картонном головном уборе почти полутораметровой высоты то на смешливый вопрос Глеба как того так угораздило, он не растерялся и оттопырив пальцы на правой руке энергично жестикулируя ею и гримасничая своим живым подвижным лицом парировал:
– Да веришь нет сам до сих пор не въеду! Будто бес попутал! Первый раз так «обфаршмачился»277! Теперь как олень хожу потолки в домах шкрябаю, ведь консультант сказал, что мне надо сделать колпак подлиннее – обычный, видите ли, мне уже не поможет!
Ватага реабилитян с трёх домов, собравшихся на лекцию дружным одобрительным смехом, поддержала весёлого юмориста и Лектору ничего не оставалось делать как посоветовать тому впредь быть внимательнее дабы избегать подобных казусов.
В другой раз в виде последствий он должен был сутки всюду двигаться с табуреткой, а для усиления терапевтического эффекта группу Второго дома замотивировали блоком сигарет на кражу этого предмета мебели для появления повода на продление или ужесточение лечебных процедур. Находчивый Гемба не стал тешить себя иллюзиями о порядочности и солидарности своих соседей по дому и примотав верёвками проклятый табурет к своей спине подобно туристу с рюкзаком не расставался с гаджетом даже играя в футбол на школьном стадионе.
Ходил он и в танкистском шлемофоне, и с вентилятором на ножке, и со здоровенным чемоданом, и с поленьями всех возможных типоразмеров, и периодически убирал снег у вверенного ему сортира с жёлтой буквой «Г» написанной мочой Руководителя лечебной программы, и даже получал по лицу при препровождении в местный изолятор-погреб. Но при всём при этом Гемба не терял присутствия духа и чувства юмора мужественно преодолевая трудности лечения. И как уже ранее говорилось несмотря на то, что Алтайский Шарлатан не редко сталкивал лбами главного героя и бывшего десантника неглупый Доктор, прекрасно понимая примитивную игру этого деятеля от AN, в общем и целом, неплохо относился к Гембе объективно оценивая его личностные качества.
Наметившийся было раскол в их взаимоотношениях, опять же спровоцированный Бородой, когда он поменял их местами в ответственностях был ликвидирован в очень скором времени при его же непосредственном участии. По сложившейся на Первом доме традиции в праздничные дни дежурили только опытные и «достойные» люди. Так на Новый год по очереди отдежурили Японец и Аслан. Когда пришло время определиться с дежурным на Рождество. Великий Магистр очень долго картинно морщил лоб и натирал свою бороду, всем своим видом давая окружающим понять, насколько нелёгкий и мучительный выбор он сейчас совершает. И наконец он огласил свой вердикт, не ставший неожиданным для уже более-менее изучившего его повадки Доктора: главный герой заступал на дежурство, а Гемба продолжал поварить, поскольку Пину освободили от этой обязанности и пока временно образовавшуюся вакансию закрывал старший повар.
Волей-неволей повару и дежурному во время несения их нелёгкой совместной вахты приходилось находиться в тесном взаимодействии, чтобы не допустить вылетов, неумолимо приводящих к групповым последствиям. Тем более в праздничный день, когда вся братва лихая целый день валялась на шконарях и смотрела телек, а Бородатый чревоугодник опять же для усиления терапевтического эффекта в отношении Гембы и Дока выдумал готовить разносолы на обед и ужин, да ещё и разложить по шлёмкам весовое мороженное на десерт под фильмец, чтобы два взрослых мужика то ли качественно проработали гордыню, то ли в полной мере ощутили себя Золушками.
Но как говорится нет худа без добра. Во-первых, вечером предстояла долгожданная пересменка Консулов. Во-вторых, ничего так не сближает людей как общая беда и совместное преступление! После полнодневных кухонных бдений драя поочерёдно над раковиной в ледяной воде не кончающуюся жирную посуду и совместных кухонных своеволий почвы для разногласий между подельниками больше не оставалось. Кроме того, своё унылое времяпрепровождение они скрашивали не только чаем и сладостями, но и неспешной беседой за жили-были и жёстким сарказмом по отношению к командному составу и некоторым персонажам из группы. А в-третьих, именно с этого дня Доктор начал потихоньку выкарабкиваться из эмоциональной ямы, в которой пребывал всю неделю Бородатого Консула.
Одним из их общих антагонистов в группе, вызывающих у обоих конкретное неприятие, был конечно же Квага. Он оставался поваром при Гембе и уже за столь короткое время был неоднократно замечен новым шефом за несанкционированным поеданием приготовляемой для всех еды. Так же у Гембы были претензии к антисанитарии, разводимой непрошибаемым истуканом во время его поварства. Да и как человек он ему тоже был совсем не симпатичен. Опираясь на приведённые выше факты, бывший десантник, начав воспитательную работу со своим подопечным вступил с ним в жёсткую конфронтацию и загнал здоровенного недоумка в конкретные «грибы».
Квакен в силу умственной ограниченности даже не догадывался о том, что есть такое понятие как стратегия, избрал в корне ошибочную тактику выноса мусора из избы (в данном случае кухни) и в скором времени был трюмован за сопротивление лечению. Причём Глеб Валерьевич, так же явно не симпатизируя Кваке в отличии от всех остальных не дал тому даже спокойно побатониться на картофане. Под угрозами физической расправы и полном отлучении от жратвы при каждом двойном топоте по полу кухни трусливый здоровяк бодро выкрикивал:
– Да здравствует AN! – чем неизменно вызывал коллективный ржач.
А с вечера и всю ночь к нему по очереди спускались чтецы, в том числе и Доктор для прочтения в течении сорока минут каждый священного текста про жалость будь она неладна! Пока Квакен был на картошке то умудрился «втянуть в свой хоботок» полторашку сгущенки и залить её водой. Окрашенная в цвет сгущённого молока вода долгое время создавала иллюзию его присутствия в бутылке пока Гемба не решил подать сгущёночки к вечерним оладьям. Трудно передать огорчение старшего повара, упустившего такую прожорливую мышь в своих закромах.
Квага к моменту обнаружения преступления уже давно освободившийся из изолятора категорически отрицал свою причастность к инциденту перекладывая вину на прочих побывавших в трюме за это время. Впрочем, эта наглая тупая скотина ещё и начал «быковать»278 в группе так что после проведения Гембой независимого расследования по совокупности грехов коняга был сдан в консультантскую за поедание курицы из обеденного супа. Для начала по итогам проведённого горячего стула он был отлучён от кухни и все три девочки по очереди отвесили провинившемуся по пощечине. Пустив крокодилову слезу и клятвенно пообещав исправиться Квакен не удосужился сделать соответствующих выводов и продолжал двигаться на своей волне пока в один прекрасный день на Первом после релакса не собрали все три дома и предложили ему обосновать перед широкой общественностью свою позицию. После короткого
