бесполезных вещах… Вы думаете, я трусливая скотина?
Цзян Юйшу, не в силах больше слушать, притянула Цзян Тин к себе:
– Тин-Тин, пошли.
– Всё, убирайтесь к черту! – Су трахнул кулаком по столу. – Я сам разберусь с делами своей семьи; мне не нужна ваша бесполезная забота!
Гу Хао ничего не оставалось, кроме как встать и выйти вслед за Цзян Юйшу.
Вернувшись в квартиру 102, женщина все еще содрогалась от гнева:
– Что это за семья? Принимают хорошие намерения за плохие…
Гу Хао налил ей стакан воды. Юйшу выпила его залпом, а затем достала платок, чтобы обмахнуться:
– Не ожидала я, что есть такие родители… Ребенка больше нет, а они сидят сложа руки и при этом винят других!
Тин сидела рядом с матерью и тихим голосом успокаивала ее. По Гу Хао тоже было видно, что ему не по себе. Он угрюмо курил сигарету и вздыхал. Затем произнес:
– Сяо Цзян, я не ожидал, что сегодняшний разговор повернется в такую сторону… Мне жаль, я прошу прощения. – Он указал на дверь. – У семьи Су тоже много проблем. Ты видишь, что у них есть маленький сын, который родился вне плана рождаемости; еще совсем недавно у него даже не было прописки. Из-за Су Линь Лао Су, возможно, заключил сделку с семьей Ма На, чтобы законно зарегистрировать своего сына и отправить его в школу.
– Как? – ошарашенно спросила Цзян Юйшу. – Ради прописки сына он вот так взял и бросил свою дочь? И после этого он все еще человек?
– У каждого свои заботы… – Гу Хао покачал головой. – Беды других мы понять не в состоянии.
– Я и правда не смогу этого понять. Такая большая девочка, а ему все равно, жива она или мертва… – Цзян Юйшу внезапно что-то вспомнила: – Кстати, вы и Су Линь… вы действительно просто соседи?
– А кто еще? – Гу Хао не удержался от смеха: – Вы тоже думаете, что я вмешиваюсь в чужие дела?
– Нет, совсем нет. – Юйшу поспешно замахала руками. – Вы ей не родственник, но все равно так заботитесь о ней… Это редкость в наши дни.
– Ей не рады дома. Мне было ее жаль, поэтому время от времени я давал ей немного еды. – Хао выглядел мрачно. – Она исчезла так внезапно, и это для меня невыносимо…
– Гу, вы очень хороший человек. – Глаза Цзян Юйшу снова стали влажными. – Сейчас подобные вам так редки…
– Вы тоже. – Хао улыбнулся ей: – Вы же с Су Линь действительно чужие…
Цзян Юйшу смутилась:
– Я пришла сюда лишь для того, чтобы поддержать Тин-Тин…
– Не только для этого, – со всей серьезностью произнес Гу Хао. – Я видел, как вы достали этот пенал, – и понял, что вы тот человек, который серьезно относится к делам других людей.
– Да, – вставила Тин, – я не знала, что моя мама такая сердечная.
Юйшу хлопнула ее по руке:
– Вы посмотрите на нее, какая красноречивая…
Гу Хао снова рассмеялся:
– Какова мать, такова и дочь.
– Но, господин Гу, давайте проясним… – Юйшу сдержала улыбку, закусив губу. – Боюсь, мы можем сделать только это. Моя девочка выполнила то, что могла. Как и договаривались, мы не будем вмешиваться в то, как семья Су планирует дальше разбираться с этим вопросом.
– Нет проблем, – Хао кивнул. – Вы мне очень помогли.
Цзян Юйшу встала и попрощалась. Подойдя к двери, на мгновение задумалась, затем снова обернулась и спросила:
– Вы… вы все еще собираетесь продолжать искать Су Линь?
– Конечно. – Гу Хао открыл ей дверь. – Я не брошу это дело. К тому же я пенсионер и мне нечем заняться, так ведь?
Цзян Юйшу было не до смеха:
– Тогда… если она найдется, вы скажете мне?
Гу Хао, серьезно посмотрев на нее, кивнул:
– Конечно.
* * *
Проводив мать и дочь, он выкурил две сигареты, всмотрелся в ночь за окном – и еле сдержался, чтобы немедленно не отправиться к люку.
Успокоившись, Хао подумал о том, что ему было бы очень трудно спуститься в канализацию в одиночку. Насколько он знал, это сложнейшая сеть, разветвившаяся под всем городом. Похоже, придется просить о помощи Тай Вэя…
Подумав о нем, Хао сразу же вспомнил о Ду Цянь. Он все еще не понимал, почему она вышла из себя, и теперь собрался позвонить и узнать это. Но после того, как он сказал «привет», Цянь дала отбой. Кажется, все еще злится… Зажав в руке трубку, Гу Хао долго размышлял над этим, но так ни к чему и не пришел, поэтому просто перестал думать об этом.
Затем он вытащил из-под кровати несколько коробок, в которых лежали средства индивидуальной защиты. Выбрал хлопчатобумажные перчатки, длинные резиновые сапоги, маску и плащ. Удостоверился, что они все еще пригодны для использования. Затем открыл комод и достал фонарик с длинной ручкой, который мог пригодиться и как источник света, и как оружие. Гу Хао отлично помнил время, когда он был начальником отдела безопасности и не спал всю ночь, выслеживая складских воров. Воодушевившись, он схватил фонарик, взмахнул им несколько раз, нанеся сокрушительные удары воображаемому противнику. Лоб тут же вспотел, руки пронзила ноющая боль; в тот же момент заурчал живот. Он рассмеялся про себя. Он собирается драться? И с кем? С девушкой по имени Ма На?
Гу Хао упаковал все снаряжение для спуска в колодец в холщовую сумку. Закончив, отправился на кухню.
Из квартиры 101 доносились слабые голоса. Гу Хао, не обращая на них внимание, принялся готовить суп с яичной лапшой. Сразу после того, как еда была готова, дверь квартиры 101 открылась – кто-то вышел. Гу Хао не оглянулся, ибо и так понял, что шаги принадлежат жене Лао Су. Она также не произнесла ни слова, лишь шмыгала носом. Через несколько секунд Хао услышал, как женщина включила газовый баллон и начала готовить.
Двое людей молча стояли спиной к спине – это было действительно неловко. Однако после только что произошедшей ссоры было бы еще более неловко принуждать жену Лао Су к разговору.
Хао налил себе суп с лапшой, отнес в комнату и включил телевизор, чтобы посмотреть новости. Съев несколько ложек, он услышал легкий стук в дверь. Проглотив лапшу, сказал: «Минутку» и встал, чтобы открыть дверь. На пороге его квартиры стояла жена Лао Су. Он собирался заговорить, но она жестом остановила его и быстро вошла в квартиру. Гу Хао пребывал в нерешительности. Женщина закрыла дверь и прошептала:
– Господин Гу, Лао Су в комнате. Еда все еще готовится. У меня есть несколько минут, чтобы поговорить с вами, хорошо?
Гу Хао кивнул:
– Продолжайте.
