— В любом случае она совсем непохожа на настоящую цыганку, — продолжал Гаретт и бросил на нее такой уничтожающий взгляд, что Мэриан невольно содрогнулась от страха. — Совсем недавно мне также стало известно, что она каким-то образом связана с моим дядей, сэром Питни Тарле. — Его пронзительный взгляд вернулся к собравшимся, сразу же почувствовавшим себя неуютно. — Вам всем также очень хорошо известно, чего добивался мой дядя, как он отобрал мои земли, когда я находился в изгнании. Но, возможно, вы не знаете, что с тех пор, как я вернулся, он посылал своих людей сжечь мои поля и даже убить меня.
Мужчины выразили свое возмущение сердитыми, громкими возгласами, которые, наверное, были слышны и за пределами комнаты. У Мэриан тревожно забилось сердце. Она понимала, что их гнев был направлен не против нее, но со все возрастающим беспокойством поняла, как умело Гаретт управляет членами совета, чтобы добиться их симпатии и привлечь на свою сторону.
— Поэтому вы понимаете, почему я должен быть чрезвычайно осмотрителен, сталкиваясь с чужаками, особенно с теми, которые хорошо знают моего дядю, — продолжал Гаретт. — И вот почему я пришел к вам за помощью. Я знаю, что в прошлом вы все доверяли Мине лечить вас, и уверен, что ваше доверие полностью оправданно. Но я также знаю, что она что-то скрывает от меня с того самого момента, как мы с ней встретились. Я должен выяснить, что именно она скрывает и почему не желает рассказать о возможных связях с сэром Питни.
Мистер Тиббет в этот момент рискнул взглянуть на Мину, и его лицо стало внезапно пепельно-серым.
— Милорд, я уверен, ее связь с вашим дядей абсолютно несущественна, что же касается того, что она что-то скрывает… ну, цыганки всегда скрывают свое прошлое… Ведь они ведут… хм… довольно сомнительный образ жизни, в конце-то концов.
Гаретт молчал несколько мгновений, словно обдумывая сказанное, однако прекрасно видел смущение мистера Тиббета.
— Так как же все вы так безоговорочно доверяете одной из них? Почему вы не задаетесь вопросом о том, какие истинные причины заставляют ее лечить вас? Разве вас не удивляло, почему она не берет за это денег?
Мэриан едва не застонала от досады. Теперь все ее глупые ошибки обернутся против нее.
Мэр наклонился вперед, словно собрался нырнуть.
— Но она берет плату, милорд, — затем он поколебался, словно не зная, верно ли то, что он собирался сказать. — Я имею в виду, что это справедливо, не так ли, отплатить толикой золота за все то добро, которое она делает нам.
Взгляд Гаретта вновь обратился к ней, холодный и мерцающий.
— Так, значит, вы отвергли только мое золото, не так ли? — спросил он каким-то странным тоном.
Мэриан сглотнула, но ничего не ответила.
— Милорд, я думаю, вам нечего беспокоиться за нас, — быстро вставил мистер Тиббет, пытаясь отвлечь внимание Гаретта от Мэриан. — Мы и раньше имели дело с цыганами. Некоторые из них, без всякого сомнения, негодяи и воры, но мы можем ручаться за то, что Мине можно доверять. Она никогда не причинит вреда никому из нас.
Яростный взгляд Гаретта обежал всех присутствующих.
— Тогда скажите мне, почему она лгала мне, всем нам о причинах, заставляющих ее закрывать лицо маской?
Мэр откинулся на своем стуле и пожал плечами.
— Кто знает? Женщины вообще весьма забавны в этих делах. Может быть, она просто очень застенчива?
Несмотря на весь свой страх, Мэриан едва не засмеялась. Известный на весь Лидгейт своей эксцентричностью, мэр просто не мог найти более нелепого объяснения.
Заговорил еще один мужчина:
— Может быть, она просто не хотела, чтобы про нее думали, что она — шл… женщина с сомнительной репутацией. Ведь многие цыганки, как вы знаете, именно таковы. Может быть, она боялась, что мы сочтем ее за одну из них, если… если она обнаружит перед нами свою привлекательность. Ну, вы понимаете. — Мужчина бросил на Мэриан сконфуженный взгляд, словно извиняясь за то, что не смог придумать лучшего объяснения. В благодарность она чуть заметно улыбнулась ему.
Однако Гаретт не был удовлетворен. Он сжал кулаки и нахмурил брови.
— Вы все, кажется, стремитесь объяснить только ее странный вид. Но вы не попытались объяснить ее связь с моим дядей.
Мистер Тиббет смело ринулся в бой.
— Милорд, вам не следует придавать этому большого значения. Сэр Питни наш враг точно так же, как и ваш. Я не сомневаюсь ни на йоту, что Мина целиком и полностью на нашей стороне.
— Разумеется! — решительно заявила девушка. — Я презираю сэра Питни.
— Но почему? — спросил Гаретт, обращаясь к каждому из сидящих мужчин. Внезапно он приблизился к столу и наклонился вперед, упершись кулаками в крышку стола, в то время как его взгляд поочередно впивался то в одного, то в другого. Под его пронзительным взглядом каждый из мужчин начинал чувствовать себя еще более неуютно.
— Расскажите мне, господа, почему это может ее касаться? Она цыганка. У нее нет причин становиться на мою сторону против моего дяди, которая есть у всех вас. Она не владеет землями и не испытывает ко мне никакой симпатии. Так почему мой дядя оказался врагом Мины? Что он сделал ей, чтобы заставить ее так ненавидеть себя?
Все оказались в полном замешательстве. В комнате повисла оглушающая тишина.
— Я уже говорила вам раньше, — поспешно начала Мэриан. — Он знал достаточно о моем отце и его связи с моей матерью, чтобы погубить его.
— Сейчас вам следует помолчать, Мина, — приказал Гаретт, даже не взглянув на нее. Но этого и не требовалось, суровое выражение его лица могло заставить замолчать кого угодно. — Когда Мина впервые появилась Лидгейте? — спросил он и посмотрел в сторону девушки.
На несколько мгновений он освободил их всех от своего пронизывающего взгляда. Воспользовавшись моментом, мужчины перевели дух и начали растерянно переглядываться. Мина едва сдержалась, чтобы не ответить за них. «Боже, — взмолилась она в душе, — дай им мудрости и не допусти, чтобы они сказали что-нибудь отличное от того, что говорила ему я».
После некоторого молчания мэр сказал:
— Я… на самом деле я не помню, милорд. Однажды мы просто обнаружили… что она живет рядом с нами и лечит наших людей… вот и все.
Выражение лица Гаретта в этот момент могло бы заморозить кипящую воду. Он повернулся к мистеру Тиббету:
— Таким будет и ваш ответ, мистер Скелет?
Лицо мистера Тиббета поменяло несколько оттенков красного, когда он услышал свое старое прозвище, которым когда-то его называл милый мальчик Гаретт. Ему было мучительно больно разрываться между своей верностью Гаретту и привязанностью к Мине. После едва заметного колебания он опустил глаза и кивнул.
