оторопью наблюдающих за нашей идиотской потасовкой, синхронно по рожам пробегает гримаса неудовольствия.
Я перебегаю в другой угол, внимательно наблюдаю за приходящей в себя Викой. Если эти придурки будут так тормозить, то я еще минут пятнадцать с ней побегаю.
А потом…
Потом посмотрим!
Война план покажет!
Просто так я сдаваться не буду, это точно!
— Сучка! Ноготь сломала… — плаксиво стонет Вика, — деда! Пусть они ее кончат уже!
Урал приходит в себя и рявкает на подчиненных:
— Чего встали, мать вашу? Хватайте ее!
— Кого именно? — басит один из мужиков.
Урал снова ругается, а затем командует:
— Один — Вику, второй — девку! Вику увести, девку связать, чтоб не бегала!
— А трахать? — тупо уточняет тот же мужик. Видно, второй просто немой.
— Свяжете и выебете!
Говорливый кивает и идет ко мне.
А вот второй… Вместо того, чтоб идти к Вике, поворачивается к Уралу:
— Урал, мы так не договаривались!
Слава всем богам, он говорящий! И, кажется, даже думающий!
Я так радуюсь этому обстоятельству, что чуть не упускаю момент, когда посланный меня схватить мужик оказывается близко!
В последний момент умудряюсь увернуться от его лап и бегу прямо на Урала.
— Хватай ее, сука! — орет Урал, видя, что я бегу к нему, и в этот момент я вижу на полу кое-что! Важное! Интересное!
Не раздумывая ни секунды, падаю на пол, накрывая своим телом то, что мне надо, и, пока меня с матом пытаются поднять, успеваю засунуть самую важную для меня в этим мире вещь в джинсы, прямо за ширинку, в трусы!
Боже… Пусть не заметят! Пусть!
— Урал, Сурен нас за дочь на ремни порежет! — нисколько не обеспокоенный возней, которая происходит буквально в метре от него, мужик продолжает давить на Урала, — это ваши разборки! Я не подписывался!
— Ты охуел? — у Урала становится подозрительно хриплым голос, и я, прижатая к полу здоровенным мужиком, искренне надеюсь, что деда Вики тут удар хватит! Это было бы отлично просто!
— Это ты охуел! На старости лет! Впер нас в разборку! Сейчас не девяностые!
— Да в девяностые я бы тебе тупо башню снес, сучара!
— Деда, пристрели его! И ее! Всех, всех пристрели! — визжит Вика, похоже, впавшая в наркотическое буйство.
— Куда ее, Урал? — мужик, который меня схватил, поднимает с пола, я сгибаюсь в его руках, показательно схватившись за живот, словно он болит.
— На кровать пока, — командует раздраженно Урал, потом переводит взгляд на второго, — ты — бери ее, — кивает на Вику, так и не сумевшую подняться, — и на выход.
Я валюсь на кровать, поджимаю ноги к животу, лежу тихо-тихо, изо всех сил надеясь, что меня больше не тронут. И оставят одну.
Мне очень-очень надо остаться одной сейчас!
Наверно, меня наверху кто-то все же слышит, для разнообразия, потому что сначала за дверь раздраженно выходит Урал, следом — мужик, несущий Вику, и последним — тот самый, тупой. Он, кстати, мажет по мне сожалеющим взглядом, и это пугает. Вдруг останется?
Но нет, дверь закрывается, слышится щелчок замка.
Я лежу еще пару минут, выдыхая осторожно и не шевелясь.
Господи, Господи, Господи, ты же есть! Точно есть! Помоги мне, а? Помоги сейчас…
Пусть все получится.
Полежав еще чуть-чуть, я переворачиваюсь на другой бок, на тот случай, если тут все же где-то есть камеры, лезу в трусы и достаю телефон Вики.
Я его когда на полу увидела, чуть с ума не сошла от волнения.
И теперь молилась, чтоб он не оказался разбитым, на бетон же упал. И чтоб в нем был заряд. И чтоб меня не спалили, если вдруг наблюдают.
И…
И чтоб Сандр взял трубку от жены.
Господи, везения бы мне…
Девочки, не успеваю на коммы отвечать, сорри! Но все читаю и люблю вас!!! У нас тут остро очень, это требует от меня усилий, сами понимаете, так что чуток потерпите. И все будет)
Глава 70
И тут, словно наверху кто-то слышит меня, везение как начинает переть!
Хотя и до этого мне, можно сказать, везло.
Вика, с ее очень своевременным наркотическим приходом.
Урал, с его стариковскими людоедскими замашками времен девяностых и тягой к театральщине.
Люди Урала, среди которых оказался один с зачатками мозга или сильно развитым инстинктом самосохранения…
Везение же?
Определенно!
И дальше мне прямо прет.
Телефон оказывается целым. Хоть и заблокированным. Но разблокировка возможна не только по отпечатку пальца, но и по коду.
Я, судорожно сжимая в дрожащих пальцах свою главную на этот момент драгоценность, пытаюсь сообразить, какой у Вики может быть код. Она — явный нуб, да еще и наркоманка. То есть, должно быть что-то, что она сто процентов не забудет. А, учитывая, что наркоши не всегда даже дату своего дня рождения помнят, то… А, фиг с ним! Попробую самое очевидное!
Четыре ноля!
Мимо!
Черт!
Хочется плакать, настолько досадно мне! Когда я падала на этот телефон животом, устраивая концерт одного актера, то как-то не думала, что буду делать, если не смогу разгадать код! Так далеко мои планы не заходили!
Спокойно, Лика, спокойно… Еще две попытки же, да?
Четыре единицы!
Мимо!
А-а-а-а!!!
Так, фух…
Если в этот раз будет мимо, то просто буду тупо ждать, когда ей кто-то позвонит. Не важно, кто! Я отвечу и попрошу, чтоб мне помогли! Это — единственный шанс…
Ну, и везение мое… Кто-то позвонит непременно в ближайшее время. Иначе, для чего это все было?
Но пока что…
Набираю один, два, три, четыре…
И экран загорается!
А-а-а-а!!!
Господи! Спасибо тебе!
Перед тем, как начать искать в телефонной книге телефон Сандра, я закрываю на мгновение глаза, собираясь с силами.
И нажимаю на дозвон.
Возьми трубку, Сандр! Тебе жена звонит!
— Слушаю, — холодный голос в трубке приводит меня в состояние неописуемого восторга, от которого я в первую секунду даже голос теряю. — Ну, говори.
— Са… Кхм… Сандр… — сиплю я, заикаясь и тяжело дыша от волнения, — это я… Лика.
В трубке оглушающее молчание, длящееся ровно мгновение, а затем дикий рык:
— Лика??? Ты где? Где?
— Я не знаю, — торопливо шепчу я, заливаясь счастливыми слезами, — в подвале каком-то… Тут Урал. И Вика. Сандр, они меня убьют. Забери меня отсюда-а-а…
У меня сдают нервы
