— Чем так уж страшны эти мутанты? — Шацкий выставил вперед руку с браслетом.
— Ну, меня вообще-то больше интересовал сам факт Большого Контакта, вмешательство... Помощь со стороны, сверху, понимаете? А крысы... Явно выраженные телепатические способности, не объяснимая физиологией скорость, ещё кое-что... Вообще-то они дети подземелий: не имея там естественных врагов, они быстро размножились и стали выходить на поверхность. Тут целый мир, полный еды.
— У них дикарские ценности, да? — быстро спросил Живец. — Их интересуют только еда и размножение. И ещё зрелища, да?
— Мы ничего не знаем об их системе ценностей, — пожал плечами Отиль. Массаж его успокоил. — Они просто другие. Но, вероятно, дикари — по своей шкале развития. Во всяком случае, контакт им не интересен, а мы со своей стороны не можем им его навязать. Плещеев пытался захватить хоть один экземпляр, но безуспешно. Помню, жаловался: «Послать бы Живца, да Милош не разрешает!» Он тебя уважал! — Отиль опять засмеялся. — Спас тебя Милош, против крыс и ты бы не выстоял, не уцелел.
— Это как посмотреть, — буркнул Живец. — Итак, эта ваша высшая воля согласилась помочь. В чём это выразилось?
— Они прислали своего... Ну, я не знаю, как назвать... Занятно, что случается это далеко не в первый раз. Наиболее известным случаем стала гаммельнская история, про Крысолова помните? Он уничтожил крыс, а с ним не расплатились. Тогда Крысолов увёл из города детей.
— Подождите, — потребовал Шацкий, морща лоб. — Мы о каких крысах говорим?
— О всяких! — резко повернулся к нему Отиль. — Что такое крыса? Паразит! В построенном людьми мире она чувствует себя лучше хозяев, она и есть — хозяин! Но люди начинают бороться и побеждают, если в состоянии это сделать. А если нет? Если крысы сильнее? В Гаммельне скорее всего были не простые крысы... Мало что известно точно об этой истории. Ясно одно: время от времени люди оказывались на грани краха и тогда обращались к высшей воле. Несколько раз за нашу историю, понимаете? Не один раз — несколько!
— Почему же об этом так мало знают?
— Потому, что Крысолов всегда требует плату! А люди не хотят платить. Возникающую угрозу можно ликвидировать лишь в зачатке, об этом они меня тоже предупредили. Если наши крысы вырвутся за пределы города — всё, Крысолов уйдёт. Но пока угроза мала, знают о ней лишь немногие, именно они и заключают сделку. А цена такова, что платить придется всём! И тогда гаммельнский магистрат отказывается платить по договору. Понимаете?
— Дальше, дальше! — По коридору кто-то пробежал, громко топая, и Шацкий скривился. — Хорошо хоть не блокируют связь. Рассказывайте быстрее, Отиль, от этого зависит наша жизнь.
— Чушь! — отмахнулся полковник. — Я составил текст договора. Мы с Плещеевым принесли его Милошу и постарались убедить мэра, что, каков бы договор ни был, терять нечего! Вопрос стоит о выживании человечества. Конечно, Милош нам не очень-то поверил...
— Почему не пошли к президенту? — вздохнул майор. — В НБ, в конце концов. Это ведь нас напрямую касается!
— Я работал в СПР, — улыбнулся Отиль. — И потом, они не слишком понимают наши реалии, зато помнят старые ошибки. Они сказали, что будут заключать договор только с хозяином города. Их не интересуют должности... Что, в самом деле, наш президент? Старик третий год из больницы не выходит, а все и рады.
— Ладно, дальше.
— Дальше Милош подписал договор! И он улыбался. Улыбался, потому что не верил в смерть человечества от толпы грязных мутантов, не верил в мои эксперименты, ни во что по-настоящему не верил. А увидев самый текст, он чуть не рассмеялся... Мне кажется, он бы вообще ничего не подписал, не будь ему так смешно.
— Что они попросили за работу? Танкер золота?
— Нет! И в Гаммельне Крысолов вовсе не просил золота! Всё совсем иначе! — Отиль хитро прищурился. — Они хотят купить наши... нашу цивилизацию.
— Как это? — прекратил массаж Дмитрий.
— Я тоже долго не мог понять, как. Ведь диалог с ними не похож на обычный разговор, это... Трудно объяснить, надо чувствовать. Но потом я понял, что они хотят. За спасение люди должны заплатить своим общественным устройством. Между прочим, — Отиль хихикнул и оглянулся, будто боялся, что его подслушают, — не такая уж и большая цена! Корень зла именно в нём, ведь именно наша веками сложившаяся система прав и обязанностей в сочетании с развитыми технологиями приближает нас к торжеству индивидуализма, а мы, не успев и приблизиться как следует, уже перестали размножаться.
— Глупость какая-то, — проворчал Шацкий. — Вы пиратских Сетей начитались?
— Не такая уж и глупость! — запротестовал полковник. — Короче говоря, я вписал в договор отмену Конституции и всех законов, роспуск всех государственных, муниципальных и прочих ведомств, армии, конечно же. Что произойдёт? Хаос! Обвал финансов, люди не смогут больше ни сидеть на пособии, потому что другие не станут платить налогов, ни зарабатывать полезными играми или ещё какой-нибудь ерундой. Богатыми будут лишь те, кто имеет нечто реальное: землю, продукты, природные ресурсы. Но они не удержат своё богатство, придут те, кто имеет силу, и отберут его. Хаос! Голод, эпидемии, всюду перестрелки! — Отиль просто ликовал. — А в результате пройдёт лет сорок, и мы окажемся в новом феодализме, потеряв примерно девять десятых населения. Зато оставшиеся, загнанные в ярмо новыми хозяевами, снова начнут плодиться. А как ещё? Пенсий-то не будет, кто-то же должен тебя в старости кормить. Технологии дело поправимое, да только большая их часть никому не понадобится, потому что властям предержащим и без них будет недурно. Образование свести до минимума: чтобы землю пахать, оно не нужно! И тогда новые хозяева мира смогут вздохнуть спокойно и поднять голову, чтобы...
— Хватит, — попросил майор. — Время идёт. Чушь это всё, не в Конституции же дело!
— Конечно, — укоризненно покачал головой Живец, снова массируя старика. — Всё очень быстро восстановится... Только я не понял, а как это можно отменить Конституцию и «вообще все законы»? Кто же такое позволит?
— Да, этого и Милош не может, — вздохнул Отиль. — Кроме того, неизбежна интервенция... Очень жаль. Но они — они! — требуют именно этого в уплату за свои услуги. Зачем они хотят нам помочь — не знаю. Милош... Милош улыбался краешком рта, когда подписывал договор, я заметил. Он решил, что я окончательно выжил из ума. Но Плещеев всё-таки крепко напугал его своими мутантами, и мэр подписал. А ведь договоры с этими силами нельзя нарушить... Там, кстати, предусмотрено и это.
— Предусмотрено что?
— Что Крысолову опять не заплатят. Тогда Крысолов должен получить две подписи от свидетелей. Они подтвердят, что он честно выполнил свою работу. В нашем случае — уничтожил этих крыс. Человечество спокойно будет загнивать и дальше, а он получит компенсацию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
