Дубэ и Лонерин сели рядом со старостой. Он оказался не таким старым, как предполагала девушка. Его густая борода была разделена на тонкие пряди, а длинные волосы отливали темно-синим, как ночь, блеском. Он сидел, скрестив ноги, на подушке — как и все остальные за этим столом — и любезно улыбнулся своим гостям, как только они к нему подошли.
Лонерин поприветствовал старосту на его языке, Дубэ могла только смущенно улыбнуться.
Староста взглянул на нее добрым и проницательным взглядом и сказал:
— Не бойся, больше я не обменяюсь с твоим другом ни одним словом, которого ты не сможешь понять.
И он улыбнулся девушке. Он говорил на языке своих гостей правильно с едва заметным акцентом, который придавал его речи особое изящество.
— Огромное спасибо вам за помощь, которую вы нам оказали, — с облегчением произнесла Дубэ.
— Крики Макхтахара привели нас к вам. Вы уничтожили его врага, и мы не могли не помочь вам.
Гном явно имел в виду Реклу.
Начался ужин. Сначала была произнесена благодарственная молитва, основное содержание которой Лонерин попытался перевести Дубэ, потом все принялись за еду. Праздник, видимо, был очень большим торжеством, потому что было подано огромное количество разных блюд. Но по меньшей мере одно блюдо из каждой перемены ставили как дар к подножию Отца Леса.
Староста занимал своих гостей беседой, объясняя им обычаи своего народа.
Он вел себя чутко и сдержанно: ни одного вопроса о них, только тихий спокойный рассказ о своем народе и его привычках, Дубэ понемногу начинала чувствовать себя здесь почти как среди родных. Гном был таким любезным, движения хюэ, подносивших дары, были спокойны и плавны, а их лица — улыбчивы и дружелюбны.
Ужин закончился поздно ночью искупающим грехи танцем при свете полной луны. Вдали зазвучал рев драконов.
— Вы слышите? Макхтахар отвечает нам и поет вместе с нами. Он дал нам это чудесное место, пусть же этот лес всегда будет прославлен и защищает нас от эльфов.
Дубэ было странно слышать, что кто-то так говорит об эльфах. Она всегда считала их мирными и не могла себе представить, что они могут чем-то угрожать этому кроткому и великодушному народу. Но она не стала противоречить и молча приняла участие в церемонии.
Лишь когда праздник закончился, староста перевел разговор на темы, более близкие к делу. Он привел своих гостей в одну из комнат большой хижины, сел напротив них и предложил им тоже сесть.
— Я предпочел подождать и не говорить с вами, пока ты не поправишься, — сказал он Дубэ, повернувшись к ней. — Лонерин сказал мне, что вы путешествуете вместе и что у вас общая судьба. Так вот, я знаю, что привело вас сюда, и знаю, как вам помочь.
Сердце Дубэ забилось сильнее, но она смогла заметить, что Лонерин не был удивлен. Он явно уже что-то знал.
— Это Сеннар научил вас нашему языку, да? — спросил он.
Староста дружелюбно улыбнулся.
— Мы переселились сюда из Всплывшего Мира много сотен лет назад, когда эльфы еще не жили на побережье. Но мы мало что помним из вашего языка. Потом, почти сорок лет назад, сюда пришел тот человек, которого вы ищете.
И Лонерин, и Дубэ напряглись.
— Он долго был моим близким другом, и это у него я научился вашей речи. Мы долгое время часто бывали друг у друга в гостях, но несколько лет назад я перестал встречаться с ним.
Молодые путешественники похолодели от ужаса.
— Я понял, что ему теперь не приятно ничье общество, что его единственное желание — быть одному, и с тех пор мы общаемся только письменно.
— Значит, он жив? — вмешался в разговор Лонерин и облегченно вздохнул.
Староста кивнул.
— Дело, которое нам поручено, имеет огромное значение, я уже сумел однажды объяснить вам это. Для нас крайне необходимо разыскать Сеннара. Речь идет о спасении Всплывшего Мира, а не только о жизни моей спутницы.
Гном улыбнулся:
— Я не стараюсь вас разочаровать. Но прошу вас учесть, что, может быть, он сам не захочет вас принять.
Эта проблема была для его гостей далеко не главной.
— Где он живет? — спросила Дубэ.
— Мы сами проводим вас туда, когда вы пожелаете, отсюда до него шесть дней пути.
У Дубэ на душе было неясно и тревожно. Пройдет всего шесть дней, и она узнает ответ Сеннара. Ей это казалось невозможным. Спасение от проклятия казалось ей далеким и плохо различимым, как сон. Но теперь она была ближе к нему, чем когда-либо.
Конец разговора она не поняла: слова слились для нее в неразборчивые быстрые фразы. Лонерин и староста обменялись комплиментами, был назван день отъезда. Но в ее уме все это оттесняла в сторону одна мысль: Сеннар жив, и он близко.
Потом девушка увидела, что Лонерин поднялся на ноги и староста вежливо прощается с ним.
Она машинально тоже встала и, наклонив голову, пробормотала:
— Благодарю вас за помощь.
— Имей веру, Дубэ. Я знаю, что Макхтахар на одно мгновение испугался тебя. Мои воины это видели.
Дубэ вздрогнула.
— Но под конец в крике Макхтахара было горе. Ты понимаешь меня? В тебе есть намного больше, чем пропасть, где живет чудовище.
У девушки не хватило мужества добавить что-нибудь к этим словам. Она снова поклонилась и, ошеломленная, вышла из хижины рука об руку с Лонерином.
Они вышли в прохладную ночь, свежий воздух которой пах травой и росой.
— Я провожу тебя, — сказал Лонерин.
Дубэ послушно позволила ему вести себя к дому: ее ум был слишком в большом смятении. Проклятие, напиток, крутой склон горы и то, что там произошло. Правду говорят, что все тайное становится явным. Сможет ли Сеннар ее вылечить?
Когда они дошли до двери ее хижины, Лонерин встал перед Дубэ и стоял неподвижно. Потом он начал смущенно тереть ладонь о ладонь.
— Мы уезжаем через три дня, ты согласна? К этому времени ты должна быть совершенно здоровой.
Дубэ кивнула и резко сказала:
— Тогда спокойной ночи.
Но когда она повернулась, чтобы уйти, Лонерин схватил ее за руку.
— Я хочу быть с тобой сегодня ночью.
На мгновение сердце замерло у Дубэ в груди.
— Мы не можем.
Она попыталась придать своему взгляду суровость, но это ей не удалось. Лонерин, что бы ни случилось, оставался ее спутником в походе и человеком, который множество раз спасал ее от гибели. Добывая ей лекарство, чтобы спасти ее в последний раз, он не спал ночами и измучился.
На мгновение Лонерин замер на месте, удивленный и растерянный.
— Я хочу только поспать рядом с тобой, и ничего другого…
— Это неправда. — Голос Дубэ дрожал.
Девушка впустила его внутрь, закрыла за собой дверь и осталась стоять, прислонившись к ней спиной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
