхана или как минимум его конюха, сразу после завтрака отвалил в свои новые владения. Появившись только на обеде, он выглядел даже несколько неестественно весёлым и чрезмерно оживлённым, пытался шутить, поддерживать разговор и по завершению трапезы снова исчез. Возникнув в следующий раз на Первом только на ужине, Казах напротив был замкнут, чем-то сильно заморочен и суетливо куда-то спешил. Наблюдательный Доктор внимательно следил за угрожавшим ему утром потенциально опасным персонажем и очень явно зафиксировал его бегающий взгляд.
Вечер рядового реабилитационного дня шёл своим размеренным обычным порядком: реабилитяне читали свои анализы чувств, давали друг другу обратные связи и как говорится ничего не предвещало…Первым из дома внезапно стартанул Подснежник. Следом поступила команда срочно собираться Гембе и он тоже покинул избушку. А затем несколько раз моргнув погас свет, причём как было видно из окон во всей деревне. Подробный обратился ко всем с просьбой сохранять спокойствие и не совершать опрометчивых поступков. Пацаны зашушукались, а Булка начала заводить истерию. Подробный в шутку сказал, что если кто-нибудь займёт чем-нибудь Булкин рот, то он точно этого не заметит и никому не расскажет. Все заржали, а Булка немедленно заткнулась. Постепенно глаза начали привыкать к темноте и попадающего в окна отражения от белого снега Луны и звёзд уже вполне хватало чтобы различать силуэты. И только из окна консультантской был виден куда более мощный источник света. Где-то на другом краю деревни полыхало яркое зарево пожара.
Горел Третий дом. На это наталкивало мысли срочное отбытие Глеба с Гембой, об этом догадывались знающие местную географию Боцман с Японцем, это не стал скрывать Подробный наводя тень на плетень. И хотя пожар был довольно далеко, но сполохи пламени поднимались очень высоко в зимнее небо и видно это завораживающее зрелище было более чем отчётливо. Ребята по очереди выходили в коридор чтобы полюбоваться красотой вечернего светопреставления ну и подумать при этом каждый о своём, хотя наверняка в одинаковом направлении. Доктор после того, как вдоволь насмотрелся на бушующую во тьме огненную стихию уединился в своём излюбленном дальнем углу в общем зале и пытался справиться с переполнявшим его оживлением и позитивным ожиданием и порождёнными этими чувствами мыслями:
«Ну наконец-то подфартило! Теперь приедут пожарные дознаватели, глядишь и подымут кипиш… А если вдруг там кто погорел, да лучше бы наглухо, то тогда сто пудово эту лавочку прикроют! Хоть бы там этот «Рисовая рожа» «оскалился»271, прости меня, Господи!».
Постепенно яркость пожара уменьшалась, а ясности в происходящем на Третьем доме не появлялось. Электричества тоже так и не было и с наступлением времени отбоя Подробный предложил ребятам укладываться, как, собственно, все безоговорочно и поступили. Но занявши свои спальные места народ категорически не в силах был угомониться. Возбуждение и иллюзорные надежды на скорейшее освобождение переполняло всех и каждого. Кроме того, в отсутствии консультанта никто не пресекал запрещённые после отбоя разговоры, и все базарили в полный голос
