Они пробежали через весь коридор, достигли другой лестницы, бросились вниз, перепрыгивая через трупы людей в чёрном и охранников-мидонитов. Последних было заметно больше. Двумя этажами ниже беглецы врезались в толпу перепуганных людей, пробивающихся к выходу, и потеряли друг друга. Шацкий кричал, чего-то требовал, но Дмитрий не обернулся. Он опасался пулемётов внизу — ведь на Седьмой отдел Милош не пожадничал, — но стрельба уже стихала. Изображая из себя раненого и прикрывая лицо полой дурацкой куртки, Живец отошёл подальше от монастыря, стараясь по-прежнему держаться в толпе прихожан-мидонитов. Дожидаться Шацкого времени уже не было, чутьё гнало прочь, прочь. Здесь ещё много людей, выцеливающих именно его.
Толпа понемногу рассеивалась, нужно было искать укрытие. Живец не знал этой местности, а чутьё снова отключилось, будто у него кончались батарейки. Пришлось наугад свернуть во двор, зайти в обязательный «магазинчик для ленивых».
— Там что-то случилось? — хмуро спросила его женщина за кассой. — Вы ранены?!
— Нет. — Живец опустил воротник куртки. — Показалось, в воздухе чем-то пахнет.
— А что? — хмуро посмотрела в окно женщина. — Здесь это запросто. Мидониты у нас, знаете? Сектанты под защитой закона! От таких чего угодно можно ожидать. Отравят газом весь район или ещё что похуже. Как годовщина смерти этого их бога, так на улицу страшно выйти... А вы, простите, не мидонит?
— Нет.
— Хорошо. Вообще-то я не фашистка какая-нибудь, все имеют право на свободные взгляды, — на всякий случай оправдалась продавщица. — Просто иногда страшно. В Сетях такое пишут... Ну, вы понимаете, в каких Сетях.
— Там больше про клонов, — вспомнил Дмитрий, рассматривая ассортимент.
— Вот-вот! А мидониты тоже всё про них, мол, близок час и всё такое... Вот ночью лежишь и думаешь: а если клоны взбунтуются, то с кого начнут? С мидонитов и начнут! А мы тут, рядом.
— Вы верите в клонов? — Живец никак не мог понять, что делать дальше.
— Да как вам сказать... А вы?
— Я верю.
В магазин вошли двое, старик и девушка, почти девочка, стали советоваться, выбирая пиццу. Женщина покинула кассу, чтобы попытаться продать им что-нибудь подороже, а Живец задумчиво потеребил браслет. Вызвать такси?.. А почему бы и нет? Район перекрыт людьми Милоша, помочь выскользнуть может только нестандартное поведение. Нельзя заранее предвидеть, где в сети дырочка, но ведь на то и чутьё. Он набрал код.
Машина появилась минут через десять, всё это время Живцу пришлось поддерживать разговор с продавщицей — покупатели уже ушли. Он бы с удовольствием что-нибудь купил, но не мог этого сделать без личной карты. За такси, на электроприводе вкатившимся во двор, тут же вбежали два неприметных гражданина, оба что-то бормотали в браслеты.
— Карту забыл дома! — брякнул Дмитрий, вваливаясь в салон. — А ещё у меня неприятности, браток, видишь тех двоих?
— Едем, по пути разберёмся, — наддал лысый таксист. — Ох, не люблю я вас, без карт... Браслет в залог оставишь.
— Ну конечно, что за вопрос? — Опять повезло, большинство таксистов и разговаривать бы не стали. Значит, чутьё пока в порядке. — Мне в Химки.
— Покажи.
Живец наугад ткнул пальцем в планшет, поближе к мини-метро. Всё равно шансов доехать мало, номер машины люди Милоша уже знают. Но стрелять не стали, что обнадёживает... Там, где начинают придерживаться внешних приличий, выжить гораздо легче. Или дело не в приличиях? Но об этом надо будет подумать потом.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
ИГРОКИ
Вызов запищал, как только такси вырулило на МКАД. Водитель ответил, и Живец даже усмехнулся, разглядывая через ставший звуконепроницаемым прозрачный барьер его напрягшуюся спину. Он уже отодрал мягкую обшивку, нащупал пальцами тонкие провода. На всякий случай оглянулся: вроде пока все машины держат дистанцию.
— Хватит болтать, паркуйся! — Живец оборвал жилки и вручную приоткрыл дверь. Такси вспыхнуло аварийными огнями, взвыла сирена.
Что бы ни приказали таксисту люди Милоша, двигаться дальше он уже не мог — автоматика плавно сбрасывала скорость. Когда-то давно Живец в такой же ситуации заставил машину с клиентом ехать ещё несколько километров. Он просто испортил передние датчики и угрожающе приблизился, вот автопилоту и приходилось всё время наддавать, мучая сирену. Но сейчас сзади ехали правильные водители, они аккуратно обгоняли мигающее красным такси, освобождая правый ряд.
— Ты что, рехнулся?! — рявкнул таксист, оборачиваясь, но, встретившись глазами с Живцом, смущённо замолчал.
— Что там тебе сказали? — перекрикивая сирену, поинтересовался Дмитрий.
Таксист отвернулся, сделал вид, что не услышал вопроса. Он послушно съехал на обочину, и Живец, не дожидаясь полной остановки, выпрыгнул на траву. Чутьё, зашевелившееся было в машине, теперь опять уснуло, и он лёгкой трусцой побежал к виднеющимся за полосой отчуждения домам.
Сирена позади смолкла — таксист сбросил клеммы с аккумулятора. Живец прикинул время, выходило, что люди Милоша должны бы уже быть здесь. Чутьё молчало... Но теперь ему трудно доверять. Не оглядываясь, он попетлял в лабиринте прозрачных барьеров, выскочил на тропинку и едва не сшиб как из-под земли выросшую старуху.
— Осторожнее! — скрипучим голосом потребовала она. — Носитесь как лось... И собаку возьмите на поводок.
— Какую?! — обернулся Живец и тут же увидел Джесси. Свесив голову набок, чтобы удобнее было следить за человеком, Джесси бежала следом. Дмитрий остановился, и ему показалось, что усталая собака благодарно кивнула, ложась на траву.
— Ты откуда взялась, дура?
Джесси сосредоточенно дышала, вывалив язык. Выглядела собака не лучшим образом: кожа провисла на худых боках, на левой передней лапе большая ссадина с запёкшейся кровью.
— Что вы сказали? — зловеще поинтересовалась старушка, принявшая последние слова на свой счёт.
Понукаемый чутьём, Дмитрий поглядел на МКАД как раз вовремя, чтобы увидеть две тормозящие машины. Махнув Джесси рукой, он побежал дальше.
— Отлично! — прокомментировала его поступок старая дама. — Нахамил — и бежать. Молодец!
Вместе с пыхтящей собакой они вбежали во дворы, здесь Живец сразу перешёл на шаг — из жалости к Джесси. Чутьё опять замолчало, и это начинало всерьёз раздражать, как разговор с то и дело засыпающим собеседником. По диагонали пройдя через небольшой сквер, человек и собака оказались перед входом в многоэтажный подземный гараж.
— Меня ждут! — бросил Живец дремавшей на посту старушке. — Второй уровень!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
